Аннотация. Исследование восстанавливает документально прослеживаемую историю городских, уездных, районных и сельских советов рабочих, солдатских, военных, крестьянских и красноармейских депутатов в Крыму с марта 1917 по июнь 1919 года. Рассмотрены появление советского представительства после Февральской революции, формирование исполнительных комитетов, участие делегатов предприятий, гарнизонов и Черноморского флота, политические решения осени 1917 года, межгородские связи, местные и губернские съезды, преобразования в январе—апреле 1918 года, а также повторное учреждение выборных советов в апреле—июне 1919 года. Особое внимание уделено документальной разнице между советами, революционными комитетами, судовыми комитетами, партийными организациями, профсоюзами и органами городского самоуправления. Основной корпус составляют публикации документов 1957 и 1961 годов с атрибутированными архивными реквизитами и перепечатками газет 1917–1919 годов. Сопоставлены резолюции, телеграммы, протоколы, объявления о выборах и сообщения избирательных комиссий. Подтверждённые факты, заявления самих участников и разночтения источников изложены раздельно. В результате установлены документальные ориентиры возникновения отдельных советов, способы избрания и переизбрания депутатов, территориальная неодновременность процессов, механизм перехода от ревкомов к выборным советам весной 1919 года и конкретные текстовые расхождения.
Ключевые слова: Крым; Таврическая губерния; советы депутатов; рабочие депутаты; солдатские депутаты; крестьянские депутаты; военные депутаты; красноармейские депутаты; Севастополь; Керчь; Симферополь; Евпатория; Феодосия; Бахчисарай; Балаклава; Ялта; исполнительный комитет; выборы; революционный комитет; Черноморский флот; Республика Тавриды; Крымская ССР; 1917; 1918; 1919.
Предмет, территория, календарь и метод документального исследования
Под советами депутатов в настоящей работе понимаются представительные учреждения, избираемые рабочими, военнослужащими, крестьянами и другими обозначенными в документах группами, действовавшие под названиями советов рабочих, солдатских, военных, крестьянских, позднее красноармейских депутатов. Употребление одного общего термина в заглавии объединяет разные конкретные учреждения для исследования их документально устанавливаемой истории. Названия каждого совета воспроизводятся в соответствии с соответствующим источником.
Понятие «Крым» обозначает предметную территорию полуострова, включая города, порты, гарнизоны, уездные и сельские территории, находившиеся в различных административных отношениях с Таврической губернией. Когда январский съезд 1918 года обращался ко всей Таврической губернии, его территориальная декларация охватывала более широкую административную единицу. Формулировка губернских актов приводится буквально по институциональному масштабу, и автоматически относить все решения губернского органа только к полуострову нельзя.
Исследовательские границы проходят от первых доступных мартовских свидетельств возникновения и деятельности советского представительства до сообщений июня 1919 года о выбранных и действующих местных советах. Сведения о 1920–1921 годах служат только для обозначения дальнейшей истории советских учреждений и не включаются в фактическую хронологию данного исследования.
Даты документов 1917 года и января 1918 года воспроизводятся преимущественно по старому стилю, принятому при их составлении и в публикациях. При специальном сопоставлении указывается новый стиль с разницей тринадцать дней: 6 (19) марта, 9 (22) марта, 10 (23) марта 1917 года; 28 января (10 февраля) 1918 года. С 14 февраля 1918 года при изложении событий применяется новый гражданский календарь. Дата «не позднее» или «не ранее» означает редакционную границу источника, а не найденный день составления.
Метод исследования состоит в определении вида документа, даты, автора или учреждения, места действия, сведений о публикации, архивной атрибуции и содержания относящегося к предмету постановления. Датированный протокол устанавливает факт заседания и зафиксированного решения, но объявление о предполагаемом открытии совета само по себе устанавливает только намерение открыть заседание. Политическая характеристика в резолюции учитывается как позиция её принявших. Газетная публикация передаёт сообщение конкретной редакции, а архивная копия требует отдельного указания её статуса.
Корпус источников и принципы их атрибуции
Базовое издание для 1917 — апреля 1918 года — первый том документов о Советской власти в Крыму, опубликованный в Симферополе в 1957 году. В нём последовательно размещены резолюции рабочих и матросских собраний, протоколы исполнительных комитетов, письма, телеграммы, приказы, газетные сообщения и материалы съездов. Нумерация документов, архивные ссылки и газетные выходные данные позволяют связывать различные формы свидетельств с конкретным временем.
Для 1919 года использован второй том сборника документов 1961 года, содержащий в числе прочего резолюции военно-революционных комитетов, инструкции к выборам, протоколы подготовки выборов, сообщения прессы и решения исполкомов. Оба сборника составлялись и снабжались введениями в советской историографической традиции. Их документальные части используются с сохранением сведений о происхождении; оценочная лексика вступительных очерков не переносится в фактографический язык монографии.
Дополнительно привлечены библиографические записи Электронной библиотеки исторических документов, удостоверяющие выходные данные севастопольской резолюции 8 октября и телеграммы 27 октября 1917 года. Данные карточки содержат описание и отсылку к исторической газете; наличие карточки не приравнивается к просмотру каждого листа газетного подлинника. Архивная выставка о Февральской революции отражает документальную работу Государственного архива Республики Крым и используется как вспомогательная архивная навигация, а не как заместитель самих протоколов.
В архивных подписях сборников встречаются исторические сокращения «ГАКО», «ЦГАВМФ», «ЦГАОР УССР», «ЦГАСА». Они сохранены как реквизиты именно опубликованных документальных воспроизведений. В настоящем исследовании не утверждается, что местонахождение каждого оригинала, его современный архивный шифр и все листы были независимо подтверждены при обращении в действующее хранилище. Для читателя указывается различие между прочитанной публикацией документа, её редакционной архивной ссылкой и самостоятельным осмотром первичного архивного дела.
Исторические газеты представлены через датированные перепечатки в сборниках. При цитировании газетной публикации названы газета, номер и дата, если эти сведения напечатаны под документом. Такое указание позволяет проверять конкретный источник за пределами сводного тома.
Март 1917 года: представительство после Февральской революции
Начальные свидетельства показывают одновременное использование разных форм представительства: собраний делегатов от рабочих, советов рабочих и солдатских депутатов, исполнительных комитетов, органов городского самоуправления. Наличие слова «исполнительный комитет» в документах разных организаций требует установления его институциональной принадлежности.
6 марта 1917 года сорок четыре делегата, избранные мастеровыми и служащими Севастопольского порта для представления их интересов во вновь организуемом исполнительном комитете при городском самоуправлении, провели собрание. В опубликованной резолюции портовых делегатов названы председатель И. Михайлов и секретарь М. Верченко; выражено приветствие Петроградскому совету и решено отправить телеграмму. Это свидетельство фиксирует численность собрания и намерение представить интересы рабочих, но формально описывает делегирование в исполнительный комитет при городском самоуправлении. Архивная подпись издания: ЦГАВМФ, ф. Р-183, оп. 1, д. 7, л. 1, машинописная копия; т. I, документ № 1, с. 27–28.
Таким образом, 6 марта выступает датой документально засвидетельствованной деятельности выборных представителей портовых рабочих. Для установления дня первого заседания общегородского Севастопольского совета необходимо обращаться к отдельным протоколам самого совета. Отождествление делегатского собрания с первым заседанием городского совета изменяло бы содержание источника.
По историко-архивному обзору событий 1917 года, подготовленному Государственным архивом Республики Крым, первое заседание Симферопольского совета рабочих и солдатских депутатов состоялось 5 марта. Этот день в обзоре назван прямо; соответствующий протокол первого заседания здесь самостоятельно не исследован. Обзор отдельно сообщает, что 6 марта в Симферополе прошло организационное заседание городского комитета общественной безопасности с участием более ста представителей общественных организаций. Таким образом, уже мартовская хронология требует раздельно датировать совет и городской общественный комитет.
В Керчи уже 9 марта действует совет с определённым названием и внешней перепиской. Его телеграмма направлена Петроградскому совету от имени Керченского совета рабочих и солдатских депутатов. Наличие опубликованного обращения удостоверяет не только инициативу по созданию органа, но и употребление им собственного институционального имени в межгородской переписке революционных учреждений.
Керченский совет: телеграмма 9 марта и решения исполнительного комитета
Телеграмма Керченского совета от 9 марта 1917 года содержит приветствие Петроградскому совету, сообщение о солидарности и намерении действовать совместно с петроградскими депутатами. Её воспроизвели «Известия Керченского Совета рабочих и солдатских депутатов», № 1 за 10 марта; публикация в первом томе — документ № 2, с. 28. Документ устанавливает существование органа под таким названием к 9 марта. Дату его учредительного собрания по одной телеграмме определить нельзя.
На следующий день, 10 марта, исполнительный комитет того же совета принял постановление о рабочей группе в «Комитете общественной безопасности» и об организации вооружённой дружины из рабочих. В документе № 3 первого тома, с. 28–29, особо отмечено, что рабочая группа действует от имени исполнительного комитета совета и по его указаниям. Соответственно, два органа представлены в тексте как взаимодействующие и организационно раздельные. Факт участия советских делегатов в комитете общественной безопасности не свидетельствует о юридическом слиянии этих учреждений.
Пара из мартовских керченских документов показывает два направления ранней деятельности: установление связи с Петроградом и участие в практических мерах безопасности на месте. Источники называют конкретные виды решений; вопрос об объёме реального исполнения этих решений должен решаться по сообщениям органов, которым поручалась их реализация.
Керченская газета служит самостоятельным свидетельством публичности нового представительства: первый номер уже содержит телеграмму совета и исполнительное решение. Наличие нескольких документальных форм в одном номере подтверждает, что к 10 марта орган не ограничивался одним приветствием.
Севастополь: портовые рабочие, гарнизон, флот и советские органы
Севастопольский комплекс отличается присутствием портовых рабочих, крепостного гарнизона, экипажей кораблей Черноморского флота и разветвлённых флотских комитетов. Документы нередко обозначают совет как «Совет военных и рабочих депутатов», в других случаях употребляют «военных, рабочих и крестьянских депутатов». Установление конкретного состава по названию в отдельном документе требует осторожности: присутствие крестьянских депутатов в заголовке протокола не даёт полного списка их мандатов.
Датировки ранней севастопольской системы представлены источниками с различающейся терминологией. Архивный обзор начала революции относит создание Центрального исполнительного комитета по распоряжению А. В. Колчака к 6 марта и приводит состав: 23 матроса, 12 солдат, 10 рабочих, 9 офицеров и 6 кондукторов. В специальном исследовании А. П. Павленко «Офицеры и классные чины» изложена другая последовательность: военный исполнительный комитет матросов и солдат — 4 марта, избрание офицерского комитета — 7 марта, образование Центрального военного исполнительного комитета путём объединения — в ночь на 8 марта (с. 65–66). Эти описания сохраняются со своими институциональными названиями и датами; непосредственное согласование требует обращения к протоколам комитетов. Сообщение о сорока четырёх портовых делегатах 6 марта относится к ещё одному представительному собранию.
Ранним свидетельством рабочей самоорганизации остаётся документ 6 марта, рассмотренный выше. В дальнейшем опубликованные резолюции рабочих и матросов позволяют проследить споры о воинской дисциплине, смертной казни, власти и условиях службы. Так, 19 августа рабочие Севастопольского порта на общем митинге приняли требование отмены смертной казни в тылу и на фронте: документ № 20, с. 42; ЦГАВМФ, ф. Р-181, оп. 1, д. 9, л. 139, подлинник. Данная резолюция выражает решение соответствующего митинга; она не является постановлением всей городской исполнительной власти.
Летом 1917 года действовали судовые комитеты отдельных кораблей. В документе № 19 первый том воспроизводит резолюцию с архивной ссылкой ЦГАВМФ, ф. Р-181, оп. 1, д. 9, л. 153; источником значится судовой комитет крейсера «Прут». Для изучения сети представительства такие решения важны как сообщения об участии моряков в политической жизни. Их необходимо отличать от нормативных решений городского совета, избранного из различных групп.
Непосредственная межгородская связь выявляется в январском протоколе Севастопольского совета, документ № 221, с. 192–193. В заседании, датированном редакторами «не позднее 28 января 1918 года», обсуждалась отправка представителей в Симферополь для содействия переизбранию местного совета. Упоминание комиссий и представителей сообщает об организационном взаимодействии между городами. Сам факт состоявшегося переизбрания в Симферополе этим обсуждением ещё не доказывается.
Павленко в исследовании офицеров-депутатов систематизировал сведения о 62 морских и армейских офицерах, врачах и военных чиновниках, участвовавших в совокупности в работе Севастопольского совета и его предшественника — Центрального военного исполнительного комитета (с. 65–78). Это совокупный просопографический показатель двух учреждений; использовать число 62 как численность офицерской фракции одного состава совета неверно. В статье «Севастопольские меньшевики в 1917 г.» изучены участие членов объединённой РСДРП в городских выборных органах и расхождения оценок её численности (с. 123–136). Эти исследования вводят в рассмотрение документированные персональные и партийные различия внутри системы представительства, включая офицерские делегации.
Сопоставление портового делегирования, судовых резолюций и решений совета позволяет восстановить несколько параллельных представительных уровней. Рабочее собрание выбирало делегатов; судовая команда принимала собственную резолюцию; городской совет обсуждал направление представителей в другой город. В каждом случае источником полномочий выступало определённое собрание или орган, указанный в документе.
Городская и уездная сеть к лету и осени 1917 года
Документы позволяют зафиксировать функционирование советского представительства в Керчи, Севастополе, Евпатории и позднее других городах Крыма. Советы различались датами формирования, набором представленных групп, составом президиума и формами отношений с городскими комитетами. Одно имя «Совет» в документах разных городов не означает, что органы составляли единую централизованную сеть уже в марте.
Для сети характерны разные направления сообщения: приветственные телеграммы Петрограду, обращения к губернским органам, участие представителей в городских комитетах, обмен делегатами и решения о местной охране. Наличие этих связей устанавливается отдельными текстами; единая схема подчинения всех городских советов для марта—осени 1917 года в рассматриваемом документальном массиве не зафиксирована.
Материалы по крестьянскому представительству требуют различения собрания сельских работников, волостного органа и совета депутатов. Протокол сельскохозяйственных рабочих Ново-Царицына от 1 октября 1917 года, документ № 61, относится к избранию рабочего комитета. Его наличие характеризует сельскую организационную среду, но не удостоверяет создание районного совета, документированное позднее, в марте 1918 года.
Географическое распределение подтверждённых свидетельств отражает прежде всего состав сохранившихся и опубликованных документов. Невстречаемость протокола в одном сборнике не означает, что совет в соответствующем поселении отсутствовал. Для полного списка действовавших советов потребовались бы однотипные мандатные ведомости и протокольные ряды по всем уездам.
Евпатория в августе—сентябре 1917 года: объединённый совет и временный комитет
30 августа 1917 года Евпаторийский совет рабочих, солдатских и крестьянских депутатов принял резолюцию в связи с выступлением Л. Г. Корнилова. В евпаторийской резолюции 30 августа назван объединённый состав совета; в подписи опубликованного текста указаны председатель Шидарев, товарищ председателя Ж. Миллер и секретарь Гр. Сидоренко. Газетный источник — «Голос Евпатории», № 119 от 3 сентября 1917 года; т. I, документ № 26, с. 45–46. Содержание резолюции раскрывает позицию собравшихся в политическом конфликте, а наличие названий трёх категорий депутатов удостоверяет заявленный тип представительства.
Другое, датированное 31 августа, свидетельство — телеграмма уездного комиссара — сообщает о создании 30 августа временного революционного комитета. Среди включённых в него лиц указаны представители исполнительного комитета совета: Афанасьев, Миллер, Мишуков, Раецкий, Шидарев, а также другие названные участники. Документ № 27, с. 46, сообщает о создании комитета как особого временного органа. Перечень пересекающихся участников не превращает совет и комитет в одно учреждение.
Сопоставление двух документов подтверждает, что в Евпатории к концу августа действовал объединённый совет и что его представители участвовали в формировании временного революционного органа. Политическая оценка событий принадлежит авторам резолюции и телеграммы. Факт их решения и сообщения может быть изложен независимо от принятия их терминологии исследователем.
Октябрь—ноябрь 1917 года: резолюции, телеграммы и делегирование
Осенью 1917 года советские учреждения и связанные с ними собрания принимали решения о характере государственной власти и ходе революции в Петрограде. Подробная карточка резолюции 8 октября удостоверяет, что митинг матросов, солдат и рабочих Севастополя потребовал прекращения войны и передачи власти Всероссийскому съезду советов; первоначальная публикация — «Известия Севастопольского Совета военных и рабочих депутатов», № 119 от 11 октября 1917 года. Установлена атрибуция митинга, дата резолюции и дата газетного воспроизведения. Принятие резолюции митингом не следует подменять формулой «решение исполнительного комитета совета».
Приветственная телеграмма 27 октября адресована Петроградскому совету и II Всероссийскому съезду советов от имени Севастопольского совета военных и рабочих депутатов. Библиографическая карточка указывает газету «Прибой», № 62 от 28 октября 1917 года. Это подтверждённый коммуникационный акт конкретного совета и конкретная газетная публикация. Полное текстологическое сличение телеграммы с газетным оригиналом в данном исследовании не производилось.
29 октября команда эскадренного миноносца «Пронзительный» выступила с требованием передачи власти советам: резолюция корабельной команды, документ № 93, с. 99, перепечатана по «Известиям Севастопольского Совета военных и рабочих депутатов», № 137 от 1 ноября 1917 года. Документ фиксирует позицию экипажа. Он свидетельствует об участии военно-морских коллективов в политическом процессе, но само по себе постановление экипажа не определяет партийный и персональный состав Севастопольского совета.
Для анализа октябрьского момента важна раздельная атрибуция по меньшей мере трёх форм: митинга, городского совета и команды корабля. Последовательность 8, 27 и 29 октября раскрывает разные публичные заявления и их публикации. Временная близость актов позволяет сопоставлять их, однако вывод о единогласии всех жителей и всех воинских частей города не следует из этих текстов.
Ноябрьские материалы фиксируют споры вокруг перевыборов. Резолюции о переизбрании советов в первом томе, в частности документы № 116 и № 117 от 25 ноября, относятся соответственно к требованию изменить представительство в Евпаторийском совете и к требованию рабочих артиллерийской лаборатории Севастопольского порта переизбрать Севастопольский совет. Такие требования подтверждают наличие процедуры политического пересмотра состава и одновременно сохраняют вопрос о фактическом исполнении, требующий отдельного избирательного протокола.
Декабрь 1917 — январь 1918 года: перестройка советов и противостояние органов власти
К концу 1917 года в отдельных городах происходили новые выборы, формировались чрезвычайные органы и менялось соотношение учреждений, претендовавших на властные полномочия. Документы января содержат заявления советов, телеграммы о событиях в Евпатории и Ялте, а также протоколы межгородской координации. Их содержание необходимо читать как свидетельства конкретных сторон и датированных учреждений.
Радиограмма из Евпатории 15 января, документ № 194, с. 173, передаёт сведения о событиях в городе в терминологии отправителя. Архивная подпись тома: ЦГАВМФ, ф. Р-183, оп. 1, д. 23, л. 218. Сообщение из Ялты 15 января, следующий документ № 195, представляет отдельный источник о местном изменении обстановки. Два сообщения не являются взаимозаменяемыми свидетельствами: источники исходят из различных мест и отражают тамошние действия.
Протокол заседания Севастопольского совета, датируемый «не позднее 28 января», сообщает о предложении выслать силы и представителей в Симферополь для поддержки переизбрания местного органа. Он свидетельствует о влиянии межгородских связей на представительный процесс. Указанные в репликах участников оценки симферопольских учреждений сохраняют статус мнений и предложений, а не самостоятельно подтверждённых характеристик всех их депутатов.
Для январских событий следует разделять три документационных уровня. Во-первых, решение совета на заседании; во-вторых, опубликованную телеграмму или радиограмму о результатах действий; в-третьих, последующее постановление органа, образованного после смены власти. Сведение этих уровней к одному событию приводит к неверной датировке учреждения.
Январский губернский съезд и Таврический центральный комитет советов
29 января 1918 года Чрезвычайный съезд советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов Таврической губернии рассматривал вопрос о центральной советской власти. Опубликованная резолюция большевистской фракции съезда, т. I, документ № 225, с. 194–195, содержит решение о создании единого центрального советского органа губернии. Архивная атрибуция издателей: ГАКО, ф. Р-1612, оп. 1, д. 1, л. 43, печатный экземпляр. Оценочные определения прежних учреждений внутри текста принадлежат принимавшей резолюцию фракции.
В декларации Таврического центрального комитета, документ № 227, с. 196, опубликованной с редакционной датировкой «не ранее 30 января», комитет объявлял себя высшим органом революционной власти в губернии. Призыв местным учреждениям и населению содействовать комитету документирует притязание центра на властную компетенцию. Размер территории здесь определялся понятием Таврической губернии, а не одним Крымским полуостровом.
Эти документы закрепляют институциональный переход от взаимодействия городских и местных советов к съездовому представлению о губернском центральном органе. При этом формулировка декларации удостоверяет публично провозглашённый статус комитета; для описания полномочий, реализованных на местах, необходимы исполненные распоряжения, сведения о делегатах и ответные акты городских органов.
Съездовой корпус включает как документы самой фракции, так и декларацию созданного центрального комитета. Эти акты нельзя считать одинаковыми по субъекту издания: первый относится к принятию позиции одной из групп съезда, второй предъявляет уже название и властную позицию созданного учреждения.
Местные советы в феврале—апреле 1918 года
В Феодосии 28 января 1918 года, согласно телеграмме, официально открылся переизбранный совет рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, а избранные начали распределение по комиссиям. Сообщение о феодосийском переизбрании передано 29 января, т. I, документ № 226, с. 195–196; ЦГАВМФ, ф. Р-182, оп. 1, д. 1, л. 81, заверенная машинописная копия. Сообщение различает день открытия — 28 января — и дату телеграммы — 29 января. В нём упомянуты также заседания и выборы отдельных советов и союзов до официального открытия.
Для Симферополя в опубликованном декрете о городском самоуправлении, т. I, документ № 263, содержится решение советского органа об упразднении прежних городских учреждений. Редакторская датировка документа обозначена как определённая по обстоятельствам, поэтому день составления по одному заголовку утверждать нельзя. Взаимодействие совета с бывшей городской думой следует изучать как изменение муниципальной компетенции конкретного города.
В апреле сохраняются документы о деятельности местных органов на фоне вооружённых событий. Резолюция собрания 17 апреля, документ № 336, фиксирует позицию матросов, рабочих и солдат Севастополя по обороне полуострова. Отдельное решение Феодосийского исполнительного комитета, документ № 337, относится к мерам осадного положения и организационной обороны. Оба акта относятся к соответствующим собраниям и учреждениям. По ним нельзя без дополнительных документов установить единый для всех городов порядок прекращения работы советов.
Материалы января—апреля 1918 года показывают сосуществование выборных советов, их исполнительных комитетов, местных военно-революционных штабов, губернского центра и органов Республики Тавриды. Названия органов фиксируют предмет компетенции и издающий субъект. При установлении последовательности полномочий полезно прослеживать, кто подписал конкретный акт и кому он адресован.
Сельское представительство и протокол 22 марта 1918 года
Сельское представительство документировано особенно содержательно протоколом общего собрания жителей Ново-Царицына и Ново-Николаевки Симферопольского уезда от 22 марта 1918 года. Протокол выборов районного совета, документ № 282, с. 230, сообщает о собрании с участием трёхсот человек и о решении избрать районный совет рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Архивная подпись: ГАКО, ф. Р-1021, оп. 1, д. 6, л. 31, подлинник.
Источник называет избранных лиц и индивидуальные результаты голосования. Первым указан Иван Демьянович Иванов — 122 голоса; затем Димитрий Нетков — 86, Иван Кисяков — 81, Михаил Корал — 78, Родион Кувачев — 77, Иван Васильевич Найденов — 65, Михаил Цеков — 61, Пётр Помазан — 59, Лазарь Иванов — 50, Александр Штоль — 35 голосов. Протокол устанавливает конкретный состав названных кандидатов, персональные результаты и заявленные полномочия совета.
В этом же документе содержится значимое текстовое расхождение: постановление говорит об избрании совета «из числа 9 членов», однако далее перечислены десять лиц. Сохранившаяся опубликованная запись не сообщает, какую строку следует исключить. В настоящем исследовании воспроизводится факт расхождения: заявленная численность — девять, перечень фамилий — десять. Определение первоначально утверждённого полного состава возможно после сличения опубликованного текста с архивным подлинником, протоколом проверки мандатов либо позднейшей именной ведомостью.
Указанный протокол даёт основание для анализа сельского представительства за пределами крупных городов. Публичный характер собрания и персональные результаты голосования позволяют отличить его от газетного сообщения о предстоящих выборах. Вместе с тем формула об «единогласном постановлении» относится к общему решению создать совет и не превращает различные индивидуальные результаты голосования за кандидатов в равное число голосов.
В Ялтинском уезде указание комиссара просвещения 25 марта, документ № 283, обращалось к волостным советам, советам Алушты и Алупки с предложением избирать местные культурно-просветительные комитеты. Такое перечисление позволяет документально установить, что адресаты распоряжения именовались советами. Для проверки фактического формирования каждой предложенной комиссии необходимо иметь соответствующий ответный акт.
Разрыв институциональной деятельности и условия нового формирования советов в 1919 году
После военных и политических перемен 1918 года не прослеживается непрерывная документальная линия одних и тех же выборных городских советов на всём полуострове. В следующем подробно представленном этапе, весной 1919 года, источники описывают деятельность революционных комитетов и подготовку новых выборов. Поэтому последовательное изучение исторически одинаково именуемых советов не означает доказанной организационной непрерывности их депутатских составов.
Второй том сборника охватывает период от мая 1918 года и включает материалы о германском военном присутствии, краевых правительствах, Антанте и восстановлении советских учреждений. В рамках настоящего предмета документы о событиях 1918–1919 годов используются прежде всего для определения момента, когда конкретные ревкомы начали организовывать выборы нового совета.
Нельзя отождествлять революционный комитет с избираемым затем советом. Ревком мог объявлять распоряжения от своего имени, назначать комиссии, утверждать порядок выборов и передавать некоторые дела сформированному совету. Сама подготовка выборов является косвенным свидетельством, что выборный орган в новом составе ещё учреждается. Этот вывод следует из сопоставления последовательных протоколов и газетных сообщений, а не из общего названия «советская власть».
Отдельную документальную проверку требует вопрос об участии представителей прежних советов 1917–1918 годов в учреждениях 1919 года. Совпадение фамилии не удостоверяет идентичность депутата без дополнительных биографических сведений. Реконструкция состава производится по мандатам и протоколам каждого этапа.
Апрель—май 1919 года: революционные комитеты и организация выборов
В Севастополе после событий апреля 1919 года ревком действовал как учреждение, предшествовавшее новому совету. Телеграмма 19 апреля о перемирии, т. II, документ № 120, с. 124, сообщает о передаче местной политической власти революционному комитету, которому предстояло подготовить выборы. Архивная атрибуция: ЦГАОР УССР, ф. 2, оп. 1, д. 158, л. 5–6. Формулировка сообщения подтверждает названную функцию ревкома, сохраняя статус телеграммы конкретного отправителя.
Информационная сводка 8 мая, документ № 160, с. 149–150, сообщает, что Севастопольский ревком под председательством Городецкого начал работу 24 апреля. Архивная ссылка: ЦГАОР УССР, ф. 5, оп. 10, д. 27, л. 73, подлинник. Дата 24 апреля относится к началу работы ревкома согласно майской сводке; её нельзя использовать как дату открытия нового выборного совета.
Для Симферополя 4 мая была опубликована предвыборная партийная листовка, документ № 154, с. 143–144. Она призывала создавать городской совет рабочих и красноармейских депутатов, проводить голосование через профессиональные союзы и предусматривала открытое голосование по спискам. Листовка выражает программу партийного организатора и сообщает о предложенном порядке выборов. Факт полного выполнения всех её инструкций должен подтверждаться самостоятельными протоколами комиссий.
В Балаклаве опубликован доклад о революционном комитете, документ № 138 от 25 апреля, содержащий утверждения И. Назукина об условиях местной работы и провозглашении полномочий ревкома 14 апреля. Доклад фиксирует сообщение автора; он не заменяет июньский документ об избранном в Балаклаве совете. Разделение этих дат существенно для правильной реконструкции перехода от чрезвычайного управления к представительству.
Симферополь и Бахчисарай: протоколы о выборах и началах работы советов
9 мая 1919 года Симферопольский военно-революционный комитет рассматривал организацию выборов в совет. Протокол о симферопольских выборах, т. II, документ № 161, с. 150, предписывал закончить выборы не позднее ближайшего вторника, подготовить билеты для профессиональных союзов и красноармейских частей, провести торжественное открытие. Документ содержит поручения избирательной комиссии, включая организацию собрания в помещении Советского театра. Архивная подпись: ГАКО, ф. 63, оп. 2, д. 770, л. 309, копия.
Сопутствующее редакционное примечание сборника относит завершение выборов к 13 мая и открытие Симферопольского совета к 15 мая. Эти сведения требуют правильной атрибуции: решение от 9 мая — первичный протокол о подготовке, утверждение о событиях 13 и 15 мая — дополнительная историко-редакционная информация публикации. Поэтому дату 15 мая допустимо приводить с указанием характера свидетельства, сохраняя различие между планом и сообщением об исполнении.
29 мая в Симферополе уже имеется постановление исполнительного комитета совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов о передаче городских предприятий и учреждений бывшей городской управы в ведение исполкома. Т. II, документ № 181, с. 163; ГАКО, ф. 63, оп. 2, д. 770, л. 147, незаверенная копия. Этот текст устанавливает деятельность исполнительного комитета к 29 мая и конкретное принятое постановление, независимо от редакционной датировки первого заседания.
В Бахчисарае 7 мая 1919 года ревком заслушал сообщение о подготовке выборов. Бахчисарайский протокол 7 мая, документ № 158, с. 149, говорит, что списки союзов были составлены, а сроки проведения выборов ещё обсуждались. Следовательно, по состоянию на заседание выборная процедура описана как находившаяся в подготовке.
Следующий протокол Бахчисарайского ревкома, документ № 171, с. 156, датирован «не позднее 15 мая» и содержит постановление назначить открытие совета на 17 мая, в 17 часов, в помещении бывшего городского управления. В источнике указаны председатель Голосенко и секретарь Соколов; опубликованная архивная ссылка: ГАКО, ф. Р-1022, оп. 1, д. 3, л. 24, подлинник. Это непосредственно подтверждает назначение торжественного открытия, тогда как факт его совершения именно 17 мая должен быть проверен самостоятельным протоколом заседания или отчётом.
Сопоставление Бахчисарая и Симферополя демонстрирует поэтапность: создание избирательной комиссии и списков, определение сроков, объявление собрания и решения исполкома, удостоверяющие последующую работу учреждения. Каждая ступень имеет свой документальный маркер.
Севастопольские выборы 1919 года: профсоюзы, партии, национальные объединения
Севастопольские выборы конца мая 1919 года представлены более подробно, чем многие другие муниципальные процедуры. Сообщение о выборах 29 мая, т. II, документ № 182, с. 163–165, воспроизводит объявления профессиональных союзов, результаты партийного голосования и списки избранных. Источник — «Известия Севастопольского революционного комитета», № 28 от 29 мая 1919 года.
В союзе печатников, согласно сообщению, коммунистический список получил 26 голосов, социал-демократический — 18, анархистский — 10; делегатом назван Смоляков, коммунист. Эти числа относятся к конкретному профессиональному союзу, а не ко всему городскому совету. В сообщении о выборах среди железнодорожников от 27 мая названы представители коммунистов, левых социалистов-революционеров и социал-демократов. Именно такие документы позволяют определять партийную представленность по отдельным избирательным единицам.
На следующий день после выпуска № 28 комиссия опубликовала сообщение от 31 мая, документ № 183, с. 165–167; «Известия Севастопольского революционного комитета», № 29 от 31 мая 1919 года. В нём приведены утверждённые выборы от железнодорожников, врачебных организаций, служащих аптек, мусульманской организации, пищевиков, официантов и поваров, рабочих транспорта, красной милиции и войсковых частей. Перечислены представители нескольких политических направлений. Это важный источник для анализа институционально оформленной множественности кандидатов и списков в городе в конце мая.
В отчёте избирательной комиссии названы от мусульманской организации Девятов и Афузов, отнесённые источником к левым эсерам; от союза железнодорожников — Горнов и Филонов, левые эсеры, Мазур и Олейников, коммунисты, и Могилевский, социал-демократ. В союзе моряков речного и торгового флота сообщается о 197 голосах за коммунистов, 55 за левых эсеров и 14 за социал-демократов. Эти сведения раскрывают как профессиональные, так и политические каналы представительства.
Отдельным свидетельством служит протокол городского комитета РКП(б) от 17 мая 1919 года, документ № 173, с. 157, где обсуждались кандидаты в совет, мероприятия в разных районах города и поручение представить семьдесят пять кандидатур. Партийный протокол подтверждает организацию предвыборной работы этой партии; списки кандидатов от других партий восстанавливаются по сообщениям избирательной комиссии.
В документах № 182 и № 183 обнаруживается конкретное разночтение фамилии одного из коммунистических представителей железнодорожников. Сообщение 29 мая указывает Мазура и Кереметчи, а перечень утверждённых комиссией результатов в публикации 31 мая — Мазура и Олейникова. Источники относятся к разным стадиям сообщения о выборах, но без изучения первоначальных протоколов союза, решения об утверждении мандатов и газетных оригиналов определить природу расхождения невозможно. В монографии оба чтения сохранены.
Газетное сообщение 5 июня, документ № 188, с. 172, относит начало работы Севастопольского совета к 3 июня 1919 года. Источник — «Известия Севастопольского революционного комитета», № 33 за 5 июня. Тем самым документы позволяют раздельно датировать: начало работы ревкома (по сводке — 24 апреля), выборы и утверждение списков (май), начало работы нового совета (сообщается 3 июня).
Балаклава и другие местные звенья в июне 1919 года
12 июня 1919 года в бюллетене Центрального бюро связи и информации при Народном комиссариате по военным делам Украины опубликовано короткое сообщение: избран Балаклавский совет рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов. В тексте указаны 27 коммунистов и 30 «сочувствующих», суммарно пятьдесят семь обозначенных членов. Т. II, документ № 194, с. 178; ЦГАСА, ф. 103, оп. 1, д. 21, л. 110, печатный экземпляр. Цифры представляют собой содержание бюллетеня, не результат независимого пересчёта избирательных ведомостей.
Балаклавский материал обнаруживает отличие между учреждением чрезвычайного комитета в апреле и избранием совета в июне. Для определения статуса ревкома документ № 138 является свидетельством его представителя; для определения наличия нового совета в июне — бюллетень № 194. Разные даты и субъекты сообщают о двух исторически связанных, но организационно отдельных этапах.
Совместное рассмотрение материалов Бахчисарая, Симферополя, Севастополя и Балаклавы показывает неодновременный ход оформления местных советов весной 1919 года. Документы позволяют составить раздельную городскую последовательность, а не только единую дату «восстановления советов Крыма».
В пределах источникового корпуса встречаются также постановления центральных советских органов 1919 года, регулирующие отраслевые и административные вопросы. Они важны для правового окружения местных советов, однако утверждение о фактическом исполнении таких актов в каждом населённом пункте требует локальных отчётов. В качестве основного материала этой главы использованы именно свидетельства об избрании и начале деятельности муниципальных советов.
Состав, компетенции и взаимодействие учреждений
Документально выявлены различные механизмы представительства: избрание делегатов общими собраниями рабочих, выдвижение и избрание через профессиональные союзы, представительство воинских частей, участие крестьянских собраний и отдельных национальных объединений. Их существование подтверждается не общей формулой о советской системе, а конкретными избирательными документами.
Севастопольские портовые делегаты 6 марта 1917 года использовали собрание из сорока четырёх лиц. Керченский исполнительный комитет 10 марта оформлял действия рабочей группы при другом комитете. Ново-Царицынский районный совет в марте 1918 года избирался собранием, в протоколе которого записаны индивидуальные голоса. В Севастополе мая 1919 года действовали профсоюзные комиссии, партийные списки и утверждение результатов комиссией при ревкоме. Порядок представительства менялся вместе с учреждением и временем.
Исполнительный комитет является органом при соответствующем совете, а постановление симферопольского исполкома 29 мая 1919 года удостоверяет распоряжение конкретными муниципальными объектами. Революционный комитет в апреле—мае 1919 года часто выступал организатором будущего совета; избирательные поручения ревкомов демонстрируют подготовку сроков и собраний. Судовые комитеты флотских экипажей представляли собственные коллективы и не выступали тождественными городскому совету.
В политическом отношении источники содержат заявления сторонников разных партий и протоколы конкурентных списков. Протоколы заседаний партии показывают её организационные действия; отчёты о голосовании показывают зарегистрированные голоса в конкретных избирательных единицах. Сопоставление этих материалов позволяет избегать недоказуемых общих суждений о полном партийном составе всех советов полуострова.
Территориальная координация проявлялась в приветственных телеграммах, направлении представителей из Севастополя в Симферополь и в учреждении губернского центра. Для каждого случая документированы определённые связи. Объём полномочий центрального комитета 1918 года раскрывается в его декларации; отдельные решения местных советов устанавливают локальную компетенцию.
Сводная хронология и таблица документальных соответствий
Хронологический ряд составлен из датированных документов и объявлений, с отдельной фиксацией тех случаев, когда установлен только план события или сообщение участника.
| Дата документа | Место и учреждение | Документально удостоверяемое действие | Публикация |
|---|---|---|---|
| 5 (18) марта 1917 | Симферопольский совет | По историко-архивному обзору, состоялось первое заседание | Выставка документов ГАРК |
| 6 (19) марта 1917 | Севастополь, центральный исполнительный комитет | По историко-архивному обзору, сформирован орган смешанного состава | Выставка документов ГАРК |
| Ночь на 8 (21) марта 1917 | Севастополь, Центральный военный исполком | По исследованию Павленко, объединение военного и офицерского комитетов | Павленко, 2016, с. 66 |
| 6 (19) марта 1917 | Севастополь, делегаты порта | 44 представителя приняли резолюцию и решили отправить приветствие | Т. I, № 1, с. 27–28 |
| 9 (22) марта 1917 | Керчь, совет рабочих и солдатских депутатов | Послана приветственная телеграмма Петрограду | Т. I, № 2, с. 28 |
| 10 (23) марта 1917 | Керчь, исполком совета | Постановлено создать рабочую группу и дружину | Т. I, № 3, с. 28–29 |
| 19 августа (1 сентября) 1917 | Севастополь, рабочие порта | Митинг принял требование отменить смертную казнь | Т. I, № 20, с. 42 |
| 30 августа (12 сентября) 1917 | Евпатория, объединённый совет | Принята резолюция в связи с Корниловским выступлением | Т. I, № 26, с. 45–46 |
| 31 августа (13 сентября) 1917 | Евпатория, уездный комиссар | Сообщено о создании временного комитета 30 августа | Т. I, № 27, с. 46 |
| 8 (21) октября 1917 | Севастополь, митинг моряков, солдат и рабочих | Принята резолюция о власти и прекращении войны | «Известия», № 119, 11 октября |
| 27 октября (9 ноября) 1917 | Севастопольский совет | Отправлена приветственная телеграмма Петрограду | «Прибой», № 62, 28 октября |
| 29 октября (11 ноября) 1917 | Команда миноносца «Пронзительный» | Принята резолюция о передаче власти советам | Т. I, № 93, с. 99 |
| 25 ноября (8 декабря) 1917 | Евпатория и Севастополь | Зафиксированы требования переизбрания советов | Т. I, №№ 116–117 |
| 15 (28) января 1918 | Евпатория и Ялта | Переданы местные сообщения о смене обстановки | Т. I, №№ 194–195 |
| Не позднее 28 января (10 февраля) 1918 | Севастопольский совет | Обсуждено направление представителей в Симферополь | Т. I, № 221 |
| 28 января (10 февраля) 1918 | Феодосия, переизбранный совет | По телеграмме, состоялось официальное открытие | Т. I, № 226 |
| 29 января (11 февраля) 1918 | Чрезвычайный губернский съезд | Принята резолюция о центральном советском органе | Т. I, № 225, с. 194–195 |
| Не ранее 30 января (12 февраля) 1918 | Таврический центральный комитет | Опубликована декларация о губернской власти | Т. I, № 227, с. 196 |
| 22 марта 1918 | Ново-Царицыно — Ново-Николаевка | Составлен протокол избрания районного совета | Т. I, № 282, с. 230 |
| 25 марта 1918 | Ялтинский уезд | Комиссар обратился к волостным и городским советам | Т. I, № 283, с. 230 |
| 14 апреля 1919 | Балаклава | По позднему докладу, ревком объявил свои полномочия | Т. II, № 138 |
| 24 апреля 1919 | Севастополь | По сводке 8 мая, началась работа ревкома | Т. II, № 160 |
| 4 мая 1919 | Симферополь | Партийное обращение призвало организовать выборы | Т. II, № 154 |
| 7 мая 1919 | Бахчисарайский ревком | Обсуждены списки и сроки выборов | Т. II, № 158 |
| 9 мая 1919 | Симферопольский ревком | Установлены поручения избирательной комиссии | Т. II, № 161, с. 150 |
| Не позднее 15 мая 1919 | Бахчисарайский ревком | Назначено открытие совета на 17 мая | Т. II, № 171 |
| 17 мая 1919 | Севастопольский партийный комитет | Обсуждены кандидаты и предвыборные митинги | Т. II, № 173 |
| 27–31 мая 1919 | Севастополь | Сообщены выборы и утверждение депутатов | Т. II, №№ 182–183 |
| 29 мая 1919 | Симферопольский исполком | Постановлено принять городские учреждения в ведение совета | Т. II, № 181 |
| 3 июня 1919 | Севастопольский совет | Сообщается о начале его работы | Т. II, № 188, газета 5 июня |
| 12 июня 1919 | Балаклавский совет | Бюллетень сообщил об избрании совета | Т. II, № 194, с. 178 |
При чтении таблицы «дата документа», «дата описываемого события» и «дата газетной публикации» сохраняют собственные значения. Для строк с планируемым открытием зафиксировано принятие решения, а не самостоятельно доказанное проведение собрания.
Источниковедческие разночтения и пределы доказательства
Первое установленное разночтение относится к протоколу Ново-Царицынского районного совета от 22 марта 1918 года. Формула об избрании девяти членов соседствует с перечнем десяти лиц. Поскольку индивидуальные результаты приведены для всех перечисленных кандидатов, исключить одно имя по арифметическому предположению нельзя. Проверяемая точка дальнейшей текстологической работы — ГАКО, ф. Р-1021, оп. 1, д. 6, л. 31 по опубликованной ссылке.
Второе разночтение содержится в майских сообщениях об избрании железнодорожников Севастополя: документ № 182 называет Мазура и Кереметчи среди коммунистических кандидатов, документ № 183 — Мазура и Олейникова среди утверждённых депутатов. Издание передаёт две различные редакции состава. Возможность исправления, изменения при утверждении или газетной ошибки остаётся вопросом для сличения избирательных первичных протоколов.
Третье различение — сообщение о намеченном открытии Бахчисарайского совета 17 мая и прямое подтверждение его первого заседания. Документ № 171 удостоверяет назначение даты; утверждение о фактическом открытии только на основании этого постановления выходило бы за пределы доказательства. Аналогичным образом редакционное сообщение о симферопольских выборах 13 мая и открытии 15 мая необходимо обозначать как сведения составителей сборника, пока не приведён оригинальный протокол открытия.
Четвёртая проблема — происхождение архивных шифров. Реквизиты «ГАКО», «ЦГАВМФ», «ЦГАОР УССР» воспроизводятся по колонтитулам и подписям издателей 1957 и 1961 годов. При переименованиях, перемещениях фондов и изменениях описи требуется самостоятельная архивная сверка; в данном научном пакете сохранена проверяемая историческая атрибуция печатного документа.
Дополнительное хронологическое различие относится к начальным севастопольским комитетам. Историко-архивная выставка датирует образование Центрального исполнительного комитета 6 марта, тогда как специальная работа Павленко реконструирует образование Центрального военного исполнительного комитета в ночь на 8 марта после раздельной истории военно-матросского и офицерского комитетов. Названия, состав и процедура объединения не могут быть установлены окончательно по совмещению этих двух пересказов. Для согласования нужны исходные протоколы органов и распоряжения флотского командования. Отдельный документ о 44 портовых делегатах 6 марта представляет иное делегатское собрание и не служит автоматическим подтверждением ни одной из дат объединения комитетов.
Пятая граница связана с репрезентативностью корпуса. Выборки газет и опубликованные протоколы отражают сохранённые и отобранные документы. Их распределение по городам, датам и партиям нельзя использовать для статистической оценки всей сети советов без полной базы первичных мандатов. В частности, сведения о профсоюзных выборах Севастополя мая 1919 года нельзя переносить на Керчь, Симферополь и сельские районы.
Шестое методическое различение относится к категориям статуса сведений. Прямая запись заседания является подтверждением зафиксированного решения; телеграмма или донесение подтверждает факт сообщения отправителя, а заявленное содержание оценивается согласно его собственной свидетельственной природе; конкурирующие версии газетного сообщения отражаются без произвольной унификации.
Эти разночтения составляют предмет открытой источниковедческой фиксации. Их наличие не отменяет документально подтверждённых событий выборов, заседаний и сообщений там, где они удостоверены независимо от спорной детали.
Итоги документального исследования
По обзору Государственного архива Республики Крым первое заседание Симферопольского совета датировано 5 марта 1917 года. Датировки и институциональное наименование раннего севастопольского исполнительного комитета представлены в архивном обзоре и специальной литературе по-разному; это различие зафиксировано и адресовано первичным протоколам. На основании проверенных публикаций документов установлено существование Керченского совета рабочих и солдатских депутатов не позднее 9 марта 1917 года. Его телеграмма, напечатанная 10 марта, устанавливает внешнее сообщение с Петроградским советом, а постановление исполкома от 10 марта — организацию рабочей группы для участия в городском комитете общественной безопасности и принятие решения о рабочей дружине.
В Севастополе документально установлены собрание сорока четырёх портовых делегатов 6 марта, последующие политические резолюции рабочих, матросских и воинских собраний, функционирование совета военных и рабочих депутатов и его межгородская деятельность, включая обсуждение отправки представителей в Симферополь в январе 1918 года. Различие между портовым собранием, судовыми комитетами и городским советом позволяет сохранять точную институциональную атрибуцию.
В Евпатории 30 августа 1917 года действовал совет с заявленным рабочим, солдатским и крестьянским представительством. Уездный комиссар отдельно сообщал о создании временного революционного комитета с участием членов исполкома совета. Документы позволяют установить участие конкретных лиц в обеих структурах, сохраняя их институциональное различие.
Осенью 1917 года по опубликованным резолюциям и телеграммам прослеживаются сообщения различных коллективов о власти и войне. В январе 1918 года решения губернского съезда и декларация Таврического центрального комитета установили документальный момент заявления единой губернской советской власти. В Феодосии к 28 января переизбранный совет, согласно переданной телеграмме, официально начал работу и распределение по комиссиям.
Протокол 22 марта 1918 года удостоверяет сельские выборы районного совета в Ново-Царицыне и Ново-Николаевке с индивидуальными результатами. Зафиксировано внутреннее расхождение между указанной численностью девять человек и десятью названными фамилиями. Документ 25 марта подтверждает существование сети адресатов советского распоряжения в Ялтинском уезде, включая Алушту и Алупку.
Для 1919 года восстановлена последовательность организации местных органов в ряде городов: деятельность ревкомов, подготовка выборных списков, предвыборные решения, сообщения об избрании и действия новых исполкомов. В Бахчисарае документы фиксируют подготовку выборов 7 мая и назначение открытия совета на 17 мая; в Симферополе — организационные решения 9 мая и функционирование исполкома 29 мая; в Севастополе — выборы профессиональных и военных групп в мае и сообщаемое начало работы совета 3 июня; в Балаклаве — сообщение об избранном совете 12 июня.
Севастопольские документы мая 1919 года сохранили сведения о партийных списках и участии профессиональных и мусульманской организаций. Зафиксировано расхождение двух опубликованных перечней коммунистических железнодорожных депутатов. Внутреннее сопоставление документальных серий позволяет представить выборы по стадиям, вместо объединения всех дат в одну дату учреждения.
Доказательственный результат монографии — территориально и хронологически разделённая карта советского представительства. Вопросы о первом учредительном заседании отдельных советов, полном составе ряда делегаций, разрешении текстовых разночтений и преемственности лиц в 1917–1919 годах остаются адресованными конкретным архивным делам и газетным оригиналам. Полученные выводы исчерпывают установленное по приведённому корпусу и сохраняют пространство для последующего включения самостоятельно сверенных первичных дел.
Источники и литература
Опубликованные сборники архивных документов
Борьба за Советскую власть в Крыму: документы и материалы. Т. I. Март 1917 — апрель 1918. Симферополь: Крымиздат, 1957. Использованы документы №№ 1–3, 19–20, 26–27, 61, 93, 116–117, 194–195, 221, 225–227, 263, 282–283, 336–337. Полный цифровой текст первого тома. Библиографические страницы конкретных актов приведены в главах; для остальных документов действует нумерация и поиск по тому.
Борьба за Советскую власть в Крыму: документы и материалы. Т. II. Май 1918 — ноябрь 1920. Симферополь: Крымиздат, 1961. Использованы документы №№ 120, 138, 154, 158, 160–161, 171, 173, 181–183, 188, 194. Полный цифровой текст второго тома.
Историческая периодика, воспроизведённая в источниковых сборниках
«Известия Керченского Совета рабочих и солдатских депутатов». 1917. № 1. 10 марта. Телеграмма совета от 9 марта и постановление исполнительного комитета от 10 марта; воспроизведение в т. I, №№ 2–3, с. 28–29. Проверено по публикации документов.
«Голос Евпатории». 1917. № 119. 3 сентября. Резолюция объединённого совета от 30 августа; т. I, № 26, с. 45–46, перепечатка резолюции.
«Известия Севастопольского Совета военных и рабочих депутатов». 1917. № 119. 11 октября. Резолюция митинга 8 октября; каталожная запись документа.
«Прибой». 1917. № 62. 28 октября. Телеграмма Севастопольского совета от 27 октября; каталожная запись телеграммы.
«Известия Севастопольского Совета военных и рабочих депутатов». 1917. № 137. 1 ноября. Резолюция команды «Пронзительного» от 29 октября; т. I, № 93, с. 99, документальная перепечатка.
«Известия Севастопольского революционного комитета». 1919. №№ 28–29. 29 и 31 мая; № 33. 5 июня. Сообщения об избирательных результатах и начале работы совета; т. II, №№ 182–183, 188, документы о выборах.
Архивные реквизиты в подписях опубликованных документов
ЦГАВМФ. Ф. Р-183. Оп. 1. Д. 7. Л. 1. Резолюция портовых делегатов 6 марта 1917 года; машинописная копия, т. I, № 1.
ЦГАВМФ. Ф. Р-181. Оп. 1. Д. 9. Л. 139. Резолюция рабочих порта 19 августа 1917 года; подлинник, т. I, № 20.
ЦГАВМФ. Ф. Р-183. Оп. 1. Д. 23. Л. 218. Евпаторийская радиограмма 15 января 1918 года; т. I, № 194.
ЦГАВМФ. Ф. Р-182. Оп. 1. Д. 1. Л. 81. Телеграмма о Феодосийском совете 29 января 1918 года; заверенная машинописная копия, т. I, № 226.
ГАКО. Ф. Р-1612. Оп. 1. Д. 1. Л. 43. Резолюция съезда 29 января 1918 года; печатный экземпляр, т. I, № 225.
ГАКО. Ф. Р-1021. Оп. 1. Д. 6. Л. 31. Протокол выборов Ново-Царицынского районного совета 22 марта 1918 года; подлинник, т. I, № 282.
ЦГАОР УССР. Ф. 2. Оп. 1. Д. 158. Л. 5–6. Телеграмма о перемирии и ревкоме 19 апреля 1919 года; т. II, № 120.
ЦГАОР УССР. Ф. 5. Оп. 10. Д. 27. Л. 73. Информационная сводка 8 мая 1919 года; подлинник, т. II, № 160.
ГАКО. Ф. 63. Оп. 2. Д. 770. Л. 309. Симферопольский протокол 9 мая 1919 года; копия, т. II, № 161.
ГАКО. Ф. Р-1022. Оп. 1. Д. 3. Л. 24. Бахчисарайский протокол; подлинник, т. II, № 171.
ГАКО. Ф. 63. Оп. 2. Д. 770. Л. 147. Симферопольское постановление 29 мая 1919 года; незаверенная копия, т. II, № 181.
ЦГАСА. Ф. 103. Оп. 1. Д. 21. Л. 110. Бюллетень о Балаклавском совете 12 июня 1919 года; печатный экземпляр, т. II, № 194.
Архивные шифры выше переданы по редакционным подписям соответствующих опубликованных документов. Их современная регистрационная форма и физический состав архивного дела в рамках этой публикации самостоятельно не сверялись.
Электронные историко-документальные ресурсы и научно-справочные материалы
Электронная библиотека исторических документов. «Резолюция митинга матросов, солдат и рабочих Севастополя с требованием прекращения войны и передачи власти Всероссийскому съезду советов. 8 октября 1917 г.» Библиографическая запись с указанием «Известий Севастопольского Совета военных и рабочих депутатов», № 119 от 11 октября 1917 года. Электронная карточка.
Электронная библиотека исторических документов. «Приветственная телеграмма Севастопольского Совета военных и рабочих депутатов Петроградскому Совету и II Всероссийскому съезду советов. 27 октября 1917 г.» Библиографическая запись с указанием «Прибоя», № 62 от 28 октября 1917 года. Электронная карточка.
Государственный архив Республики Крым. Выставка документов к 100-летию Февральской революции. Историко-архивное описание и навигация по материалам 1917 года. Страница архивной выставки.
Научная литература
Павленко А. П. Офицеры и классные чины в составе Севастопольского совета (1917–1918) // Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского. Серия «Исторические науки». 2016. Т. 2 (68). № 3. С. 65–78. Полный текст исследования.
Павленко А. П. Севастопольские меньшевики в 1917 г. // Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского. Серия «Исторические науки». 2017. Т. 3 (69). № 2. С. 123–136. Полный выпуск журнала.
Источниковедческое примечание к литературе
Тексты вступительных исторических очерков обоих документальных томов использованы для ориентирования в структуре публикации; фактические выводы настоящей монографии основаны на воспроизведённых актах, перепечатках периодики, проверенных библиографических карточках и документально атрибутированных сведениях специализированных исторических исследований. Вторичные хронологические сообщения сохраняют отдельную атрибуцию и степень доказательности. Использование исходных архивных дел и неопубликованных в данном корпусе исторических исследований потребует самостоятельного документального пополнения, при котором каждый новый источник будет внесён в реестр доказательств вместе с точной атрибуцией.