Национализация имений Южного берега Крыма в 1918 году

1. Предмет, территория и исследовательский вопрос

В феврале 1918 года главный комиссар по национальным имениям в Крыму издал несколько приказов, объявлявших различные земельные владения Южного берега национальной собственностью. В первом томе документального сборника опубликованы три основные группы таких приказов. Они позволяют установить дату объявления, обозначение объекта, прежнего собственника в формулировке документа и лицо, которому поручалось непосредственное управление. Даты и адресаты действий характеризуют возникновение учреждения с претензией на распоряжение недвижимым имуществом, движимыми вещами, производственными запасами и хозяйственной документацией.

Географический предмет исследования составляют имения Ялтинского уезда и сопредельные участки южнобережной полосы, перечисленные непосредственно в приказах. Названия «Восточный» и «Юго-Западный» относились к ведомственной схеме распределения имений и имеют границы, определяемые документами самого управления. Поэтому употребление слов «Южный берег» в названии монографии обозначает совокупность конкретных объектов, а не административно установленную единую территориальную единицу.

Исследовательская задача состоит в документальном разделении нескольких последовательных действий: объявления имущества национальной собственностью, подчинения главному комиссару, назначения управляющего, введения рабочего и финансового контроля, фактического приёма имущественных комплексов и последующего использования. Для каждого отдельного имения уровень исполнения устанавливается исходя из сохранившегося документа. Наличие названия в приказе служит доказательством издания приказа в отношении этого владения; акт приёма, книга поступлений или инвентарная опись потребовались бы для установления полной фактической передачи.

Особенность предмета определяется составом имущества. Среди названных объектов находились сельскохозяйственные предприятия, садовые и виноградные хозяйства, бывшие императорские усадьбы, частные дома и гостиницы, исторические интерьеры, дворцовые парки и научные учреждения. Юридическая формула приказов распространялась на всю обозначенную хозяйственную совокупность, хотя её части имели разные функции и требовали различного учета.

2. Источниковая основа и степени достоверности

Главный документальный массив — издание «Борьба за Советскую власть в Крыму»: документы и материалы, том I, март 1917 — апрель 1918 года, Симферополь, 1957. В нём приказы помещены под номерами 236, 241 и 242. Публикация указывает историческое происхождение материалов: Государственный архив Крымской области, фонд Р-2424, опись 1, дело 3, листы 3, 5 и 6 соответственно. Составители обозначили использованные экземпляры как печатные. Текст некоторых документов опубликован с сокращениями, что имеет значение для восстановления полного состава распоряжений.

Формы имён и названий передаются в сохранившихся источниках неодинаково. Так, фамилия помощника главного комиссара встречается в передаче «Эпьяков» и «Эньяков». Уточнение чтения возможно при просмотре печатного экземпляра, сопоставлении с иными документами фонда и изучении оригинальных подписей. До такой сверки исследование фиксирует обе формы и не превращает орфографическое расхождение в утверждение о двух разных людях.

Второй корпус образуют результаты архивно-источниковедческих работ. Статья Соляник о национализации усадеб воспроизводит подробности приказов, проекта управления и распределения комиссаров, ссылаясь на материалы фонда Р-2424. Исследование Семянковой и Батровой о «Болгатуре» содержит архивный маршрут по управлению национальными имениями и обособляет документы 1918 года от актов 1920–1921 годов. Эти тексты используются как научные публикации с проверяемыми архивными ссылками, но прочтение авторами документа и собственный осмотр архивного подлинника являются различными уровнями доступа к источнику.

Третий корпус — тематические публикации Государственного архива Республики Крым. Работа Андросова о культурном наследии сообщает о рабочих резолюциях, учёте имений, распоряжениях по охране собраний и возвращении усадеб собственникам. Специальное исследование истории усадьбы «Сельбиляр» позволяет сравнить объявление национализации, требование предоставить документы и последующее хозяйственное использование.

Наконец, историографические подсчёты сопоставляются с трудами Бородина об аграрных преобразованиях, Ишина о государственном строительстве и диссертацией Руденко. Их сведения приводятся с атрибуцией и не заменяют отдельных опубликованных приказов или архивных листов.

3. Хронология и календарный стиль

Составители документального тома 1957 года специально указали, что документы до 31 января 1918 года датируются по старому стилю, а после 31 января — по новому. Это правило относится к редакционному способу расположения и датировки текстов в конкретном сборнике. Поэтому даты 16 и 19 февраля в настоящей монографии воспроизводятся как даты из этого издания; механический перевод в другой стиль изменил бы установленный издателями исторический день.

В материалах о событиях конца 1917 и января 1918 года сохраняется необходимость двойного календарного контроля. При сопоставлении внешних публикаций учитываются дата на документе, редакторская дата и указанная в них календарная система. Приказ № 242 опубликован с редакционной датировкой «между 19 и 25 февраля 1918 г.»; его включение в хронологию точным 19 или 25 февраля без отдельного документа создало бы ложную определённость.

Сама последовательность национализации имеет по крайней мере три временных слоя: государственные решения о бывшей императорской собственности в 1917 году; локальные решения рабочего и советского управления в декабре 1917 — январе 1918 года; опубликованные февральские приказы главного комиссара. Дополнительный слой образуют мартовские и апрельские распоряжения об охране и регистрации имущества. Смена правительства летом 1918 года относится уже к истории прекращения действия февральских решений.

4. Бывшие удельные владения и решения 1917 года

Национализация южнобережных имений 1918 года происходила на территории, где передача части бывших императорских владений государству началась после Февральской революции 1917 года. Архивист С. А. Андросов сообщает, что постановлением Временного правительства от 14 апреля 1917 года в Министерстве земледелия был создан специальный отдел управления бывшими удельными имениями. К категории переданных государству в его изложении относятся «Ай-Даниль», «Курпаты», «Кучук-Ламбат», «Ливадия», «Массандра», «Новый Свет», «Ореанда» и «Чукурлар». Соответствующий раздел исследования Андросова предоставляет фактическую основу для разграничения национализации бывшего имущества династии и последующего изменения ведомственного управления.

Сельскохозяйственная инфраструктура дореволюционного Ливадийско-Массандровского комплекса имела продолжительную историю объединённого хозяйственного руководства. В материалах об удельном управлении перечисляются различные южнобережные владения, связанные с единой хозяйственной администрацией. Дореволюционное объединение помогает документально объяснить, почему Массандра и Ливадия фигурировали в 1918 году как готовые управленческие центры с кассовыми, счетоводными и агрономическими возможностями; степень непосредственного использования прежней штатной структуры требует проверки ведомственных дел 1917–1918 годов.

Из совпадения названия имения в списке бывших удельных владений и в февральском распоряжении 1918 года следует последовательность двух разных актов распоряжения. В феврале 1918 года могли меняться орган непосредственного контроля и режим хозяйственных платежей уже государственного объекта. Для иных частных владений тот же февральский приказ прямо провозглашал изменение принадлежности собственности. Это различие устанавливается по происхождению имущества и буквальному содержанию применяемого акта.

5. Рабочее управление в Массандре и Ореанде

В декабре 1917 года рабочие Массандры и Ореанды рассматривали положение с охраной имений. Согласно приведённому Андросовым сообщению об их собрании, участники констатировали слабость охраны предприятий, дворцов и парков и приняли решение передать управление в руки рабочих. Архивная публикация о декабрьской резолюции содержит эту формулировку в ряду других свидетельств об охране дворцовых комплексов.

Решение собрания является документально сообщённым действием рабочих. Оно предшествовало февральской серии приказов главного комиссара и потому характеризует один из уже существовавших способов изменения управления. По опубликованному сообщению устанавливается решение коллектива и обозначенная в нём задача охраны. Для определения фактической даты вступления нового состава администрации в должность, перечня переданных помещений и банковских счетов необходимы протоколы правления, акты приёмки и журналы имения.

Вопрос о сохранности имущества занимал место в документах всего исследуемого периода. Дворцы и виноградники представляли различные объекты охраны: требовалось поддерживать здания и парки, обеспечивать аграрное производство, хранить запасы продукции и фиксировать переносимые ценности. Рабочие резолюции, февральские комиссарские приказы и мартовские распоряжения о регистрации музейных собраний показывают последовательное появление административных решений по этим группам имущества.

6. Становление советских учреждений Ялты

В январе 1918 года в Ялте действовали военно-революционный комитет и органы советской власти. Участие С. Булевского в этих учреждениях подтверждается документами, напечатанными в сборнике 1957 года. Так, приказ Ялтинского военно-революционного комитета о регистрации красногвардейцев 16 января подписан им как начальником Красной гвардии; источник указан редакцией как фотокопия из Ялтинского краеведческого музея, инвентарный № 2197. Февральские документы показывают Булевского уже в должности главного комиссара по национальным имениям.

Два вида документа фиксируют разные компетенции одного лица и последовательность местного учреждения власти. Название комиссарской должности в приказах отражает предмет полномочий — распоряжение национальными имениями; точный акт назначения, дата учреждения комиссариата и состав его первоначального персонала должны устанавливаться по отдельным делам Ялтинского совета и фонда Р-2424.

Система комиссариата была связана с Ялтинским советом рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. В опубликованном проекте управления по Соляник главный комиссар обозначен как назначенный Ялтинским советом; решения спорных вопросов направлялись также в исполнительный комитет этого совета. Из такого нормативного положения устанавливается учрежденческая подчинённость по проекту, а для всех фактических обжалований и разрешённых конфликтов необходимы журналы входящей корреспонденции.

7. Приказ 16 февраля: Никитский сад, «Магарач», имения Мордвинова

Первый из трёх опубликованных в документальном сборнике тематических актов датирован 16 февраля 1918 года. В приказе о Никитском саде главный комиссар С. Булевский объявил переход имений Никитского сада, «Магарач» и майоратных владений графа Мордвинова вместе с постройками и угодьями в национальную собственность Российской народной республики. Имущество поступало в ведение комиссара; непосредственное управление поручалось помощнику, ведавшему Массандрой, Ай-Данилем, Кучук-Ламбатом, Чукурларом и заповедниками.

Издание 1957 года помещает этот акт под № 236, с указанием: Государственный архив Крымской области, фонд Р-2424, опись 1, дело 3, лист 3, печатный экземпляр. Приказ напечатан как извлечение. Это ограничение важно: опубликованные строки дают предмет распоряжения и схему подчинения, но весь состав дополнительных пунктов без чтения листа 3 или полного печатного экземпляра восстанавливать нельзя.

Формула собственности в приказе передана исторически: «Российская народная республика». Она сохраняется как язык конкретного распоряжения. Сопоставление с терминологией приказов других органов и последующими нормативными актами требует учета эпохи и реального названия подписавшего учреждения, а не замены формулировки современным юридическим обозначением.

Документ представляет Никитский сад и «Магарач» одновременно как имущество, подчинённое вновь организованной системе, и как хозяйства с собственными производственными и научными задачами. Приказ не содержит в опубликованном извлечении самостоятельного решения о закрытии исследований, ликвидации специальных отделов или увольнении специалистов; такие следствия могли быть установлены только по дополнительным приказам и кадровой документации.

8. Приказ 19 февраля: имения восточного района

Приказ С. Булевского от 19 февраля 1918 года, опубликованный под № 241, расширил названный круг объектов. Его документальное извлечение называет принадлежавшие Н. Н. Бекетову «Ай-Гурзуф» и «Болгатур»; «Артек» и «Партенит», приписанные владельцу Виннеру; «Хасту» Бидермана; «Карабах» и «Биюк-Ламбат» В. В. Келлера; отдельный «Артек» Первушина; «Суук-Су» Соловьёвой; гурзуфское имение и гостиницы Денисова. В перечне также названы «Селям» Орлова-Давыдова, «Позилиппо» Журавлёва, «Наташино» Пестерева, «Шаран» Канделаки, владения «Кастель» и «Кастель-Приморский», а также «Апры».

Документ употребляет одинаковые местные названия для отдельных объектов разных собственников. Дважды встречающийся «Артек» принадлежит двум обозначенным в приказе владельцам, поэтому при формировании реестра его нельзя автоматически объединять в одну запись. Аналогично соседство многочисленных участков Кастеля требует различения каждого объекта по прежнему собственнику и последующей архивной описи.

В архивном аппарате публикации указан фонд Р-2424, опись 1, дело 3, лист 5, печатный экземпляр. Приказом в ведение национального управления перечислялись не только земли и постройки, но и инвентарь, запасы продукции и имущество, используемое хозяйством. Непосредственное руководство объектами было возложено на помощника главного комиссара, фамилия которого в разных печатных и современных передачах читается как Эпьяков или Эньяков.

Принятый комиссаром порядок связывал территориальный список с административным центром: кассой, бухгалтерией и управлением в Массандре. Опубликованная реконструкция Соляник приводит также подробные требования работникам и бывшей администрации, описанные ниже. В полном объёме этих пунктов следует различать сам документ и позднейшую исследовательскую передачу.

9. Приказ между 19 и 25 февраля: юго-западная группа

Следующий акт, помещённый составителями сборника под № 242, получил датировку «между 19 и 25 февраля 1918 года». В приказе по дворцовым имениям перечислены «Кичкине», «Харакс», «Дюльбер», «Ай-Тодор», «Чаир» и «Мисхор»; упомянуты княгиня Долгорукова, Токмакова, княгиня Юсупова-Сумарокова-Эльстон, владельцы Крамарж и Титушкин, графиня Панина, графиня Клейнмихель, генерал Комстадиус, князь Трубецкой, княгиня Воронцова-Дашкова, Милютин и Мальцев. Приводимые варианты написания сохраняют форму исторического перечня с проверкой отдельной идентификации по архивным описям.

В отношении этой группы приказ объявил передачу движимого и недвижимого имущества, земель и хозяйственных предметов в национальную собственность и в ведение главного комиссара; исполнение поручалось помощнику Фирсову. Публикация указывает: ГАКО, фонд Р-2424, опись 1, дело 3, лист 6, печатный экземпляр.

В тексте одного распоряжения соединены дворцовые ансамбли, приморские дачи и земледельческие владения. Для каждого объекта следует сохранять территориальную привязку и личность владельца из конкретной редакции списка. В материалах встречаются случаи, когда историческое название имения, современная топонимическая форма и фамилия предполагаемого собственника не совпадают по написанию; следствием является потребность в отдельном имущественном паспорте, а не автоматическое отождествление соседних зданий.

Сведения о порядке дальнейшего учёта позволяют отличить две функции приказа: провозглашение национальной принадлежности и распоряжение управленческому аппарату начать деятельность. Документальное утверждение о моменте завершения приёмки любого конкретного имения требует соответствующего акта с подписью сдающего и принимающего лица.

10. Расширение перечней: приказ 25 февраля

Приказы № 5 и 6 дополнялись последующими распоряжениями, известными по материалам фонда Р-2424. В исследовании Соляник приведён перечень приказа № 7, включавший «Буюрнус» Стенбок-Фермора, «Бульбаш» близ Кизилташа, ранее принадлежавший Губонину, «Камару» Куропаткина, «Грёзы» Денисова, отдельные городские владения и участки, а также участок княгини Барятинской на Аутской улице в Ялте. Управление этим перечнем в опубликованной передаче поручалось Шиллеру.

Дату 25 февраля 1918 года для приказа № 7 независимо приводит исследование усадьбы «Сельбиляр», связывая с ним национализацию владения Н. А. Барятинской. Таким образом, дата и соответствующая категория имущества подтверждаются как минимум двумя научными публикациями, из которых архивное исследование уточняет историю отдельного владения.

В том же источниковом корпусе встречается приказ № 8, относящийся к дальнейшему расширению национализируемых владений. По статье Соляник в числе наименований представлены «Отрада», «Нютино», «Нордан», «Василь-Сарай», «Мартьян» и иные участки. Полный, буквальный перечень приказа № 8, его точная дата и все фамилии адресатов нуждаются в просмотре фондового дела Р-2424, опись 1, дело 3, листы 7–8, указанные в публикации Семянковой и Батровой.

Дополнительные приказы подтверждают, что названные 16 и 19 февраля группы не исчерпывали юридический реестр. Их наличие препятствует механическому подсчёту числа объектов только по трём текстам сборника 1957 года.

11. Проект главного управления национальными имениями

Отдельный документ — «Проект организации управления национальными имениями в Крыму» — известен по фондовым указаниям, приводимым в статье Соляник и специальном исследовании о «Болгатуре». В качестве архивного маршрута указан Государственный архив Республики Крым, фонд Р-2424, опись 1, дело 1, листы 77–78. Проект определял главного комиссара как лицо, назначаемое Ялтинским советом, устанавливал наличие двух помощников и круг управления каждым из них.

Предусматривались комиссии рабочих при помощниках; спорные дела должны были передаваться главному комиссару или исполнительному комитету Ялтинского совета. Хозяйственные вопросы предлагалось сосредоточить в главном управлении. Такое различение между руководством отдельным районом, рабочей комиссией и центральным хозяйственным аппаратом прямо следует из опубликованного описания проекта.

Юридический статус документа следует сохранять в названии: «проект». Чтобы заключить, когда именно и в какой редакции он вступил в действие, нужно сопоставить его с утверждённым постановлением, резолюцией совета, последующими приказами и фактическими отчётами. Само существование проектного текста устанавливает организационное предложение, а не тождество замысла и действующего штатного расписания.

12. Массандра и Ливадия как административные центры

Проект делил систему непосредственного управления на два района. Восточный имел центр в Массандре, юго-западный — в Ливадии. Согласно опубликованной архивной реконструкции, восточная группа включала 29 имений, юго-западная — 39. Эти цифры относятся к использованному исследовательницей списку; для превращения их в единый официальный итог необходим просмотр названной ею ведомости фонда Р-2424, опись 1, дело 5, лист 16.

Массандра выступала местом центральной кассы и бухгалтерии. Ливадия обозначалась как центр юго-западной территориальной группы. Это были административно-функциональные пункты, а не доказательство того, что все земли каждого района географически прилегали к названному центру или что все исторические недвижимые объекты физически передали туда.

Многосоставность территории устанавливается самим списком. Гурзуфские, партенитские, алуштинские, ялтинские и западнобережные владения в распорядительных документах объединялись посредством помощника комиссара и финансового учёта. Фондовый план или ведомость с географическими границами районов необходимы для восстановления полной карты.

13. Денежные средства, бухгалтерские книги и документы собственности

Административное распоряжение включало операции, выходившие за пределы формального изменения владельца. Подробное изложение приказа № 5 в статье Соляник содержит обязанность сдавать наличность, ценные бумаги, залоговые и договорные документы в центральную кассу Массандры в течение двадцати четырёх часов после опубликования. Конторские книги, отчёты и бухгалтерские записи предполагалось представить центральному счётному аппарату.

Тот же приказ требовал явки руководителей и бывших собственников обозначенных имений в управление Массандры 23 февраля 1918 года к 11 часам с доверенностями и документами на имущество. Эта деталь характеризует стремление сопоставить заявленный список объектов с ранее существовавшими правоустанавливающими актами и бухгалтерской документацией. Сведения о фактической явке конкретных людей требуют отдельных журналов регистрации.

Упоминание угрозы обвинения в саботаже за сокрытие денежных средств и документов показывает установленный в распоряжении способ понуждения к сдаче учётных материалов. Источниковедчески фиксируется наличие этой санкционной формулы в тексте, а сообщения о применённых судебных мерах не следует выводить из формулировки приказа.

Порядок передачи счетов и книг создаёт отдельную исследовательскую линию: движение средств между кассами, сверка остатков, ведение задолженности, отчёты по заработной плате, списание испорченных запасов, приём винных погребов и инвентаря. Каждая из этих операций должна подтверждаться специальным документом. Приказ определяет требование к исполнителю, а не подтверждённый итог исполнения.

14. Рабочие союзы и комиссии

Приказы предусматривали сохранение на местах существовавших служащих, администрации и рабочих до особых распоряжений. В публикации приказа по Соляник зафиксировано требование объединить работников в Союз рабочих национальных имений и сформировать представительство при главном управлении. В тексте приказа № 5 упоминается выбор комиссии из расчёта одного представителя на двадцать пять человек; для других объектов приказ № 6 устанавливает направление представителей от имений.

Проект управления, со своей стороны, предусматривал при помощниках главного комиссара комиссии из пяти рабочих. Эти две величины относятся к разным уровням организации: местному избранию и комиссионной структуре при районах. Их нельзя суммировать или считать взаимозаменяемыми без штатной ведомости.

Сохранение на работе прежнего персонала представляет собой прямое административное предписание, следовавшее за объявлением национальной собственности. Оно позволяло фиксировать кадровое состояние каждого владения на момент издания приказа. Для установления того, кто действительно остался, кто был уволен и как изменялась заработная плата, необходимы платёжные ведомости и приказы по личному составу.

Сведения об участии рабочих в управлении позволяют документально изучать распределение функций между избираемыми представителями, назначенными комиссарами и специалистами. Отдельной проверке подлежат полномочия каждой комиссии: решала ли она хозяйственные вопросы совместно с управляющим, контролировала ли кассу, утверждала ли поставки и составляла ли отчёты.

15. Комиссары, управляющие и предметная ответственность

Главным комиссаром в опубликованных документах назван С. Булевский. Помощники, фигурирующие в приказах и позднейших публикациях, — Эпьяков/Эньяков, Фирсов, Шиллер и Задорожный. Приказ № 7, по пересказу Соляник, связывал несколько владений с Шиллером, а при отъезде Булевского возлагал на него временные обязанности главного комиссара. Задорожному в той же передаче поручалась часть управления имениями к юго-западу от Ливадии. Последовательность назначения помощников должна сверяться по исходным приказам, поскольку проект указывает двух, а позднейшие распоряжения называют более широкий круг лиц.

В списках предметных комиссаров перечислены Шубин в Никитском саду и «Магараче», Шлезингер в Ай-Даниле, Фидлер в имениях Мордвинова, представители для «Карасана», «Партенита», «Кучук-Ламбата», владений Журавлёва, Гурзуфа, «Ай-Гурзуфа», «Болгатура», «Суук-Су», «Кичкине», «Харакса» и других пунктов. Фамилии отдельных лиц в передаче имеют орфографические колебания, требующие сопоставления с личными подписями и документами по назначению.

В сфере производства указан инспектор по виноградарству и виноделию, названный приват-доцентом Ильским. Наличие специальной должности подтверждает, что ведомственный аппарат предусматривал профессиональное наблюдение за агрономической и винодельческой работой. Его конкретная программа, количество посещённых объектов и результаты инспектирования требуют специальных докладов.

Назначение комиссара в имение обозначает уполномоченного по контролю и отчётности, а не автоматически доказывает прибытие человека на место. Для установления действительного срока службы необходимы мандат, отметка о вступлении, переписка, отчёт или подотчётная книга.

16. Никитский сад и «Магарач»: научный и производственный характер

Никитский ботанический сад и хозяйство «Магарач» названы в одном приказе 16 февраля. Их общая административная судьба в феврале 1918 года устанавливается прямым текстом документа № 236; последующие исследования сообщают о специальном комиссаре Шубине, связанном с этими объектами. Тем самым в одном корпусе документально представлены национальная принадлежность, непосредственный управляющий и локальный представитель контроля.

Исторические функции этих учреждений различались. Никитский сад объединял ботанические коллекции, питомники, научные и опытные культуры; «Магарач» связан с виноградарством и виноделием. При научном изучении национализации эти учреждения следует учитывать как специализированные хозяйственные комплексы, а их коллекции, методики и исследовательский персонал — как самостоятельный вид имущества и профессиональной деятельности.

Февральский приказ определяет общий административный режим, однако не позволяет сделать вывод о продолжительности исследовательских программ, финансировании опытных участков, судьбе конкретных сортов винограда или местонахождении научных журналов. Таких сведений в опубликованном извлечении нет. Для их документального восстановления следует сопоставить отчёты и годовые ведомости сада и «Магарача» за 1917, 1918 и 1919 годы.

Результат проверки ограничен установленной связью этих двух объектов с приказом. Приоритет научного исследования здесь состоит в восстановлении маршрута их ведомственного подчинения и фактического обращения с коллекциями, а не в распространении общих характеристик национализации на специфическое научное имущество без документов.

17. Виноградники, виноделие и сохранение хозяйственного цикла

Многие южнобережные имения сочетали виноградники, садовые культуры, парковые посадки, винные погреба, жилые помещения и хозяйственные постройки. В документах февральского комиссариата специально упоминаются запасы вина, живой и мёртвый инвентарь, касса и бухгалтерия, а также инспектор по виноградарству. Такое перечисление подтверждает предметный охват управления и требование вести учёт имущества, необходимого для продолжения сельскохозяйственного производства.

В диссертации Руденко сообщается о выработке хозяйственных правил, организации работ и бюджетов национальных имений в марте 1918 года. Это историографическое свидетельство дополняет опубликованные февральские приказы, но нуждается в проверке по названным автором протоколам главного управления. Термин «совхоз», встречающийся в работах позднейшего времени, применим к конкретному хозяйству 1918 года только при наличии современного ему документа, называющего это предприятие соответствующим образом.

Наиболее проверяемыми показателями реального производственного управления являются акты сдачи винных запасов, ведомости закупок, записи о рабочей силе, расчёты по сезонной обрезке винограда, текущая переписка о хранении продукции и распоряжения опытными специалистами. Ни одно количество произведённого вина, урожая или работников не выводится здесь из размера списка национализированных объектов.

Существование комиссарских распоряжений показывает формирование хозяйственного режима; успешное завершение сельскохозяйственного цикла по всей группе имений остаётся отдельным вопросом, требующим источников, относящихся к периоду после издания приказов.

18. Гурзуф, Артек, Партенит и «Болгатур»

Восточная группа особенно подробно отображена в приказе 19 февраля. Здесь важна проверка не только географического названия, но и юридического лица, которому имущество приписано в конкретном акте. «Ай-Гурзуф» и «Болгатур» связаны в приказе с Н. Н. Бекетовым. Объекты «Артек» приписываются разным собственникам, а «Партенит» и некоторые соседние владения имеют самостоятельные обозначения.

Семянкова и Батрова посвятили исследование архивным следам Н. Н. Бекетова и его владения «Болгатур». Авторы указали в числе изучаемых архивных материалов фонд Р-2424, опись 1, дела 1, 3 и 5, а также более поздний фонд Р-361, связанный с организацией советских хозяйств после ноября 1920 года. Наличие отдельных дел по двум национализациям позволяет установить необходимую хронологическую границу: описи приёма «Болгатура» 1920–1921 годов не являются актами фактического приёма февраля 1918 года.

Материалы о Бекетове и имениях воспроизводят сведения о книжном собрании и разнообразных хозяйственных запасах «Болгатура» по описи, использованной в позднейших исследованиях. Однако дата конкретной описи и правовой период её составления должны определяться самостоятельно. Перенос её количественных показателей на февраль 1918 года без такой проверки недопустим.

Партенит фигурирует как объект приказа 19 февраля. Отдельно Андросов приводит сообщение о переходе управления имением Раевских «Партенит» к рабочему комитету, датируя событие концом октября 1918 года. Поскольку к этому времени советский комиссариат февраля уже прекратил деятельность, сообщение требует сопоставления исходного документа, владельца и календарной даты. Оно зафиксировано как отдельное свидетельство, не объединённое автоматически с действиями комиссара Булевского.

19. Восточные дворцово-парковые и земледельческие комплексы

Перечень восточных владений включает Массандру, Ай-Даниль, Кучук-Ламбат и Чукурлар в составе управленческой компетенции помощника комиссара; отдельно названы «Карабах», «Биюк-Ламбат», «Суук-Су», «Селям», «Позилиппо» и многочисленные гурзуфские, артекские и кастельские участки. Такая конфигурация документально подтверждает соседство бывших государственных имений, частных сельскохозяйственных владений и курортной недвижимости.

Приказы содержат распространение распоряжений на постройки, угодья и имущественные запасы. Имущество гостиниц Гурзуфа, например, по самому виду объекта требовало отдельного учета мебели, помещений, договоров и доходов. Поскольку документ № 241 включает гостиницы в списке вместе с имением, их исследование входит в предмет национализации, хотя структура бухгалтерии гостиничного хозяйства отличается от структуры винодельческого имения.

Особое место занимает разграничение «Кучук-Ламбата» как бывшего удельного владения и одноимённых или пронумерованных в позднейших документах хозяйственных единиц. Без ведомостей землепользования, владельческих титулов и планов границ нельзя свести одинаковые топонимы в один недвижимый объект. В ведомственном реестре необходимо оставлять разные строки до документальной проверки собственности.

Февральские приказы предоставляют исходную фиксацию наименований. Более полная реконструкция восточного района должна последовательно добавлять для каждого владения местоположение, фондовую опись, правообладателя, дату акта передачи, назначенного управляющего и сохранившиеся отчёты.

20. Западные имения: Кичкине, Харакс, Дюльбер, Ай-Тодор

Группа известных дворцово-парковых комплексов западной части Южного берега фигурирует в приказе № 242. «Кичкине», «Харакс», «Дюльбер», «Ай-Тодор» и «Чаир» в тексте названы непосредственно, что позволяет рассматривать их включение в февральскую национализацию как документально установленный факт издания соответствующего распоряжения.

Точная идентификация каждого владения требует сочетания названия, собственника и плановой границы. В одном и том же тексте рядом помещены объекты, связанные с представителями императорской семьи, а также иные частные владения. Отдельная проверка происхождения каждого объекта сохраняет разграничение между бывшими удельными комплексами, переданными государству ранее, и частной собственностью, объявленной национальной в феврале.

Существенен состав имущества: дворцовые здания, службы, парки, художественная обстановка и переносимые предметы могли иметь разные места хранения и ответственных служащих. Для восстановления фактических перемещений в марте — апреле 1918 года недостаточно формулы о передаче «со всем движимым и недвижимым имуществом»; необходимы ведомости, регистрация коллекций и акты выдачи.

Судьба ливадийских интерьеров после прекращения советской власти прослеживается уже по позднейшим документам краевого правительства. Архивное исследование Андросова описывает конкретные случаи вывоза мебели в июне 1918 года, однако относит их к действиям новых административных и военных органов, а не к исполнению февральских приказов.

21. Алупка, Гаспра, Мисхор и прилегающие владения

В приказе № 242 названы «Алупка» княгини Воронцовой-Дашковой, «Гаспра» графини Паниной, «Мисхор» княгини Долгоруковой и другие имения западного района. Сопоставление с публикацией Государственного архива Крыма подтверждает включение этих владений в круг объектов февральского национального управления.

Список комиссаров, опубликованный Соляник, содержит отдельные назначения для Ай-Тодора, Гаспры, Кичкине, Харакса, Чаира, Дюльбера, Мисхора и Алупки. В пересказе имеется также выражение об «Алупке графини Паниной», расходящееся с указанием владелицы Алупки в приказе № 242. Оно требует проверки по архивному листу соответствующего распоряжения: возможны смешение соседних названий, описка или иное распределение комиссара. До проверки национализация Алупки соотносится с указанной в прямом приказе Воронцовой-Дашковой, а выражение у позднейшего автора отмечается как разночтение.

Важный аспект юридического изучения этих объектов — последовательная история права собственности. Для одних бывших дворцов государственное управление существовало с 1917 года; для других февраль 1918 года представлял первый документально выявленный акт о национальной принадлежности. Отчётность должна сохранять первоначальный статус, иначе два разных изменения права будут смешаны.

Сами приказы дают реестр подлежащих управлению объектов, но не устанавливают завершённости перестройки хозяйственной работы ни для Гаспры, ни для Алупки, ни для Мисхора. Конкретное исполнение подтверждается отдельно.

22. Усадьба «Сельбиляр» как случай документальной передачи

Усадьба княгини Н. А. Барятинской в Ялте — один из немногих объектов, для которых опубликованы сведения, связывающие юридический акт с последующей перепиской. По исследованию С. А. Андросова, приказ № 7 от 25 февраля включал имущество княгини в число объявленных национальной собственностью. Через месяц управляющей Я. А. Понятовской было предъявлено требование передать хозяйственную документацию избранному домовому комитету.

Требование предоставить документы представляет собой свидетельство административного действия после приказа. Оно позволяет говорить о ходе введения контроля, но не определяет без дополнительной описи, какие предметы и в каком количестве были фактически переданы. Андросов сообщает также, что в рассматриваемый период участки земли использовались под огороды, тогда как дальнейшая реорганизация усадьбы не была завершена до смены власти.

История «Сельбиляра» особенно показательна при сравнении 1918, 1919 и 1920 годов. Имущество не раз переходило под разные режимы управления, а позднейшие музейные и сельскохозяйственные документы описывают иные моменты национализации. Использование единого современного слова «национализация» во всех этих делах не устраняет различие между приказом 25 февраля 1918 года, апрельскими распоряжениями 1919 года и имущественными актами периода после ноября 1920 года.

Для самостоятельного дела «Сельбиляра» можно выделить первичные документы: текст приказа № 7, требование к Понятовской, ответ управляющей, реестр имущества, сведения о составе домового комитета и последующее подтверждение возврата собственнице. На нынешнем уровне доступа не все перечисленные документы просмотрены непосредственно; реконструкция основана на опубликованном исследовании архивиста.

23. Подсчёты числа национализированных имений

В исторической литературе встречаются различающиеся числа национализированных южнобережных владений. Андросов сообщает о приблизительно шестидесяти поместьях, перешедших в ведение управления в феврале 1918 года. Соляник приводит деление ведомости на 29 восточных и 39 юго-западных объектов, то есть 68 единиц. Ишин упоминает 69 имений. Бородин сообщает о числе свыше 80 владений. Соответствующий обзор Бородина относится к общему процессу аграрных преобразований конца 1917 — начала 1919 года.

Эти четыре показателя не образуют единой проверенной числовой последовательности, поскольку разные авторы используют выражения «в ведении», «перечень», «национализированы» и «достояние государства», а также могут учитывать разные даты и типы объектов. Более поздние списки включали дополнительные владения, отдельные городские участки и гостиничные комплексы. Один приказ мог перечислять несколько обособленных владений одного владельца, а одинаковый топоним мог обозначать несколько объектов.

Реестр по двум районам у Соляник привязан к архивному указанию: ГАРК, фонд Р-2424, опись 1, дело 5, лист 16. Семянкова и Батрова также называют дело 5 и ведомость национальных имений Массандрской группы по состоянию на 20 апреля 1918 года. Совпадение фондовой линии важно, однако отдельное тождество двух использованных авторами списков требует проверки их заголовков, объёма и точных дат.

Текущий документальный вывод — существование нескольких административных перечней и отсутствие проверенного единого числа всех фактически принятых имений за февраль — апрель 1918 года. Числа 60, 68, 69 и свыше 80 в этой монографии сохраняют авторские атрибуции. Для окончательного подсчёта требуется поимённая сводка приказов, ведомостей, актов приёма и последующих изменений.

24. Учёт движимого имущества и контроль за культурными ценностями

Национализируемые владения включали архитектурные ансамбли, библиотеки, мебель, картины, карты и исторические собрания. Сведения о культурной охране содержатся в отдельной серии документов, исследованной С. А. Андросовым. Распоряжение от 25 марта, приписываемое комиссару народного просвещения Ялтинского уезда Е. Кириако, предписывало местным советам создавать культурно-просветительные комитеты и провести до конца мая регистрацию книг, рукописей и произведений искусства в национальных и бывших частновладельческих имениях.

Этот акт относится к подготовке учёта культурных ценностей и определению ответственных учреждений. Установленный срок окончания регистрации выходил за пределы фактического существования советских учреждений весны 1918 года. Поэтому наличие распоряжения ещё не доказывает завершения инвентаризации всех дворцов к намеченной дате.

Следующее свидетельство — циркуляр наркома внутренних дел С. П. Новосельского от 8 апреля 1918 года — сообщает о поступавших известиях относительно хищения имущества из пустующих дач и домов и призывает советы пресечь такие случаи. 17 апреля Ялтинскому уездному совету было поручено обеспечить охрану библиотеки и картографического собрания А. Л. Бертье-Делагарда. Оба документа известны по архивной публикации Андросова.

В совокупности эти свидетельства устанавливают наличие учрежденческих мер по культурной охране и поступление сообщений о конкретной проблеме сохранности имущества. Степень фактического выполнения по отдельному дворцу определяется актом описи, осмотром и журналами передачи; общая оценка состояния всех коллекций лишь на основании циркуляра невозможна.

25. Советская Социалистическая Республика Тавриды и местные учреждения

Февральские приказы главного комиссара были изданы до образования Советской Социалистической Республики Тавриды. В исследовании истории учреждений указано решение Таврического центрального исполнительного комитета от 22 марта 1918 года о провозглашении республики и образовании Совета народных комиссаров. В архивной выставке к столетию Республики Тавриды приведены документы об учреждениях и мерах экономического управления весной 1918 года.

Февральская серия приказов должна быть атрибутирована собственному издавшему органу — главному комиссару по национальным имениям — и связана с Ялтинским советом в пределах подтверждаемой компетенции. Отнесение каждого из них к органам правительства Республики Тавриды, созданного позже, было бы хронологической ошибкой. После марта 1918 года деятельность национальных имений могла включаться в сферу вновь оформленных республиканских органов; конкретные каналы переписки и бюджетного подчинения устанавливаются специальными документами.

Административная терминология источников различается: Ялтинский совет, главный комиссар, главное управление, местные комиссары, комиссариат народного просвещения, нарком внутренних дел республики. Сведение всех этих учреждений к одному органу уничтожило бы документальную последовательность. В монографии сохраняются точные исторические названия, указанные в каждой группе источников.

26. Хозяйственная отчётность и границы доказанного исполнения

Фактическое исполнение национализации документируется несколькими видами материалов. Распорядительные приказы устанавливают обязанность передать имущество и документы; подтверждения исполнения содержатся в расписках, актах приема-передачи, сверках остатков, ведомостях наличности и инвентаря, служебной переписке, нарядах на выполнение работ и отчётах комиссаров. Для каждой категории установлен отдельный тип доказательства.

В опубликованном корпусе обнаружены акты объявления национальной собственности, схемы органов, конкретные назначения и требования сдачи бухгалтерских материалов. Для «Сельбиляра» имеется публикация свидетельства о требовании к управляющей передать документацию. Для всех перечисленных владений полной серии сопоставимых подписанных актов приема в изученном цифровом корпусе не выявлено. Следовательно, полный хозяйственный реестр исполнения не выводится из количества названий в приказах.

Соляник приводит данные о позднейшем массовом обследовании имений и об архивах «Южсовхоза». Её статья соединяет документы различных лет в обзорной истории национализации. Для настоящего исследования такие сведения разделены по датам: обследования, ведомости и отчёты 1920–1921 годов служат свидетельствами об административных действиях соответствующего периода и могут быть использованы как сравнительный материал о сохранившемся имуществе, но не дают автоматического подтверждения исполнения распоряжений 1918 года.

Предметно обоснованный итог проверки — существование распоряжений о централизованном управлении и частично прослеживаемых действий по документации отдельных объектов. Для оценки эффективности и масштаба фактического вступления во владение необходим дальнейший пообъектный анализ архивных дел.

27. События апреля и прекращение действия системы

К апрелю 1918 года комиссариат находился в условиях наступления германских войск на Крым и последовательной утраты советскими органами контроля над территорией. Архивная статья Андросова связывает прекращение деятельности Республики Тавриды с германской оккупацией полуострова, завершённой к началу мая.

Ведомость Массандрской группы, упомянутая Семянковой и Батровой, имеет дату состояния на 20 апреля 1918 года. Этот ориентир показывает наличие документального учёта в заключительной фазе деятельности администрации. Но без прямого просмотра листа нельзя установить, какие строки уже отражали фактическое принятие, какие — только формально объявленную принадлежность и какие — объект, из которого персонал выбыл.

Смена власти меняла практическую возможность исполнения февральских приказов, при этом не каждый документ терял хозяйственное значение одновременно. Местные управляющие и рабочие могли продолжать охрану парка, склада или здания после прекращения центральной комиссарской компетенции. Подтверждение такого продолжения возможно по независимым журналам соответствующих имений.

Конкретный день прекращения действия главного управления в Массандре, судьба его кассы и книг, а также порядок передачи дел следующей администрации требуют поиска заключительных приказов, ликвидационных ведомостей и актов приема архива.

28. Имущественные решения Крымского краевого правительства

После образования Крымского краевого правительства М. А. Сулькевича летом 1918 года была объявлена отмена большевистских декретов. В исследовании Андросова сообщается о возвращении частных усадеб прежним владельцам и сохранении государственного управления бывшими удельными владениями на особом основании. Это различие важно для завершения истории февральской национализации.

Возвращение частных имений и управление бывшими государственными владениями составляют разные правовые линии 1918 года. Для проверки каждого случая следует найти постановление о возврате, заявление собственника, акт передачи, финансовый расчёт и при необходимости последующее судебное производство. Общая декларация об отмене прежних декретов сама по себе не содержит всех поимённых актов возвращения.

Андросов описывает также последовавшее использование мебели из ливадийских зданий новыми властями и германскими военными. По его документальной реконструкции, 30 июня 1918 года представители германской военной власти произвели вывоз ряда предметов из бывших императорских помещений. Это событие относится к периоду после падения советской власти и должно рассматриваться как отдельная история движения государственного имущества.

Таким образом, завершение февральского управления по историческим источникам устанавливается через решения о новой компетенции и возвращении собственности. Для оценки материального состояния конкретной усадьбы к дате возврата необходима независимая опись.

29. Отличие национализаций 1918, 1919 и 1920 годов

При изучении дел южнобережных владений необходимо строго различать три периода советского правления и соответствующие им административные документы. Первый — февраль — апрель 1918 года, предмет настоящей монографии. Второй — весна 1919 года, когда после повторного установления советской власти создавались новые органы национальных имений. Третий — период после ноября 1920 года, связанный с деятельностью Управления южнобережных советских хозяйств.

Андросов сообщает, что 20 апреля 1919 года Симферопольский военно-революционный комитет учредил комиссариат национальных имений; приказ управляющего А. Никифорова от 23 апреля и майские решения по культурным ценностям относятся именно к 1919 году. Статья о «Сельбиляре» показывает историю повторяющихся изменений статуса одного объекта, позволяя не смешивать распоряжения разных комиссариатов.

В сборнике «Ревкомы Крыма» опубликован приказ № 2 Управления Южсовхозов от 1 декабря 1920 года об изъятии частных и ведомственных имений Южного берега от Судака до Севастополя и передаче их в учёт специализированного управления. Указанный документ имеет собственную дату, институциональный контекст и другой территориальный охват. Его название и нормативная формула не могут применяться как текст распоряжения Булевского 1918 года.

Особенно значимо это разграничение для фонда Р-361. Семянкова и Батрова используют дела Р-361, опись 1, дело 3 и дело 27 при изучении более позднего состояния «Болгатура». Приказ об изъятии всех имений Южного берега, содержащийся в этом корпусе, и акты передачи хозяйства конца 1920 — начала 1921 года не подтверждают автоматически состав или исполнение февральского списка 1918 года.

30. Сопоставление видов источников и критические разночтения

По результатам сравнения выделяются различные уровни исторического доказательства. Прямой опубликованный приказ подтверждает собственную дату, предмет и волеизъявление подписавшего лица. Архивный шифр в печатном издании обеспечивает проверяемый маршрут, но не доказывает, что в ходе текущего исследования осмотрен хранящийся под ним первоначальный лист. Научная статья, пересказывающая дополнительные пункты приказа, указывает на самостоятельный источниковедческий вклад её автора; повторение этих пунктов требует атрибуции.

Первое разночтение относится к фамилии помощника — «Эпьяков» в чтении документального сборника и «Эньяков» в позднейшем изложении. Второе относится к топонимическим вариантам «Хаста/Хаета», «Кастель/Костель» и «Болгатур/Болготур». Третье касается приписывания Алупки графине Паниной в списке комиссаров при наличии иной владелицы в основном приказе. Эти случаи сохраняются как текстовые различия до сверки оригиналов.

Четвёртое разночтение представляет собой число имений: около 60, 68, 69 и свыше 80. Пятое — датировка сообщения о рабочем комитете «Партенита» октябрём 1918 года в исследовании Андросова, где рядом описываются более ранние меры по защите имений. Ни датировка, ни принадлежность одноимённого владения не корректируются произвольно.

Шестая проблема связана со словом «совхоз» и названием «Южсовхоз». Некоторые позднейшие обзоры объединяют сведения 1918 и 1920–1921 годов в одной последовательности. Здесь название учреждения признаётся доказанным для года, к которому относится конкретный документ. Седьмая проблема — отсутствие полной серии актов приёма для подавляющего большинства названных владений в изученном цифровом массиве. Её нельзя решить общим итоговым числом объектов.

31. Документальная хронология

14 апреля 1917 года — по опубликованному архивному исследованию, Временное правительство установило новый порядок государственного ведения бывших удельных имений. Это событие относится к предыстории февральской национализации 1918 года.

Декабрь 1917 года — рабочие Массандры и Ореанды приняли резолюцию об управлении при обсуждении охраны хозяйств, дворцов и парков. Событие известно по опубликованной архивной реконструкции.

16 января 1918 года — в Ялте издан приказ военно-революционного комитета, подписанный С. Булевским как начальником Красной гвардии. Издание: сборник 1957 года, документ № 197.

16 февраля 1918 года — С. Булевский подписал приказ о Никитском саде, «Магараче» и майоратных владениях Мордвинова. Издание: тот же сборник, документ № 236; ГАКО, фонд Р-2424, опись 1, дело 3, лист 3.

19 февраля 1918 года — издан приказ № 5 по «Ай-Гурзуфу», «Болгатуру», «Артеку», «Партениту», «Суук-Су» и другим владениям. Издание: документ № 241; ГАКО, фонд Р-2424, опись 1, дело 3, лист 5.

Между 19 и 25 февраля 1918 года — издан приказ № 6 по «Кичкине», «Хараксу», «Дюльберу», «Ай-Тодору», «Чаиру» и другим западным имениям. Издание: документ № 242; ГАКО, фонд Р-2424, опись 1, дело 3, лист 6.

23 февраля 1918 года, 11 часов — срок явки прежних владельцев и администрации имений восточного списка в Массандру согласно опубликованной передаче приказа № 5. Наличие самой явки требует актов регистрации.

25 февраля 1918 года — приказ № 7 об очередных владениях, в том числе имуществе княгини Н. А. Барятинской в Ялте. Дата подтверждена научной публикацией архивиста.

22 марта 1918 года — Таврический ЦИК провозгласил Советскую Социалистическую Республику Тавриду и учредил её Совнарком согласно публикации Андросова.

25 марта 1918 года — распоряжение Е. Кириако о подготовке регистрации рукописей, книг и художественных собраний в национальных и бывших частных имениях.

8 апреля 1918 года — циркуляр С. П. Новосельского о предотвращении хищения движимого имущества из пустующих дач и домов.

17 апреля 1918 года — указание Ялтинскому совету об охране библиотеки и картографического собрания А. Л. Бертье-Делагарда.

20 апреля 1918 года — дата состояния ведомости национальных имений Массандрской группы, упомянутой в источниковедческом исследовании Семянковой и Батровой.

Конец апреля — начало мая 1918 года — прекращение деятельности советских органов Крыма в результате наступления германских войск; дата завершения военного контроля различается по населённым пунктам.

Лето 1918 года — Крымское краевое правительство объявило об отмене большевистских декретов, изменив правовой режим частных имений и бывших удельных владений.

20 и 23 апреля 1919 года — создание нового комиссариата национальных имений и отдельный приказ нового управляющего А. Никифорова: события другого политико-правового периода.

1 декабря 1920 года — приказ № 2 Управления Южсовхозов об изъятии всех частных и ведомственных имений южнобережной полосы; самостоятельная национализация 1920 года.

Общая сверка дат и названий опирается на том документов 1957 года, архивную работу Андросова, исследование «Сельбиляра» и сборник по ревкомам.

32. Реестры действующих лиц, учреждений и мест

Персоналии национального управления: С. Булевский — главный комиссар; Эпьяков/Эньяков — помощник с управлением восточной группой по приказам; Фирсов — помощник по приказу № 242; Шиллер — помощник и временно исполняющий обязанности главного комиссара в публикации приказа № 7; Задорожный — должностное лицо в передаче позднейшего приказа; Шубин — комиссар Никитского сада и «Магарача»; Шлезингер — комиссар Ай-Даниля; Фидлер — комиссар владений Мордвинова; Ильский — названный в документальной публикации инспектор по виноградарству и виноделию. Фамилии без устойчивой формы не расширены вымышленными именами и отчествами.

Персоналии, указанные в связи с собственностью и культурной охраной: Н. Н. Бекетов — владения «Ай-Гурзуф» и «Болгатур»; В. В. Келлер — «Карабах» и «Биюк-Ламбат»; княгиня Воронцова-Дашкова — «Алупка»; графиня Панина — «Гаспра»; княгиня Долгорукова — «Мисхор»; Н. А. Барятинская — ялтинское владение «Сельбиляр»; Я. А. Понятовская — управляющая «Сельбиляром»; Е. Кириако — комиссар просвещения Ялтинского уезда; С. П. Новосельский — нарком внутренних дел; А. Л. Бертье-Делагард — владелец научного собрания, охрана которого затребована 17 апреля. Идентификация части дореволюционных владельцев по инициалам и фамилиям остаётся в источниковом статусе соответствующих приказов.

Учреждения: Ялтинский совет; Ялтинский военно-революционный комитет; главный комиссар по национальным имениям в Крыму; главное управление национальными имениями; его касса и бухгалтерия в Массандре; рабочие союзы и комиссии; Таврический центральный исполнительный комитет; Совет народных комиссаров Республики Тавриды; учреждения народного просвещения и внутренних дел; Крымское краевое правительство. Деятельность после апреля 1918 года учитывается отдельно от комиссариата Булевского.

География: Массандра, Ливадия, Ореанда, Никита, Магарач, Ай-Даниль, Кучук-Ламбат, Чукурлар, Гурзуф, Артек, Партенит, Кастель, Алушта, Ялта, Мисхор, Гаспра, Алупка, Симеиз; отдельные именованные комплексы «Кичкине», «Харакс», «Дюльбер», «Ай-Тодор», «Чаир», «Сельбиляр», «Болгатур». Топонимы приведены в исторических формах, используемых в опубликованных документах.

33. Итоги документального исследования

Установлена серия распоряжений С. Булевского по национальным имениям Крыма: опубликованные в документальном сборнике акты 16 февраля, 19 февраля и промежутка 19–25 февраля 1918 года, а также зафиксированный архивной историографией приказ № 7 от 25 февраля и сообщения о последующих приказах. Для трёх первых актов известны номера документов в сборнике 1957 года и архивные реквизиты фонда Р-2424, опись 1, дело 3, листы 3, 5 и 6. Эти сведения подтверждают факт объявления соответствующих владений национальной собственностью и назначение органов управления.

Подтверждено, что система национальных имений предусматривала главного комиссара, помощников, территориальное распределение владений, рабочие комиссии, центральную кассу, бухгалтерию и местных комиссаров. Прямые распоряжения и опубликованный проект отделены друг от друга по источниковому статусу. Ведомственная организация Массандры и Ливадии реконструирована по исследовательским публикациям архивных документов.

Установлено предшествующее государственное ведение части бывших императорских имений с 1917 года. Февральская национализация 1918 года включала также частновладельческие комплексы, научные хозяйства, гостиницы и дворцы. В отношении Никитского сада и «Магарача» прямой документ определяет передачу в новую систему; на основании только этого документа не реконструируются изменения их научной работы.

Для нескольких усадеб имеются сведения об отдельных хозяйственных действиях после приказа, включая требование предоставить документы управляющей «Сельбиляр». Для всего перечня владений достаточный объём подписанных актов приёма не установлен. Доказанная дата издания приказа не принимается за дату полной хозяйственной передачи каждого имущества.

Зафиксированы четыре расходящихся количественных сообщения — около 60, 68, 69 и более 80 имений — с указанием авторов и различий потенциальной единицы счёта. Единый достоверный итог национализированных и фактически принятых имений остаётся открытым, пока не проведена пообъектная сверка всех приказов и ведомостей.

Установлены распоряжения марта — апреля 1918 года об учёте и охране культурных ценностей, а также опубликованная хронология прекращения советского управления в связи с германским наступлением. Действия Крымского краевого правительства летом 1918 года и повторные национализации 1919 и 1920 годов обособлены как последующие этапы.

Для окончательной документальной реконструкции остаются конкретные задачи: непосредственный просмотр полного дела ГАРК Р-2424, оп. 1, д. 1 (особенно л. 77–78), д. 3 (л. 3–8) и д. 5 (л. 16); поиск полного реестра с датой составления, актов передачи по каждому имению, бухгалтерских ведомостей Массандры и Ливадии, распоряжений о назначении комиссаров, протоколов рабочих комиссий и актов возвращения имущества в период краевого правительства. Эти вопросы отмечены как архивные ограничения существующего цифрового корпуса и не заполняются предположениями.

Самостоятельный результат исследования состоит в хронологически упорядоченной сверке опубликованных распорядительных актов и позднейшей архивной историографии, разграничении прежнего государственного статуса владений и февральских решений, выделении юридического приказа и факта его исполнения, определении административной схемы национальных имений, сохранении документальных разночтений и формировании проверяемого маршрута к основным архивным делам.

34. Источники и литература

Опубликованные документы и исторические сборники

Борьба за Советскую власть в Крыму: документы и материалы. Т. I: Март 1917 — апрель 1918 г. / Партархив Крымского обкома КП Украины; Государственный архив Крымской области; редкол.: П. Н. Надинский и др. Симферополь: Крымиздат, 1957. Документы № 197 (16 января 1918), № 236 (16 февраля 1918, с. 201), № 241 (19 февраля 1918, с. 204–205), № 242 (между 19 и 25 февраля 1918, последующие страницы). Документы № 236, 241 и 242 напечатаны по печатным экземплярам: ГАКО, ф. Р-2424, оп. 1, д. 3, л. 3, 5, 6. Цифровой текст документального тома.

Солодовник Л. Д., Беликова А. Д., Кондранов И. П. Ревкомы Крыма: сборник документов и материалов. Симферополь, 1968. Приказ № 2 Управления Южсовхозов от 1 декабря 1920 г. Электронное воспроизведение сборника.

Архивные исследования и публикации с документальными ссылками

Андросов С. А. Судьба культурного наследия Крыма на изломе исторической эпохи (1917–1920 гг.) // Государственный архив Республики Крым. Электронная научно-историческая публикация. Сведения о декабрьской резолюции рабочих Массандры и Ореанды; приблизительном числе имений; распоряжениях 25 марта, 8 и 17 апреля 1918 г.; отмене актов и движении имущества летом 1918 г. Публикация Государственного архива; архивная версия публикации.

Андросов С. А. Из музейного прошлого усадьбы «Сельбиляр» в Ялте (1920–1927) // Государственный архив Республики Крым. Электронная научно-историческая публикация. Сведения о приказе № 7 от 25 февраля 1918 г., управляющей Я. А. Понятовской и последующих периодах национализации. История имения «Сельбиляр».

Государственный архив Республики Крым. К 100-летию Республики Тавриды: выставка документов из архивных фондов. Электронная публикация, справочные материалы об учреждениях и политико-административной хронологии 1918 года. Архивная выставка документов.

Семянкова О. И., Батрова Я. С. Н. Н. Бекетов и «Болгатур»: опыт источниковедческого поиска // Научный вестник Крыма. 2025. № 4 (57). Исследование архивных материалов ГАРК ф. Р-2424, оп. 1, д. 1, 3, 5; ф. Р-361, оп. 1, д. 3, 27; источниковый маршрут к ведомости по состоянию на 20 апреля 1918 г. Карточка научной статьи; полный текст PDF.

Соляник Е. А. Процесс национализации частных усадеб Крыма // Молодой ученый. 2015. № 14 (94). С. 405–407. Историко-архивная публикация сведений о проекте управления, приказах № 5–8, составе комиссаров и территориальном делении; указания на ГАРК ф. Р-2424, оп. 1, д. 1, л. 77; д. 3, л. 5–8; д. 5, л. 16. Исследование национализации усадеб.

Научная и справочная литература

Бородин С. В. Аграрные преобразования в Крыму в конце 1917 — начале 1919 годов. Исследовательский текст, электронное воспроизведение. Сведения о национализации имений и оценке их количества, требующие сверки с соответствующим фондовым списком. Исследование аграрных преобразований.

Ишин А. В. Проблемы государственного строительства в Крыму в 1917–1922 годах. Монографическое исследование, электронное воспроизведение. Сведения о численности национализированных имений. Монография о государственном строительстве.

Руденко Н. С. Борьба за победу и упрочение Советской власти в Крыму (ноябрь 1917 — апрель 1918 г.): диссертационное исследование. 1968. Сведения о главном управлении национальными имениями и хозяйственных мероприятиях. Диссертация о Советской власти.

Волошинов Л. И. Октябрь в Крыму и Северной Таврии. Симферополь: Крымиздат, 1960. 133 с. Сведения о Таврическом центральном комитете Советов и земельных преобразованиях. Монография Волошинова.

Надинский П. Н. и др. Борьба большевиков за власть Советов в Крыму: сборник статей. Симферополь, 1957. Материалы об учреждениях и аграрных мерах начала 1918 года; используется как историография своего времени. Сборник исторических статей.

Брагина Т. А., Васильева Н. В. Путешествие по дворянским имениям Крыма. Симферополь: Доля, 2005. Раздел об Н. Н. Бекетове и крымских владениях, вторичные сведения о составе имущества «Болгатура». История имений Бекетова.

Ливадийско-Массандровское удельное управление: исторические материалы о составе и управлении южнобережных владений. Музей-заповедник «Петергоф», электронное издание материалов о ведомственном хозяйстве начала XX века. Материалы об удельных владениях.

История революционного Крыма: Советская власть и Республика Тавриды. Исторический период, опубликованная научная страница проекта Руслана Изетова. Паспорт исторического периода.

Архивные дела, указанные в проверенных публикациях

Государственный архив Республики Крым (в издании 1957 г. — Государственный архив Крымской области), ф. Р-2424, оп. 1, д. 1, л. 77–78: проект организации управления национальными имениями Крыма; шифр приведён по Соляник (2015) и Семянковой, Батровой (2025). Архивный лист в настоящем исследовании непосредственно не осмотрен.

Там же, ф. Р-2424, оп. 1, д. 3, л. 3, 5, 6: опубликованные печатные экземпляры приказов 16 и 19 февраля, а также приказа, датируемого 19–25 февраля 1918 г.; шифры воспроизведены по документальному сборнику 1957 года.

Там же, ф. Р-2424, оп. 1, д. 3, л. 7–8: последующие приказы по национальным имениям; маршрут указан в научных публикациях 2015 и 2025 годов, полного листового текста в настоящем исследовании нет.

Там же, ф. Р-2424, оп. 1, д. 5, л. 16: список национальных имений, использованный в исследованиях территориального деления; вопрос о точном заголовке, числе отдельных объектов и его отношении к ведомости на 20 апреля 1918 года подлежит фондовой сверке.

Там же, ф. Р-361, оп. 1, д. 3 и д. 27: документы управления советскими хозяйствами, использованные Семянковой и Батровой для истории «Болгатура» после ноября 1920 года; применяются только для различения архивных серий разных лет.