Военные действия на Чонгарском направлении зимой 1920 года

1. Предмет исследования и хронологические пределы

Настоящее исследовательское досье документирует действия на Чонгарском направлении с января по март 1920 года. Его пространственная область охватывает северные подступы к Крымскому полуострову, сообщение через Сиваш, железнодорожные станции и отходящие к Азовскому морю пути. Основное внимание уделено Чонгарскому полуострову, переходам в районе Салькова и Таганаша, Джанкойскому железнодорожному узлу, Тюп-Джанкою и связи этого участка с Геническом и Перекопом. Расположение соседних пунктов имеет значение для проверки того, к какому именно берегу Сиваша относится сообщение о занятии населённого пункта. Исследование А. С. Кручинина отдельно прослеживает январское предполье; свидетельство Я. А. Слащёва описывает февральские налёты; его же мартовский рассказ фиксирует новое наступление.

Под «зимой 1920 года» здесь понимается утверждённый паспортом период январь — март, включая мартовскую операцию как заключительный эпизод исследования. События ноября 1920 года образуют самостоятельный исторический комплекс; материалы о тогдашнем штурме Чонгара и Перекопа не переносятся на январь — март. Все даты документов советского командования воспроизводятся по их цифровому археографическому описанию. Пары дат через косую черту появляются лишь там, где исследуемое издание прямо разграничивает старый и новый календарный стиль. Для каждого эпизода отделены распоряжение, донесение о ходе боя и позднейшее воспоминание.

2. Корпус документов и условия проверки

Основанием документальной части служат каталожные и археографические записи первичных документов командования Красной армии. В январском комплексе находятся директива от 9 января, приказ от 25 января и оперативная сводка от 31 января. Февральский ряд включает ориентировочную справку 13-й армии, фронтовую сводку 3 февраля, приказ о создании ударной группы и приказ о подготовке наступления. Для марта выявлены докладная записка 16 марта и приказ 18 марта. Каталоги называют архивные фонды, описи и дела, а для отдельных материалов — вид подлинника или копии.

Второй корпус составляют опубликованные воспоминания Я. А. Слащёва, написанные после описываемых операций; третий — исследования, сопоставляющие мемуары с архивными фондами. Доступная цифровая карточка документа подтверждает существование, дату, заглавие, ведомственную принадлежность и приведённый шифр; один лишь заголовок не заменяет сплошного чтения текста. Поэтому конкретные тактические подробности заимствуются только из действительно доступного рассказа участника либо из исследования с обозначенной архивной основой. Отсутствующие в цифровой карточке численность, час, маршрут, исход боя и потери здесь не приписываются документу. Так обеспечено различение доказательственного статуса сообщений.

3. Календарные стили, датировка и последовательность

Январские даты в исследовании А. С. Кручинина, например 3/16 и 8/21 января, приведены как старый/новый стиль по принятому им правилу двойной датировки. Именно в таком виде реконструируется начало боёв в предполье. Документы советских фронтовых и армейских штабов датированы в цифровых публикациях 9, 25, 29, 31 января и позднее 1920 года; указанные в их заголовках числа используются буквально. Директива 9 января не превращается в 22 января, а приказ 25 января — в февральский документ. Самостоятельно прибавлять тринадцать суток к советским датам недопустимо.

Дата формирования приказа отличается от даты его получения подчинённым штабом и от дня фактического действия соединения. Датировка по заголовку опубликованного документа относится прежде всего к самому акту. Для реконструкции локального боя необходима запись о конкретном времени атаки. Мемуарист мог объединить в одном повествовательном отрывке несколько решений и передвижений; при сравнении с оперативными журналами это требует поминутной и посуточной проверки. Именно такая проблема обнаруживается у Ново-Алексеевки, где дата, сообщённая участником, в исследовании Кручинина уточняется по другим материалам.

4. Топография Сиваша и узлы обороны

Чонгарское направление связывало материковую часть Северной Таврии с Крымом через систему мелководных участков Сиваша, островных и полуостровных пространств, дамб и мостов. Железнодорожная линия сходилась к Джанкою, откуда сообщение продолжалось к внутренним центрам полуострова. В военных текстах встречаются названия Сальково, Таганаш, Тюп-Джанкой, Ново-Алексеевка и Геническ. Одноимённые варианты железнодорожной станции и ближайшего селения требуют отдельной топографической идентификации. Кручинин разграничивает Ново-Алексеевку, Сальково и расположенные севернее станции по их расстоянию от перехода.

Разделение пространства на предполье севернее Сиваша, Чонгарский полуостров и основную крымскую позицию южнее переходов позволяет описывать исход каждой операции точнее. Занятие территории Чонгарского полуострова ещё не означает занятия Джанкоя либо всего Крыма. Возвращение сторожевого отряда на южную позицию также нельзя отождествлять с полной эвакуацией армии с фронта. В зимних условиях проходимость по льду увеличивала количество потенциальных направлений движения. Сообщения о ледовой обстановке у Слащёва относятся к его непосредственным наблюдениям и приказам о разведывательной проверке льда.

5. Железнодорожный коридор и станции

На январском этапе бои разворачивались по линии от материковых станций к мостам через Сиваш. В статье Кручинина приводятся расстояния от Салькова до Рыкова и Сокологорного, объясняющие, почему событие возле Рыкова принадлежит истории Чонгарского направления, хотя произошло вне самого перешейка. Станция Ново-Алексеевка имела значение узла, от которого отходила ветка к Геническу; её удержание или оставление отражалось на связи железнодорожного участка с Азовским побережьем.

Таганаш в рассказе Слащёва назван пределом продвижения одного из февральских налётов вдоль железной дороги. Мемуарный текст сообщает отдельно о Тюп-Джанкое и отдельно о движении по полотну; их одновременность не доказана. Состояние мостов и полотна, наличие разъездов, подрывов и восстановительных работ должны фиксироваться журналами военных железнодорожников, а не предположениями по современным картам. Пока таких журналов в непосредственно прочитанном корпусе нет. Данные о движении бронепоездов относятся прежде всего к январскому удару в предполье.

6. Декабрьские распоряжения и подготовка обороны

Предыстория январской кампании восходит к распоряжениям командования ВСЮР в декабре 1919 года. Кручинин на основании фондов РГВА приводит последовательность: 5/18 декабря А. И. Деникин формулировал задачи для Н. Н. Шиллинга; 11/24 и 13/26 декабря последовали уточнения прикрытия Крыма; 15/28 декабря сформулировано требование обороны Крыма и Северной Таврии. Сведения изложены в исследовании с архивными ссылками и позволяют точно датировать появление этой задачи в передававшихся приказах. Цитируемые там архивные реквизиты отнесены к РГВА, ф. 39540, оп. 1, д. 33, л. 12–21; прямой осмотр листов в настоящей работе не заявляется.

В январе корпус генерала Я. А. Слащёва должен был действовать в условиях отступления основных групп войск ВСЮР с материковой территории. Через Чонгар проходила важная линия снабжения Мелитополь — Джанкой; через Перекоп — другая линия доступа к полуострову. Различие этих путей объясняет выделение самостоятельного Чонгарского направления в корпусных и фронтовых материалах. Восстановление обороны после отхода к перешейкам проводилось под полномочиями нескольких командиров; решения Деникина, Шиллинга и Слащёва принадлежат разным уровням управления.

7. Советская директива 9 января 1920 года

Оперативная задача, поставленная войскам Юго-Западного фронта, документально отражена в директиве № 02/оп от 9 января. В цифровой археографической карточке указаны место составления — Курск, шифр ЦГАСА: ф. 6, оп. 12, д. 82, л. 29–30, вид носителя — телеграфная лента. Название прямо связывает действия против остатков деникинских войск на Правобережной Украине с задачей освобождения Крыма. Публикация этого документа в сборнике «Из истории гражданской войны в СССР», т. 2, М., 1960, с. 579–581 также отражена в карточке.

Здесь устанавливается уровень стратегической директивы и её дата. Конкретный порядок занятий Чонгарского полуострова в январе из одного заголовка директивы вывести нельзя. Для сопоставления общего задания с действиями на мостах требуются оперативные документы 13-й армии, документы её 46-й дивизии и 8-й кавалерийской дивизии. Работа над этими рядами предусмотрена в дальнейшей документальной реконструкции, но отсутствие в открытом тексте отдельного приказа по каждому боевому участку не восполняется позднейшим общим пересказом.

8. Соединения Красной армии на северных подступах

Согласно реконструкции Кручинина, при подходе к крымскому направлению советской 13-й армией командовал А. И. Геккер, а группировкой Юго-Западного фронта — А. И. Егоров. В составе армейской группировки исследователь называет 3-ю и 46-ю стрелковые дивизии, 8-ю кавалерийскую дивизию Червонного казачества и 13-ю кавалерийскую бригаду. При описании конкретных январских событий он выделяет кавалерию В. М. Примакова и 138-ю стрелковую бригаду 46-й дивизии. Эти сведения приведены в публикации Кручинина, которая ссылается на историю дивизии, оперативные документы и позднейшие издания.

По сводке 13-й армии за 31 января в опубликованной поисковой выдержке подтверждается сообщение о переходе частей 46-й дивизии в наступление по фронту. Состав, подчинение и фактическая численность бригад в конкретную дату требуют различения: штатная организация не равна числу бойцов, принявших участие в бою. архивный путеводитель 46-й дивизии относит боевые действия на Перекопском и Чонгарском направлениях к январю — апрелю 1920 года, отдельно от ноябрьской кампании. В настоящей монографии численность, встречающаяся в позднем исследовании, приводится только с атрибуцией.

9. Белые соединения и корпусное командование

Центральной фигурой обороны Крыма в исследуемый период выступал генерал Я. А. Слащёв, командовавший 3-м армейским корпусом. На уровне Новороссийской области действовал генерал Н. Н. Шиллинг; его должностное положение подтверждается докладом Деникину от 11 февраля в цифровом документальном реестре. Корпусная группировка включала части 13-й и 34-й пехотных дивизий, кавалерию и сводные формирования. При январском выдвижении на север Слащёв, по своему рассказу, использовал Пинско-Волынский батальон, чеченский конный компонент, конвой, танки и бронепоезда. Независимая общая численность всего корпуса на каждое число января не установлена.

Описанные мемуаристом небольшие по численности войсковые части перемещались между позициями и резервами. Поэтому сообщение «на Чонгаре находилась дивизия» следует проверять на фактический состав выставленных полков и батальонов. В марте Слащёв сообщает о двух полках 13-й дивизии на восточном участке; эти данные относятся к 11 марта и не распространяются автоматически на январь. Мартовская диспозиция имеет статус сообщения самого командующего, составленного позднее кампании.

10. Соприкосновение у Рыкова 3/16 января

В раннем январском этапе наиболее важной датировочной проверкой является бой в предполье Чонгарского участка. А. С. Кручинин со ссылкой на РГВА, ф. 39693, оп. 1, д. 40, л. 16 указывает на соприкосновение сторон у станции Рыково 3/16 января 1920 года. Он специально отделяет этот эпизод от принятой по Слащёву датировки боя за Ново-Алексеевку и отмечает, что действия отряда происходили в несколько этапов. Это подтверждённая исследовательская публикация конкретной архивной ссылки; сам архивный лист в настоящей работе не просматривался.

В данной реконструкции Рыково рассматривается как отдельный ранний контакт на железнодорожном подходе, а не как другое название Ново-Алексеевки. Этот факт меняет последовательность движения передовых групп: их столкновения предшествовали последующему удару по Ново-Алексеевке. Участие танков и бронепоездов в раннем выдвижении описано исследователем, однако точное распределение этих средств по каждому дню требует ведомостей боевого состава. Название станции также следует сопоставлять со схемами железной дороги соответствующего года.

11. Геническ и Арабатское побережье в январе

Геническ и начало Арабатской стрелки составляли примыкающий к Чонгару восточный участок сообщения. Кручинин со ссылкой на свидетельства сторон относит столкновения красной конницы с белым Сводно-стрелковым полком к 30 декабря / 12 января. В его изложении с Азовского моря поддерживал белые части огнём корабль «Терец», а занятие Геническа советскими частями он датирует 5/18 января. Эти сообщения имеют установленную научную атрибуцию; исходные журналы корабля и сухопутных отрядов здесь непосредственно не сверены.

Особое значение для исследования имеет разделение Геническа, собственно Чонгарского полуострова и Джанкоя. Сообщение о взятии одного пункта не подтверждает продвижение через весь комплекс переправ. Движение 8-й кавалерийской дивизии и её возможное взаимодействие с частями 46-й дивизии следует проверять по армейским приказам и дивизионным боевым журналам. Наличие Азовского моря на фланге не доказывает участия каждого корабля флотилии в каждом боевом эпизоде.

12. Сальковский участок и передвижения к Ново-Алексеевке

Сальково выступает в источниках как станция ближе к Чонгарскому переходу, от которой отряд Слащёва предпринимал вылазки на север. В реконструкции Кручинина отражена последовательность действий у Рыкова, последующее оттеснение белых к Ново-Алексеевке и концентрация сил к удару 8/21 января. Он указывает, что советские стрелки 138-й бригады заняли железнодорожную станцию Ново-Алексеевка, а продвижение конницы шло в связи с Геническим направлением. Одновременно исследователь предупреждает о разночтении дат, содержащихся в мемуарном тексте.

Необходимо различать занятие станции и села, а также присутствие передовых разъездов и устойчивое закрепление линии обороны. Стороны могли контролировать отдельные пункты лишь в пределах дневных манёвров. Подтвердить время подхода каждой колонны, состав охранения путей и наличие железнодорожных повреждений могли бы телеграммы станционных начальников и журналы бронепоездов. На данном этапе из источников зафиксированы направления и последовательность, а минутная реконструкция строится только для описанного Слащёвым январского удара.

13. Удар по Ново-Алексеевке 8/21 января

В работе Кручинина бой за Ново-Алексеевку датирован 8/21 января 1920 года. Исследователь приводит рассказ Слащёва о наступлении от Салькова и занятии станции к полудню; в публикации оговорено, что сам мемуарист ошибается с датой при изложении всей цепочки событий. Согласно приведённому мемуарному отрывку, движение началось около девяти часов, к двенадцати станция была занята, позднее наблюдалось сосредоточение советских частей и к вечеру белые силы начали организованный отход под прикрытием бронепоездов. Конкретная последовательность часов относится к источнику воспоминаний.

Наличие в этом эпизоде танков, бронепоездов и конницы документировано в опубликованном воспоминании, а архивные ссылки на действия отряда приведены позднейшим исследователем. Описание не позволяет объявить занятие Ново-Алексеевки долговременным удержанием населённого пункта. Выход ударного отряда и его последующий отход составляют один маневренный эпизод. Успех либо неуспех всей январской кампании не измеряется только этим боем: стороны продолжали движение к переправам и размещение передовых частей по линии Сиваша.

14. Отряд капитана М. В. Мезерницкого

Для операции у Ново-Алексеевки Кручинин на основании воспоминаний Слащёва выделяет сводный отряд капитана М. В. Мезерницкого. В его составе мемуарист называл Пинско-Волынский батальон численностью около 120 штыков, сводно-чеченский полк около 200 шашек, конвой штаба 3-го корпуса около 100 шашек, три исправных танка и три исправных бронепоезда. Кручинин приводит эти цифры как данные участника, а не как результат самостоятельного пересчёта строевых ведомостей. Именно такой статус численности сохранён в настоящем исследовании.

Исследователь дополнительно обращается к свидетельству военнослужащего Пинско-Волынского батальона из ГА РФ: ф. Р-5881, оп. 1, д. 152, л. 34–35 об., описывающему прибытие и направление подразделения к Чонгарскому мосту. Ссылка проверена по статье Кручинина, а не по листам этого архивного дела. Персональные функции Мезерницкого на отдельные часы вылазки определяются как командование сводным отрядом в переданном Слащёвым повествовании. Смену состава отряда на других этапах следует устанавливать по приказам и ведомостям.

15. Бронепоезда, танки и морская артиллерия

Железная дорога на северном подступе обеспечивала применение вооружённых поездов и движение тяжёлых орудий. В источниковедческой статье названы бронепоезд «Дмитрий Донской», вооружённый состав «Желбат 1», позднее именовавшийся «Студент», и батареи тяжёлой морской артиллерии. Для уточнения исследователь ссылается на РГВА, ф. 39660, оп. 1, д. 458, л. 142, 151, а также ф. 39693, оп. 1, д. 40. Приведённый им состав вооружения относится к определённому отрезку зимней кампании и не превращается в постоянное расписание всех средств обороны Чонгара.

Слащёв упоминал три исправных танка и три бронепоезда в январской вылазке. Различие исправных машин и всех наличных машин существенно для проверки цифр. Дальнейшая мартовская диспозиция в его мемуарах содержит иное количество танков в резерве; объединять обе цифры нельзя. Отдельные корабельные артиллерийские части, действовавшие как наземные батареи, также следует отделять от вооружения бронепоездов. Прямая атрибуция каждого орудия конкретной батарее на Чонгаре остаётся источниковедческой задачей.

16. Распоряжение 25 января и изменение фронтовых задач

В состав январского документального ряда входит приказ № 41/сек 484/оп командованию 13-й и 14-й армий от 25 января 1920 года, составленный в Курске. Его заголовок фиксирует задачу овладения Перекопом и Бериславом; карточка ЭБИД приводит ЦГАСА, ф. 102, оп. 3, д. 26, л. 41, телеграфный бланк. Приказ включён в публикацию «Директивы командования фронтов Красной Армии (1917–1922)», т. II, М.: Воениздат, 1972.

Документ относится к фронтовому планированию крымского направления и служит контрольной датой между январскими действиями в железнодорожном предполье и более поздним наступлением на перешейках. Из заглавия невозможно сделать вывод, что приказ означал уже состоявшийся захват Чонгара, либо что части 13-й и 14-й армий одновременно штурмовали одну переправу. Такие выводы нуждались бы в оперативных донесениях и дневных маршрутах соединений. Именно поэтому приказ включён в хронологию как постановка задачи, а не как боевой итог.

17. Оперативные сводки конца января

Два опубликованных в цифровом каталоге документа помогают фиксировать состояние фронта после боя у Ново-Алексеевки. Дополнительная сводка 29 января посвящена боям за Перекоп и имеет архивный реквизит ЦГАСА, ф. 198, оп. 4, д. 196, л. 18, подлинник. Сводка 31 января описана как сообщение о боях в районе Перекоп — Геническ, ЦГАСА, ф. 198, оп. 4, д. 192, л. 71, дешифрованная телеграмма. По индексированной выдержке второго документа известно о наступательных действиях частей 46-й стрелковой дивизии.

Эти документы относятся к более широкому фронту, чем железнодорожный мост у Чонгара. Они важны для определения положения соседних частей и времени их движения, но не заменяют чонгарского боевого журнала. Даты документов привязаны к передаче штабного сообщения, а не к предполагаемому моменту занятия каждой позиции. В настоящей работе сопоставление ограничено достоверно известными реквизитами и текстовым фрагментом по 31 января; неполученная схема участка и подробности донесений обозначены в перечне открытых задач.

18. Разведывательные документы 2 февраля

Разведывательная сводка 2 февраля штаба Юго-Западного фронта охватывает период с 15 января по 1 февраля 1920 года. Её архивный адрес в цифровой карточке: ЦГАСА, ф. 102, оп. 3, д. 499, л. 13–15, подлинник. Отдельно зарегистрирована ориентировочная справка 13-й армии того же дня о боях на подступах к Крыму. Датировка двух документов совпадает, но их ведомственный характер и предмет различаются: разведывательное обобщение фронта и армейская справка о боевой обстановке.

Для проверки каждого приведённого там количественного показателя необходимо читать соответствующую строку текста с указанием времени наблюдения и характера разведывательного сообщения. Присутствие противника по данным разведки может отличаться от фактической боевой численности. В исследовании Кручинина приведена советская оценка сил белых на Сивашском направлении, превышающая ряд других чисел; эта оценка не принимается за независимую перепись корпуса. Сведения 2 февраля позволяют локализовать ещё один пункт документальной фиксации перед сообщением о Чонгарском полуострове 3 февраля.

19. Сводка 3 февраля о Чонгарском полуострове

Первичное документальное свидетельство принципиального значения — сводка штаба Юго-Западного фронта 3 февраля с сообщением об освобождении Николаева, Херсона и Чонгарского полуострова от белых войск. Её архивный реквизит: ЦГАСА, ф. 102, оп. 4, д. 389, л. 31, заверенная копия. Указанные три территории объединены в названии сводки, однако их географическое положение и боевые обстоятельства различны. Датой 3 февраля подтверждено существование именно фронтового сообщения о Чонгарском полуострове.

Слово «освобождение» в заголовке — формула самого советского документа; в научном изложении она представляется атрибутированным сообщением штаба. Оно не устанавливает, что вся территория Крыма перешла под советский контроль 3 февраля. Устойчивость занятия северной части переправ, отсутствие белого охранения на островных позициях и время дальнейших налётов должны проверяться отдельными свидетельствами. Слащёв сообщает о февральских продвижениях противника к внутренним пунктам восточного участка; его рассказ совместим с наличием советского плацдарма на Чонгарском полуострове, но точные границы контроля из двух этих источников окончательно не следуют.

20. Замерзание Сиваша и проверка льда

Воспоминания Слащёва содержат предметное наблюдение о сильных морозах конца января — начала февраля и замерзании Сиваша. По мемуарному описанию командир распорядился проверять проходимость льда двумя связанными подводами общим весом около 45 пудов. Это свидетельство об опыте конкретного участника, а не метеорологическая ведомость; приводимые температура и нагрузка не подтверждены отдельным журналом наблюдений.

Военное значение льда состояло в изменении маршрутов подхода к позициям. На обычном мелководном участке противник мог использовать проход, не совпадавший с железнодорожной дамбой. Одновременно несущая способность льда не могла быть одинаковой у берега, у разрывов водного покрова и вблизи мостов. Поэтому из сообщения о проезде подвод нельзя заключать, что вся поверхность Сиваша выдерживала артиллерию или крупные колонны. Зафиксированы приказ о проверке и результат, сообщённый мемуаристом; подробной карты ледовых проходов за февраль 1920 года в проверенном корпусе пока нет.

21. Февральский налёт на Тюп-Джанкой

В воспоминаниях Слащёва отдельно описан налёт красных на Тюп-Джанкой в начале февраля. Командир сообщает о размещении там чеченского конного подразделения под начальством генерала Ревишина и придании позиции шести орудий: четырёх старых крепостных и двух лёгких. По словам Слащёва, охранение оказалось застигнуто врасплох и оставило артиллерию. Эти обстоятельства следует относить к показанию командира, последовательно критиковавшего поведение своих подчинённых.

Точное число атакующих, тактическое время начала налёта, количество реально потерянных орудий и возможность дальнейшего использования трофеев должны быть установлены по журналам и спискам имущества обеих сторон. В частности, слова о потере орудий в одном показании не дают основания объявить всю восточную оборонительную группу уничтоженной. Тюп-Джанкой расположен на направлении от Чонгара к Джанкою, поэтому сам факт упоминания налёта показывает глубину проникновения разведывательно-ударной группы; при этом конечное положение фронта после её ухода в доступном рассказе не датировано точно.

22. Февральский налёт по железной дороге к Таганашу

Слащёв выделяет второй февральский эпизод — движение красных прямо вдоль железнодорожного полотна до станции Таганаш. Мемуарный источник называет его отдельно от атаки на Тюп-Джанкой. Поэтому две вылазки не объединены в одну операцию и им не приписывается один состав войск. Упоминание Таганаша свидетельствует о направлении прорыва и крайнем пункте, названном в рассказе, но не содержит полного перечня промежуточных станций.

Для точного описания нужны боевые журналы охранения железнодорожного моста, сведения дежурных по станциям, журналы бронепоездов и оперативная карта. По имеющимся материалам отсутствует независимое подтверждение числа вагонов, повреждений полотна и времени возвращения наступавших. Следовательно, здесь установлен факт мемуарного свидетельства о налёте на железнодорожном направлении, а его продолжительность остаётся открытой. Такая характеристика согласуется с доказательственным характером досье и не превращает отдельную вылазку в неподтверждённое долговременное удержание Джанкоя.

23. Шесть орудий и проблема материальных потерь

В пересказе Слащёва оборонявший Тюп-Джанкой отряд оставил четыре крепостных и два полевых орудия. Описание участника содержит также подробности об их предполагаемой дальнейшей судьбе, связанные с состоянием льда. Для источниковедческой проверки необходимо разделить три вопроса: стояли ли все шесть орудий на позиции до налёта; сколько из них было брошено при отходе охранения; какие орудия фактически достались советским войскам. Воспоминание в отсутствие имущественной ведомости достоверно подтверждает то, что Слащёв сам сообщил о потере батареи, но не все элементы движения трофеев.

В документальном реестре это расхождение выделено отдельно, поскольку материальный результат налёта можно проверять по рапортам артиллерийского имущества, сводкам захваченных трофеев и актам о списании. В опубликованных карточках советских сводок, проверенных в настоящей сессии, подробная номенклатура этих шести орудий не установлена. Следовательно, определение «шесть захваченных исправных орудий» не используется как итоговый факт.

24. Сальковская позиция и система сторожевого охранения

Сальковский участок в воспоминаниях Слащёва и в исследовании Кручинина связан с удержанием переходов, железнодорожной коммуникации и маневренными действиями передовых отрядов. В январской реконструкции Сальково — отправная точка удара к Ново-Алексеевке, а в мемуарном февральском описании оборона главных сил была организована с учётом возможности прохода противника по льду. Сопоставление этих сведений показывает различие январского действия в материковом предполье и февральского охранения на переправах.

Участок нельзя описывать как непрерывную фронтовую стену одинакового войскового заполнения: отдельные позиции, мостовые караулы, внутренние резервы и железнодорожное прикрытие относились к разным функциональным группам. Строго установить схему этих групп можно по инженерной карте, приказам начальника участка и списку застав. Часть конкретных расстановок, известная из рассказа командира, должна сохранять его авторскую атрибуцию. Границы между Чонгарским полуостровом и основной обороной южнее Сиваша особенно важны при разборе советской сводки от 3 февраля.

25. Доклад Н. Н. Шиллинга от 11 февраля

В командно-штабной цепочке выявлен доклад генерала Н. Н. Шиллинга А. И. Деникину от 11 февраля 1920 года об общей обстановке на фронте и в тылу. Цифровой архивный реестр приводит ЦГАОР СССР, ф. 1874, оп. 1, д. 39, л. 1–13, незаверенная копия. Наличие этого документа фиксирует отдельный уровень оценки фронтовой ситуации выше командования 3-го корпуса. Его архивный шифр приводится в том виде, в каком он указан у составителей цифровой записи.

Полный текст названного доклада в настоящем исследовании не был получен в проверяемом виде. Поэтому ему нельзя приписывать согласие с каждым эпизодом слащёвского рассказа, точную численность частей на Чонгаре или конкретное решение об оставлении полуострова. Доклад включён как обязательный архивный маршрут и как свидетельство существования февральской штабной отчётности. В дальнейшем необходимо проверить текст по листам, а также сопоставить его с донесениями 13-й армии и командования Юго-Западного фронта.

26. Оперативная сводка 9 февраля и продолжение боёв

Сводка Юго-Западного фронта 9 февраля озаглавлена как сообщение о действиях на участках 12-й, 13-й и 14-й армий. Её карточка указывает ЦГАСА, ф. 102, оп. 3, д. 123, л. 11–12, телеграфную ленту. Этот документ принадлежит к той же хронологической полосе, что и описанные Слащёвым февральские вылазки у Тюп-Джанкоя и Таганаша. Само наличие сводки подтверждает продолжение фронтового оперативного учёта, но из заголовка нельзя извлечь точную локализацию боёв по всем трём армиям.

В повествовании Слащёва под 6–7 февраля описано наступление противника на Перекоп. Это событие относится к соседнему участку и должно рассматриваться отдельно от продвижения к Таганашу. Время и состав атаки на Тюп-Джанкой в мемуаре выражены приблизительно. Сводка 9 февраля потенциально служит источником для их согласования, однако пока прочитаны её метаданные и архивный шифр, а не весь первичный текст. Такое ограничение сохранено в доказательственном реестре.

27. Создание ударной группы 13 февраля

Новый этап подготовки наступления документально обозначен приказом № 06/оп 13 февраля о создании ударной группы для наступления на крымском направлении. Документ адресован командованию 13-й и 14-й армий; архивный реквизит ЦГАСА, ф. 199, оп. 3, д. 460, л. 47–49, телеграфная лента. Публикация включена в т. II «Директив командования фронтов Красной Армии», М.: Воениздат, 1972. Само название свидетельствует о постановке новой организационной задачи.

Для настоящего исследования это контрольная дата планирования после сообщений начала февраля и перед мартовскими боями. Приказ о создании ударной группы и фактическое сосредоточение всех предназначенных сил представляют разные стадии. Дата выхода отдельных частей к Чонгару должна определяться только по полевым приказам и маршрутным сводкам. В частности, упоминание 14-й армии в адресатах документа ещё не доказывает присутствия её полков на самом Чонгарском мосту. Точный состав создаваемой группы в этой работе не реконструируется по одному заголовку.

28. Оперативный приказ 27 февраля

Приказ 13-й армии от 27 февраля посвящён подготовке наступления в глубь Крымского полуострова. Его архивная карточка содержит ЦГАСА, ф. 108, оп. 4, д. 161, л. 80–90, телеграфная лента; публикация представлена в сборнике «Гражданская война на Украине. 1918–1920», т. 2, Киев, 1967. Факт подготовки наступления подтверждён заголовком документа. При этом уже само различие между подготовкой и выполнением приказа требует не переносить дату 27 февраля на конкретное занятие населённого пункта.

В отдельных позднейших обзорных текстах упоминается наступление в районе Чонгара 24 февраля. Изложение В. А. Савченко содержит эту дату, но в доступном документальном корпусе ей пока не сопоставлен день-ко-дню первичный оперативный рапорт. Поэтому событие с такой точной датой не включено в установленные факты настоящего досье. Сведения о февральских налётах сохраняются с той точностью, с какой их сообщает Слащёв: начало февраля и февраль вообще.

29. Мартовское наступление в контексте двух направлений

Мартовское наступление крымской группировки советских войск включало действия на Перекопском перешейке и в районе Чонгара. Подробности приводятся в мемуарах Слащёва. Командир рассказывает о продвижении красных к Юшуню, об атаках на железнодорожный мост с Чонгара и об активности на соседнем участке Мурза-Каяш. Его текст фиксирует, что на разных направлениях разворачивались одновременно различные столкновения, а части белого корпуса использовали внутренние резервы.

Нельзя превращать все действия 8–12 марта в единственный бой за Чонгарский мост. Операции у Юшуня и Мурза-Каяша важны для определения перемещения резервов, но являются самостоятельными участками. В настоящем досье они рассматриваются только в той мере, в какой отражают боевую нагрузку на восточный фланг и сообщение по Джанкойскому направлению. Непосредственно по Чонгару фиксируется сообщение о нападениях на мост и о присутствии подразделений 46-й дивизии; конкретное число успешных переправ в марте не установлено.

30. Чонгар в диспозиции на 10–11 марта

Слащёв описывает обстановку к утру 11 марта 1920 года и сообщает об активности трёх полков 46-й советской стрелковой дивизии на Чонгаре. Эта мартовская диспозиция включает также его оценку двух белых полков 13-й пехотной дивизии между Тюп-Джанкоем и Мурза-Каяшем примерно в 400 штыков. На Арабатской стрелке им назван 1-й Кавказский стрелковый полк примерно в 100 штыков. Сведения имеют статус послевоенного отчёта командира о расположении подчинённых и противостоящих частей.

Сообщение о трёх полках 46-й дивизии не равно полному подтверждённому штатному составу дивизии и не устанавливает численность каждой из трёх групп. Упоминание двух полков 13-й дивизии при малом общем количестве штыков также отражает разницу между наименованием части и наличными силами на передовой. Обстоятельства атаки на железнодорожный мост в десятых числах марта требуют согласования по армейскому и дивизионному журналам обеих сторон. В данной работе исход и потери каждого отдельного штурма остаются открытыми.

31. Мурза-Каяш, Арабатская стрелка и фланговые сообщения

В мартовском рассказе Слащёва Мурза-Каяш выступает примыкающим восточным пунктом, где он сообщает о присутствии советского отряда, преимущественно конного. На Арабатской стрелке, по его словам, стоял белый 1-й Кавказский стрелковый полк, а полоса между Мурза-Каяшем и Тюп-Джанкоем была прикрыта частями 13-й пехотной дивизии. Источник марта создаёт моментный срез диспозиции, связанный с общей операцией 10–11 марта.

Из этих сведений нельзя заключать, что фланговый отряд у Мурза-Каяша участвовал непосредственно в каждом нападении на мост. Для такого утверждения необходимы данные о маршрутах и часах атаки. Территориальная последовательность Геническ — Арабатская стрелка — Мурза-Каяш — Тюп-Джанкой используется только как указание на круг пунктов, фигурирующих в соответствующих документах; она не является восстановленной непрерывной линией окопов. Отдельные названия требуют проверки по карте 1919–1920 годов.

32. Белые резервы и железнодорожное сообщение в марте

В воспоминаниях Слащёва основная резервная группировка 11 марта описана в районе Воинки. Командир перечисляет бригады 13-й и 34-й пехотных дивизий, юнкеров, Пинско-Волынский батальон, отряд капитана Орлова, конницу и другие части. Суммарная численность, приводимая им для резерва, составляет около пяти тысяч штыков и шашек, при наличии шести танков. Этот показатель представляет расчёт автора мемуаров на определённую дату, а не независимую архивную ведомость.

Выдвижение резерва к Юшуню, движение вдоль строившегося железнодорожного пути к Воинке и положение Джанкоя описывают общий оперативный фон. Смена направления ударов могла требовать переброски части группировки, но точные графики перевозок на Чонгар и обратно в настоящем корпусе не проверены. Нельзя приписывать каждому упомянутому подразделению участие в боях на Чонгарском мосту. Сохраняется различие между находившейся у Воинки группой, полками на восточной позиции и отдельными заставами у Сиваша.

33. Мартовские документы штаба Юго-Западного фронта

После мартовских столкновений документальный ряд продолжает докладная записка 16 марта командования фронта главкому о создании ударной группы для операции по освобождению Крыма. В архивном каталоге указаны номер № 141/сек 1775/оп, адрес Харьков и ссылка на входящий номер № 1494/оп 140/ш. Следом находится приказ 13-й армии 18 марта об овладении Крымом № 08/сек 1811/оп. Наличие этих актов показывает, что после сообщений о мартовских боях постановка задачи по овладению Крымом сохранялась.

В настоящем досье сопоставляются даты и названия этих двух документов, без приписывания их авторам нечитанных формулировок. Для окончательной реконструкции необходимо извлечь полный текст обеих публикаций, проверить фондовые реквизиты по их карточкам и понять соотношение вновь формируемой группы с ударной группой февральского приказа. Одноимённость организационных обозначений не гарантирует идентичность состава. Мартовское распоряжение нельзя считать доказательством перехода Чонгарских переправ под контроль одной из сторон именно 18 марта.

34. Чонгар в системе командной отчётности

Материалы о Чонгаре сохранились в нескольких документальных линиях. Первая — приказы высшего советского командования и фронта; вторая — оперативные сводки 13-й армии; третья — разведывательные сообщения Юго-Западного фронта; четвёртая — доклады белого командования; пятая — воспоминания участников. Архивный путеводитель 13-й армии позволяет определить типы фондовых серий, которые следует запрашивать для проверки маршрутов и боевого состава. Цифровые карточки разведывательного документа 2 февраля и доклада Шиллинга представляют две стороны этой отчётной системы.

При сопоставлении первичных сообщений важно отделить дату поступления сведений от даты самой операции. Оперативная сводка могла включать сообщения частей за предшествующие сутки. Поздний мемуар объединял сведения, известные командиру после завершения боя. В настоящем исследовании поэтому установлены прежде всего датированные точки документального наблюдения. Перемещение между ними описывается только при наличии текста о фактическом движении частей. Необнаруженные промежуточные сутки не заполняются вероятными, но не засвидетельствованными эпизодами.

35. Сопоставление независимых свидетельств

Главное документальное напряжение связано с тем, что советская сводка 3 февраля называет Чонгарский полуостров среди занятых территорий, тогда как Слащёв описывает февральские налёты через эту полосу на южные пункты. Сами по себе эти сведения совместимы при различении северной части полуострова, переправ и крымского берега. Однако детализация контроля по часам не установлена, поэтому ни полное отступление красных с Чонгара сразу после вылазок, ни их закрепление у Джанкоя не объявляются доказанными.

Второе разночтение касается январских боёв. Кручинин сопоставляет мемуарное повествование с материалами РГВА и устанавливает контакт у Рыкова 3/16 января и удар у Ново-Алексеевки 8/21 января, устраняя смешение эпизодов. Третья группа касается оценки численности. Подсчёты Слащёва, цифры разведки и послевоенные истории дивизий имеют различные основания. Там, где отсутствует точная ведомость и дата, настоящая работа сохраняет атрибуцию вместо механического усреднения.

36. Хронология января — марта 1920 года

9 января — директива о крымской задаче войскам Юго-Западного фронта: установлен документ командования. 3/16 января — согласно реконструкции Кручинина на основе указанного архивного дела, соприкосновение у Рыкова. 5/18 января — по той же статье, занятие Геническа красными; 8/21 января — описанный удар белого отряда от Салькова к станции Ново-Алексеевка. 25 января — приказ об овладении Перекопом и Бериславом. 29 января — дополнительная сводка о Перекопе. 31 января — оперативная сводка Перекоп — Геническ. Разные документы этой строки относятся к разным масштабам операций.

2 февраля — разведывательная сводка фронта и ориентировочная справка армии. 3 февраля — сообщение о Чонгарском полуострове. Начало февраля — по Слащёву, налёт на Тюп-Джанкой; февраль, без уточнённой даты — по тому же автору, налёт по железной дороге к Таганашу. 9 февраля — фронтовая сводка. 11 февраля — доклад Шиллинга. 13 февраля — приказ об ударной группе. 27 февраля — оперативный приказ 13-й армии. 10–11 марта — по Слащёву, атаки на восточном участке и демонстрация у Чонгара. 16 марта — докладная записка об ударной группе. 18 марта — приказ об овладении Крымом.

37. Регистр соединений и подразделений

В советской документальной и исследовательской линии установлены упоминания 13-й армии, 46-й стрелковой дивизии, её 138-й стрелковой бригады, 8-й кавалерийской дивизии Червонного казачества, 3-й стрелковой дивизии и 13-й кавалерийской бригады. Во фронтовом планировании приказ 13 февраля адресован также командованию 14-й армии. Статья Кручинина служит источником январского боевого порядка, сводка 31 января — датированной точкой учёта 46-й дивизии, директива 13 февраля — указанием на адресатов нового приказа. Присутствие целой армии на отдельном мосту из этих материалов не следует.

В белом ряду названы 3-й армейский корпус Слащёва, 13-я и 34-я пехотные дивизии, Пинско-Волынский батальон, чеченское конное подразделение, конвой штаба корпуса, сводный отряд Мезерницкого, 1-й Кавказский стрелковый полк, отдельные батареи и бронепоезда. В марте Слащёв сообщает также о других резервах, перечисленных в его диспозиции. Полевое участие каждого соединения следует привязывать к дате и участку, указанному в тексте. Названия не образуют неизменного списка войск, присутствовавших на Чонгаре все три месяца.

38. Регистр лиц и командных полномочий

А. И. Деникин — главнокомандующий ВСЮР, адресат доклада Н. Н. Шиллинга от 11 февраля; Н. Н. Шиллинг — командующий белыми войсками Новороссийской области; Я. А. Слащёв — командир 3-го армейского корпуса и автор позднейших воспоминаний; М. В. Мезерницкий — командир сводного отряда в январской реконструкции; генерал Ревишин — в мемуарах Слащёва начальник горского контингента на Тюп-Джанкое. Данные о командных отношениях Слащёва и Шиллинга относятся к архивно ориентированному исследованию и февральскому докладу.

А. И. Егоров — командующий Юго-Западным фронтом; А. И. Геккер — командующий 13-й армией; В. М. Примаков — командир группировки Червонного казачества в январских действиях, согласно Кручинину. Упоминаемые в марте полевые командиры, в том числе Морозов и Орлов, фигурируют в рассказе Слащёва. Лицам не приписываются недокументированные мотивы, индивидуальные действия вне названного источника или руководство отдельным налётом, если его командир прямо не указан.

39. Топонимический регистр

Чонгар и Чонгарский полуостров обозначают территориальную область северного подхода к Крыму. Сальково связано с железнодорожным переходом и январским исходным положением белого отряда. Ново-Алексеевка — станция в материковом предполье, важная для боя 8/21 января. Рыково обозначено у Кручинина как более северный пункт первого соприкосновения 3/16 января; Сокологорное — ещё один упомянутый в истории кавалерийской дивизии пункт. Геническ расположен у азовского фланга и ответвления железнодорожной сети. Топографические пояснения Кручинина основаны на сопоставлении операций и расстояний.

Тюп-Джанкой — названный Слащёвым пункт февральского налёта; Таганаш — станция, достигнутая другим налётом вдоль полотна. Джанкой — узел на крымской стороне и место сосредоточения штабных и транспортных коммуникаций. Мурза-Каяш и Арабатская стрелка появляются в мартовской диспозиции; Воинка — место расположения резервной группировки. Юшунь и Перекоп включены как соседние направления, влияющие на взаимодействие войск. Орфография дореволюционных и позднейших названий должна сверяться по современной событиям военной карте; произвольное слияние станции и населённого пункта исключено.

40. Численность, вооружение и пределы количественной реконструкции

Для январской вылазки у Ново-Алексеевки опубликованы численности составных частей отряда Мезерницкого, переданные Слащёвым: 120 штыков Пинско-Волынского батальона, около 200 шашек чеченского полка, около 100 шашек корпусного конвоя, три танка и три бронепоезда. Кручинин приводит для советской группировки Примакова разные оценки и специально обращается к документальным данным о 2/15 января. Эти цифры и их происхождение описаны в исследовательской статье. Они относятся к определённым ведомостям и дням и не принимаются за итоговое соотношение сил на Чонгаре за январь.

Для 11 марта Слащёв сообщает о примерно 400 штыках двух полков 13-й дивизии восточного участка и около 100 штыках 1-го Кавказского стрелкового полка на Арабатской стрелке. Названные мемуаристом большие числа по району Юшуня и Воинки нельзя переносить на Чонгарский мост. Потери сторон от отдельных налётов, число убитых, раненых и пленных, а также подсчёт разбитых орудий в этих эпизодах не подтверждены сопоставленными ведомостями. Неустановленные показатели не заполняются оценками по аналогичным боям другого времени.

41. Историческая периодика и её доказательственный статус

Для январско-мартовской кампании существенны оперативные сообщения военных отделов газет, телеграммы и позднейшие публикации их перепечаток. Однако среди непосредственно просмотренных материалов не выявлена атрибутированная газетная полоса с датой, номером, страницей и собственным сообщением о налётах на Тюп-Джанкой либо Таганаш. По этой причине настоящая монография не цитирует произвольно подобранную газету как доказательство конкретного боя. Поиск газетных свидетельств за январь — март 1920 года, включая южнорусскую белую и советскую прессу, сохраняется адресной архивной задачей.

Значительная часть событий известна через мемуары и оперативные документы, позднее включённые в документальные сборники. Документ, перепечатанный в 1960 или 1967 году, и запись о его публикации в электронной библиотеке составляют одну линию происхождения. Переиздание воспоминаний Слащёва также не является вторым независимым свидетелем. Эти правила применены к каждому сопоставлению: редакционное происхождение отмечено отдельно от времени исторического события, а газетные цитаты без идентифицированной полосы отсутствуют в тексте.

42. Документальные разночтения и нерешённые идентификации

Первое разночтение — дата и последовательность январского боя: обобщённый мемуарный рассказ против архивно обоснованного выделения Рыкова 3/16 января и Ново-Алексеевки 8/21 января у Кручинина. Второе — уровень контроля в начале февраля: сообщение фронта об освобождении Чонгарского полуострова и позднее описание налётов с этого района. Третье — точная датировка налёта на Таганаш: мемуарист ограничивается февралем. Четвёртое — материальный результат боя у Тюп-Джанкоя, где сообщение об оставленных орудиях ещё не подтверждает окончательную судьбу каждой единицы.

Пятое разночтение касается численности красной кавалерии и соотношения с приданной 138-й бригадой в январе, шестое — полноты состава белых полков в мартовской диспозиции. Седьмое — отнесение конкретных атак на мост к 10 или 11 марта. Восьмое — сообщение позднего автора о 24 февраля при отсутствии согласованного первичного дневного рапорта. Девятое — историческая топонимия станции и поселения Ново-Алексеевка, а также смены названий отдельных разъездов. Каждое расхождение зафиксировано как самостоятельный вопрос, а не сглажено единым пересказом.

43. Итоги документального исследования

Установлено существование непрерывного ряда датированных оперативных актов, относящихся к крымскому направлению: от директивы 9 января через приказ 25 января, сообщение 3 февраля и приказ 13 февраля до приказа 27 февраля и приказа 18 марта. Это реконструирует последовательность постановки фронтовых задач и штабной регистрации событий. Отдельно в исследовании Кручинина проверяемо указаны архивные основания январских столкновений у Рыкова и Ново-Алексеевки. У Слащёва выявлены два разных февральских налёта на восточном участке и мартовское сообщение об атаках в районе Чонгара.

Документально допустимый результат состоит в атрибуции этих сведений, их датировочном разделении и выявлении мест, требующих прямого чтения оригинала. В частности, нельзя утверждать устойчивое овладение Джанкоем, однозначную дату февральского занятия Таганаша или окончательно установленное число потерянных орудий. Особой проверки требуют архивные дела РГВА, указанные Кручининым, полные тексты штабных сводок, железнодорожные и артиллерийские журналы и современная событиям периодика. Эти вопросы сохраняются в EVIDENCE.json как конкретная программа дальнейшего архивного поиска и не включены в число установленных исторических фактов.

Источники и литература

• Директива армиям Юго-Западного фронта № 02/оп, Курск, 9 января 1920 г. // Директивы командования фронтов Красной Армии (1917–1922). Т. II. М.: Воениздат, 1972. Ранее: Из истории гражданской войны в СССР. Т. 2. М., 1960. С. 579–581. Архив: ЦГАСА, ф. 6, оп. 12, д. 82, л. 29–30, телеграфная лента. Электронная запись или текст источника.

• Приказ командованию 13-й и 14-й армий об овладении Перекопом и Бериславом № 41/сек 484/оп, Курск, 25 января 1920 г. // Директивы командования фронтов Красной Армии (1917–1922). Т. II. М.: Воениздат, 1972. ЦГАСА, ф. 102, оп. 3, д. 26, л. 41, телеграфный бланк. Электронная запись или текст источника.

• Дополнительная оперативная сводка штаба 13-й армии о боях за Перекоп, 29 января 1920 г. // Гражданская война на Украине. 1918–1920: сборник документов и материалов. Т. 2. Киев: Наукова думка, 1967. ЦГАСА, ф. 198, оп. 4, д. 196, л. 18, подлинник. Электронная запись или текст источника.

• Оперативная сводка штаба 13-й армии о боях в районе Перекоп — Геническ, 31 января 1920 г. // Гражданская война на Украине. 1918–1920: сборник документов и материалов. Т. 2. Киев: Наукова думка, 1967. ЦГАСА, ф. 198, оп. 4, д. 192, л. 71, дешифрованная телеграмма. Электронная запись или текст источника.

• Ориентировочная справка штаба 13-й армии о боях на подступах к Крыму, 2 февраля 1920 г. // Гражданская война на Украине. 1918–1920: сборник документов и материалов. Т. 2. Киев: Наукова думка, 1967. Цифровая карточка ЭБИД; точный архивный шифр требует извлечения полного описания. Электронная запись или текст источника.

• Разведывательная сводка штаба Юго-Западного фронта о размещении, численности и действиях противника за 15 января — 1 февраля 1920 г.; составлена 2 февраля 1920 г. // Гражданская война на Украине. 1918–1920: сборник документов и материалов. Т. 2. Киев: Наукова думка, 1967. ЦГАСА, ф. 102, оп. 3, д. 499, л. 13–15, подлинник. Электронная запись или текст источника.

• Сводка оперативного управления штаба Юго-Западного фронта об освобождении Николаева, Херсона и Чонгарского полуострова, 3 февраля 1920 г. // Гражданская война на Украине. 1918–1920: сборник документов и материалов. Т. 2. Киев: Наукова думка, 1967. ЦГАСА, ф. 102, оп. 4, д. 389, л. 31, заверенная копия. Электронная запись или текст источника.

• Оперативная сводка штаба Юго-Западного фронта о действиях на участках 12-й, 13-й и 14-й армий, 9 февраля 1920 г. // Гражданская война на Украине. 1918–1920: сборник документов и материалов. Т. 2. Киев: Наукова думка, 1967. ЦГАСА, ф. 102, оп. 3, д. 123, л. 11–12, телеграфная лента. Электронная запись или текст источника.

• Шиллинг Н. Н. Доклад А. И. Деникину об общей обстановке на фронте и в тылу, 11 февраля 1920 г. // Гражданская война на Украине. 1918–1920: сборник документов и материалов. Т. 2. Киев: Наукова думка, 1967. ЦГАОР СССР, ф. 1874, оп. 1, д. 39, л. 1–13, незаверенная копия. Электронная запись или текст источника.

• Приказ командованию 13-й и 14-й армий о создании ударной группы № 06/оп, Харьков, 13 февраля 1920 г. // Директивы командования фронтов Красной Армии (1917–1922). Т. II. М.: Воениздат, 1972. ЦГАСА, ф. 199, оп. 3, д. 460, л. 47–49, телеграфная лента. Электронная запись или текст источника.

• Оперативный приказ войскам 13-й армии о подготовке наступления в глубь Крымского полуострова, 27 февраля 1920 г. // Гражданская война на Украине. 1918–1920: сборник документов и материалов. Т. 2. Киев: Наукова думка, 1967. ЦГАСА, ф. 108, оп. 4, д. 161, л. 80–90, телеграфная лента. Электронная запись или текст источника.

• Докладная записка командования Юго-Западного фронта главкому о создании ударной группы для крымской операции № 141/сек 1775/оп, Харьков, 16 марта 1920 г. // Директивы командования фронтов Красной Армии (1917–1922). Т. II. М.: Воениздат, 1972. Цифровая карточка ЭБИД. Электронная запись или текст источника.

• Приказ командованию 13-й армии об овладении Крымом № 08/сек 1811/оп, Харьков, 18 марта 1920 г. // Директивы командования фронтов Красной Армии (1917–1922). Т. II. М.: Воениздат, 1972. Цифровая карточка ЭБИД. Электронная запись или текст источника.

• Слащёв-Крымский Я. А. Крым в 1920 г. М.; Л., 1924; перепечатано в издании: Белый Крым. 1920 г.: Мемуары и документы. М.: Наука, 1990. Февральский эпизод у Тюп-Джанкоя и Таганаша; цифровая републикация текста. Электронная запись или текст источника.

• Слащёв-Крымский Я. А. Крым в 1920 г. М.; Л., 1924; перепечатано в издании: Белый Крым. 1920 г.: Мемуары и документы. М.: Наука, 1990. Мартовский раздел, диспозиция на 11 марта; цифровая републикация текста того же произведения. Электронная запись или текст источника.

• Кручинин А. С. На подступах к Крыму. Противостояние и борьба в Северной Таврии в декабре 1919 — январе 1920 годов // Война и оружие: новые исследования и материалы: труды VI Международной научно-практической конференции, 13–15 мая 2015 г. Ч. II. СПб.: ВИМАИВиВС, 2015. Электронная републикация со сносками к РГВА и ГА РФ. Электронная запись или текст источника.

• Управление 46-й Екатеринославской стрелковой дивизии // Путеводитель по фондам Российского государственного военного архива. Информационная архивная карточка о составе и боевых действиях в 1920 году. Электронная запись или текст источника.

• Управление 13-й армии // База данных «Путеводители по российским архивам». Электронное фондовое описание; используется для определения документальных серий. Электронная запись или текст источника.

• Савченко В. А. Двенадцать войн за Украину. Харьков: Фолио, 2006. Раздел о зимних боях за Крым; использован только для регистрации поздней датировки, не подтверждённой в пределах исследованного первичного корпуса. Электронная запись или текст источника.

• Белый Крым. 1920 г.: Мемуары и документы / сост. и науч. ред. публикации. М.: Наука, 1990. 272 с. Цифровая текстовая копия, содержащая перепечатку воспоминаний Слащёва; тот же мемуарный источник, что в соответствующих веб-главах. Электронная запись или текст источника.

Принципы библиографической фиксации

В цифровом архивном каталоге ЭБИД указаны прежние обозначения ЦГАСА и ЦГАОР СССР; эти реквизиты воспроизведены в историческом виде, согласно опубликованным карточкам. Указание на подлинник, телеграфную ленту, заверенную или незаверенную копию взято из археографического описания и означает вид архивного экземпляра, а не факт непосредственного просмотра листов настоящим исследователем. Для ряда карточек точная страница публикации в сборнике 1967 или 1972 года в доступном описании не установлена, поэтому она не вымышлена. Мемуар 1924 года и его перепечатка 1990 года образуют одну линию свидетельства. Журналы и газеты без прямо просмотренных выпусков отсутствуют в качестве доказательств отдельных боёв.