Симферопольская городская дума и местное управление

Предмет и метод документального исследования

Городская дума Симферополя являлась распорядительным учреждением городского общественного управления, а городская управа осуществляла исполнительную работу. В революционные годы муниципальные учреждения вступали в отношения с органами губернской администрации, городским общественным комитетом, советами депутатов, политическими объединениями, военным командованием и последовательно существовавшими органами власти Крыма. Предмет досье составляет деятельность именно городских учреждений и те действия иных органов, которые прямо затрагивали их устройство, полномочия, решения или хозяйственную деятельность.

Хронологический предел определяется двумя документальными рубежами. Для начала работы доступен архивный указатель журнала заседания городской думы от 3 марта 1917 года; для завершения — архивное исследование, относящее окончательную ликвидацию думы и управы к ноябрю 1920 года. В промежутке фиксируются прекращения и возобновления работы, связанные со сменой действующих в Симферополе режимов. Понятие институциональной непрерывности применяется к учреждению, документам и функциям, а персональная и правовая преемственность конкретных составов проверяется отдельно. Архивная датировка заседания и обзор местного самоуправления показывают обе границы исследовательского корпуса.

Единицей проверки является датированный документ с его создателем, адресатом, жанром, реквизитами и способом дошедшей публикации. Протокол заседания позволяет установить, что присутствовало в повестке и какое постановление записано; газетное известие подтверждает факт публичного сообщения; мемуар передаёт воспоминание названного участника; позднейшая статья устанавливает опубликованный автором результат работы с источниками. Для реконструкции фактического исполнения думского решения, особенно в отношении городских расходов, требуется другой документальный ряд: бухгалтерская ведомость, распоряжение управы, казначейская запись или переписка о выполнении.

Даты марта — декабря 1917 года приводятся по старому стилю с переводом на новый в хронологической таблице. Для документов 1918–1920 годов исходная дата воспроизводится так, как её обозначает публикация. После перехода на новый календарь не применяется механическое прибавление тринадцати дней. Термин «городская дума» относится к муниципальному распорядительному учреждению; «Государственная дума» и «Временный комитет Государственной думы» обозначают другие органы. Установление местных отличий в составе и порядке формирования учреждений составляет необходимое условие сопоставления исторических сообщений.

Правовое устройство городской думы и управы

Система городского самоуправления, действовавшая к началу 1917 года, сложилась в рамках городовых положений Российской империи. Городовое положение 16 июня 1870 года закрепило разделение распорядительной городской думы и исполнительной городской управы; в обеих председательствовал городской голова. К компетенции городского общественного управления относились благоустройство, противопожарные меры, торгово-хозяйственные вопросы, здравоохранение и народное образование. Городовое положение 11 июня 1892 года изменило избирательный порядок и рамки полномочий городских учреждений. Указанную институциональную схему и даты нормативных актов излагает исследование Л. П. Кравцовой, подготовленное по материалам крымского архива.

Для чтения документов периода важно разграничить принятие постановления гласными и его исполнение управой. Решение о снабжении, налогах или городской службе могло потребовать передачи в исполнительный аппарат, сметного ассигнования и отдельной переписки с губернским начальством. Архивный фонд городской управы охватывает 1871–1920 годы, что устанавливает существование корпуса делопроизводства данного учреждения за время революции. Названия и крайние даты фондов зафиксированы в официальном списке ГАРК. Предел по дате существования фонда не удостоверяет непрерывную деятельность каждой выборной думы и не заменяет датированный протокол реорганизации.

Должность городского головы связывала заседания думы и работу управы. В. А. Иванов был избран Симферопольским городским головой 8 мая 1909 года и продолжал занимать этот пост до смерти 26 октября 1919 года, согласно архивной биографической публикации. Материалы о его более раннем участии в санитарной комиссии, устройстве городской библиотеки, благоустройстве и работе управы дают конкретные признаки того хозяйственного круга, который существовал до революционных перемен. Эти дела не превращаются автоматически в сведения об аналогичных решениях 1917–1920 годов; каждое дело сохраняет собственную дату. Биография городского головы Иванова служит для проверки имени, должности и длительности его службы.

В муниципальном языке того времени слово «гласный» обозначает члена думы, а «городской голова» — установленную городовым законодательством должность. Позднейшее употребление слов «градоначальник» и «городничий» для этой должности источниковедчески неточно: они относились к иным административным формам. Из-за сосредоточения губернских учреждений в Симферополе территориальная близость городской управы к губернской управе не означала совпадения их бюджетов, полномочий и подчинённости.

Архивное основание и сохранность документальных комплексов

Наиболее точно идентифицированный первичный документ начала революционного периода — «Журнал III-го очередного собрания Симферопольской городской думы» от 3 марта 1917 года. В опубликованном архивном перечне он назван с поисковым шифром: Государственный архив Республики Крым, ф. 42, оп. 1, д. 1319, л. 56–57. Такая запись подтверждает архивную атрибуцию журнала, его датировку и наличие указанных листов в составе дела. Содержание выступлений, имена присутствовавших гласных, способ и результат голосования нельзя извлечь из одного перечня; поэтому в настоящем исследовании этот журнал используется как достоверно учтённый источник, а его неизвестные решения не реконструируются по предположению.

Фонд 42 — Таврическое губернское присутствие по земским и городским делам. Нахождение копии либо экземпляра городского журнала в фонде губернского надзорного учреждения согласуется с существованием административного обмена между городом и губернией, но происхождение конкретного экземпляра из единичной инвентарной строки не устанавливается. Фонд 63 — Симферопольская городская управа; фонд 60 — Таврическая губернская земская управа; фонд 61 — Симферопольская уездная земская управа. Их обозначения и ведомственная принадлежность проверены по перечню архивных фондов. Объединение этих фондов в один условный «муниципальный архив» исказило бы происхождение документов.

Официальный перечень февральской выставки называет также «Журнал Симферопольского чрезвычайного земского собрания» 11 марта 1917 года: ГАРК, ф. 61, оп. 2, д. 11, л. 1–3. Это документ земского собрания, а не очередное заседание городской думы. В том же списке представлены документы евпаторийской думы 4, 6 и 21 марта: ГАРК, ф. 681, оп. 2, д. 660, л. 50–61. Наличие трёх журналов другого города даёт контрольный пример формы муниципального делопроизводства, но содержание решений Евпатории нельзя приписывать Симферополю.

Архивная выставка фиксирует также административный ряд губернского комиссара: объявление Я. Т. Харченко от 21 марта 1917 года — ГАРК, ф. Р-1694, оп. 1, д. 32, л. 82; распоряжение уездным комиссарам 22 марта — ф. Р-1694, оп. 2, д. 9, л. 1–1 об.; телеграмму в МВД от 30 марта — ф. Р-1694, оп. 1, д. 35, л. 6. Эти реквизиты позволяют изучать внешнюю административную среду, в которой работала дума, но не делают губернского комиссара частью аппарата городского самоуправления. Реестровый перечень позволяет локализовать документы без присвоения им непроверенного содержания. Архивный маршрут губернских распоряжений сохраняет их самостоятельное авторство.

К периоду послереволюционной архивной фиксации относится рукопись статьи 1927 года о деятельности Симферопольского городского общественного комитета — ГАРК, ф. П-150, оп. 1, д. 115, л. 1–34. Запись есть в опубликованном архивном перечне. Жанр рукописи и дата её составления требуют рассматривать её как позднее свидетельство, пока не предъявлен первичный протокол 1917 года. Историческая периодика, воспоминания участников, тома документальных сборников и специальные статьи дополняют этот архивный маршрут, причём степень доступа к их полным текстам различается и обозначается далее.

Отдельный комплекс документов городской управы 1918–1920 годов выявлен по специальной статье Г. О. Пономарева. В библиографии этой работы названы ГАРК, ф. 63, оп. 2, д. 943, 947 и 955. Содержание соответствующих листов не считалось проверенным по одной библиографической записи. Исследование архивных дел Симферополя служит основанием для локализации комплекса, необходимого при проверке хозяйственной деятельности и передачи полномочий.

Март 1917 года: заседание думы и губернские перемены

Известия о событиях в Петрограде поступали в Симферополь в первые дни марта 1917 года старого стиля. В официальной историко-архивной экспозиции получение известий отнесено к ночи со 2 на 3 марта; исполнявший обязанности губернатора князь С. В. Горчаков ознакомил представителей городского самоуправления с поступившими телеграммами. Существование заседания 3 марта подтверждается независимой от последующего исторического повествования записью конкретного думского журнала. Выставка Государственного архива Крыма и каталожный журнал думы дают два разных вида подтверждения: последовательность событий в редакторском изложении и архивный шифр документа.

Заседание 3 марта не следует автоматически именовать «чрезвычайным» — опубликованное название документа гласит «III-е очередное собрание». Именно это различие существенно для идентификации протокола: историографическое описание события как чрезвычайного по исторической обстановке не меняет подлинного архивного заголовка. Документ в фонде 42 остаётся центральной исходной точкой самостоятельного исследования состава гласных и их первоначальной реакции на смену государственной власти.

В первые дни марта центральные и губернские учреждения подвергались реорганизации. Место губернаторской администрации в системе Временного правительства занимала комиссарская власть. Архивная историческая справка называет губернским комиссаром Я. Т. Харченко, до того председателя губернской земской управы. В опубликованной описи отдельно учтены его мартовские объявления и циркулярные распоряжения, что подтверждает существование определённого делопроизводства губернского комиссара. Достоверные для него полномочия и для думы муниципальные функции подлежат разграничению: комиссар представлял губернское управление, дума и управа ведали городским общественным хозяйством. Материалы мартовской губернской администрации дают проверяемые шифры для такого разделения.

Мартовское положение города включало также органы военного и общественного представительства. Относительно даты первого заседания Симферопольского совета опубликованные исследования дают разнящиеся отсчёты; настоящая монография не объединяет их с датой создания городского общественного комитета. Самостоятельность начального думского делопроизводства подтверждает уже наличие отдельного журнала. Его дальнейшая связь с комитетом определяется представленными лицами и возможными постановлениями, а не общей датой революционного месяца.

Городской общественный комитет и участие общественных организаций

После февральских событий в Симферополе возник городской общественный комитет. Согласно исследованию Л. П. Кравцовой, он был создан по инициативе городской думы и насчитывал более ста участников. В его состав входили десять гласных думы и десять представителей Совета рабочих и солдатских депутатов. Комитет занимался вопросами общественной безопасности, продовольственного обеспечения и просветительско-осведомительной работы. Архивный очерк о городском комитете фиксирует организационную форму и функциональный круг, но не воспроизводит поимённый протокол полного собрания.

В воспоминаниях, напечатанных в 1927 году в журнале «Революция в Крыму», приводится ещё одна, более конкретная последовательность согласования состава бюро городского общественного комитета. Автор свидетельства описывает переговоры социал-демократов, социалистов-революционеров, народных социалистов и представителей городской думы, называя среди участников городского голову В. А. Иванова, П. С. Бобровского, Новицкого, Лейбмана, Жирова и других лиц. В тексте указано, что обособленно обсуждались кандидатуры, вызвавшие возражения. Сведения о составе бюро относятся к авторскому воспоминанию, опубликованному десятилетие спустя, и требуют сопоставления с протоколом организационного заседания. Воспоминания об учреждении комитета являются самостоятельным свидетельством, а не описью всех его членов.

Число участников большого общественного комитета и количественный состав его бюро представляют разные величины. Современное архивное изложение даёт показатель свыше ста лиц, а воспоминания 1927 года раскрывают партийное распределение нескольких мест в рабочем органе. Они могут быть соотнесены в реконструкции организационной структуры, но не складываются арифметически в общий штатный список.

Особый документ — обращение организованных рабочих Симферополя и окрестностей к городской думе, воспроизведённое М. Ф. Бунегиным в книге 1927 года. Авторы обращения предлагали дополнить городской орган делегатами рабочих предприятий и армии, привлекать организованные группы жителей к продовольственной и хозяйственной работе и использовать собрания на фабриках и заводах для избрания уполномоченных. Это свидетельствует об определённом публично предъявленном проекте изменения представительства. Само обращение не доказывает, что все предлагаемые формы были осуществлены. Опубликованное обращение рабочих к думе, с. 31, сохраняет собственный жанр и статус документальной перепечатки.

В том же мемуарном источнике сообщается о включении социал-демократа Гаврилова в состав городской управы и о политической борьбе вокруг её работы. Данная персональная атрибуция принадлежит автору позднейшего рассказа. Подтверждение точной даты избрания, должностной компетенции и состава голосовавших зависит от журнала думы либо распоряжения управы. Взаимоотношения комитета и думы документально показывают существование нескольких городских площадок, где обсуждались общественный порядок, представительство и снабжение населения.

Муниципальные выборы 1917 года и состав новой думы

В течение 1917 года происходило обновление органов городского представительства. Публикация в «Революции в Крыму» 1927 года сообщает, что при выборах новой Симферопольской городской думы соперничали списки социал-демократов, социалистов-революционеров и конституционных демократов. Согласно воспоминаниям, общее число гласных составляло 84; социал-демократы получили 8 мест, кадеты 13, прочие группы 7, а социалисты-революционеры — оставшиеся 56 мест. Таким образом, арифметика самого опубликованного свидетельства согласована: 56 + 8 + 13 + 7 = 84. Рассказ о составе избранной думы является источником указанных чисел.

Эта цифра описывает распределение депутатских мест в воспоминании участника политической жизни города. Из неё не выводятся число поданных голосов, процент явки, численность избирателей по участкам либо характер применения пропорциональной системы; для таких показателей необходимы официальные избирательные ведомости и публикация результатов. Партийные обозначения относятся к политической классификации автора свидетельства, а не к исследовательскому определению каждого гласного по именной карточке.

Думское представительство следует отличать от состава городского общественного комитета. В последнем в марте обсуждались квоты общественных и партийных организаций. Думские выборы устанавливали представительный состав иного учреждения. Даже если отдельное лицо одновременно участвовало в комитетских собраниях и работало в думе, каждое его действие в документах имело отдельный институциональный статус.

Для полной реконструкции выборного процесса необходимы постановления об избирательных округах, поимённые списки кандидатов, протоколы избирательных комиссий, утверждение мандатов, запись первого заседания обновлённой думы и документ об избрании состава управы. В настоящем корпусе опубликовано описание распределения 84 мест, которое может быть уверенно названо сообщением определённого источника. Вопрос о точных персональных мандатах остаётся предметом проверки фонда городской управы и периодики.

Осень 1917 года: дума, советы и краевое представительство

Осенью 1917 года Симферополь одновременно являлся губернским административным центром, местом заседаний муниципального самоуправления, советских органов и краевых политических совещаний. Наличие общей городской территории не означает единства решений и полномочий. Действия городской думы должны быть установлены по её журналам; обращения политических организаций — по подписанным ими документам; постановления советов — по их собственному делопроизводству. Документальный сборник за 1917 год воспроизводит тексты разных учреждений, позволяя разграничивать их происхождение.

В ноябре в Симферополе обсуждалось формирование Совета народных представителей — учреждения краевого масштаба. По справке Т. Б. Биковой, в его состав вошли 48 человек, включая шестерых от городских дум, девятерых от земств и представителей других организаций. Для данного досье важен установленный характер представительства: группа делегатов городских дум участвовала в формировании учреждения, решавшего вопросы всего Крыма. Должность в Совете народных представителей не тождественна мандату гласного Симферопольской думы, а само учреждение не подменяло исполнение хозяйственных постановлений муниципальной управы. Состав Совета народных представителей в исторической энциклопедии приведён отдельно от городского списка гласных.

Для каждой персоналии осени 1917 года следует различать первоначальный городской мандат, делегирование на межпартийное или краевое совещание и занятие должности в исполнительном органе. Документальная реконструкция сохраняет эту последовательность при изучении Иванова, Бобровского, представителей земств и Советов. Временная близость октябрьских политических событий к заседаниям думы сама по себе не позволяет утверждать принятие думой постановления о передаче власти — оно должно быть обнаружено в конкретном документе.

Городское хозяйство при этом сохраняло собственные направления: продовольственное снабжение, коммунальные службы, рабочие отношения, городские доходы и расходы. Их осуществление прослеживается по взаимосвязи думских решений и дел управы. Различные даты принятия, объявления и исполнения решения требуют отдельной записи; позднейший обзор политической смены власти, даже располагая правильной общей хронологией, не заменяет эту последовательность.

Прекращение деятельности думы при советской власти в начале 1918 года

После утверждения советских органов власти в Симферополе был поставлен вопрос о городском самоуправлении прежнего состава. И. П. Кондранов и В. А. Широков в «Хронике революционных событий в Крыму» фиксируют под датой 25 февраля 1918 года опубликование Симферопольским советом рабочих и солдатских депутатов декрета об упразднении городской думы и управы. В качестве источника они указывают Крымский областной партийный архив, ф. 150, оп. 1, д. 112, л. 61–62. Это архивная атрибуция, приводимая в опубликованной хронике: оригинальные листы декрета в настоящей работе непосредственно не осмотрены. Хроника о декрете Совета, с. 73, является проверяемой точкой перехода от муниципальной к советской организационной форме.

Смысл записи ограничен определённым действием Совета — публикацией декрета. Она сама по себе не устанавливает день передачи конкретного здания, кассы, финансовой книги, муниципальной мастерской или каждого служащего новому органу. Для разделения нормативного решения и фактического перехода требуются акты приёма документов, инвентарные описи имущества и распоряжения об учреждениях городского хозяйства.

В последующих изданиях встречаются также сообщения о мартовских решениях советских органов, касавшихся переустройства городских и земских учреждений. Исследование А. В. Ишина даёт последовательность связанных организационных мер. Их нельзя объединять с датой 25 февраля в одну неидентифицированную «дату упразднения»: отдельные акты могли относиться к норме управления, к передаче отдельных функций или к разным уровням — городскому, уездному и губернскому.

Календарная датировка февраля — марта 1918 года требует особой проверки по заголовку оригинальной газеты и акту; официальный переход на новый стиль в феврале происходил на фоне вооружённого и административного изменения местной власти. Поэтому дата 25 февраля воспроизводится по формулировке хроники без недоказанного перевода на другой календарный стиль. Значение этой даты для исследовательского результата состоит в документально зафиксированном сообщении об акте Совета, а не в установлении по одной записи полного прекращения всех хозяйственных операций управы.

Общий архивный очерк констатирует роспуск думы и управы весной 1918 года, передачу их дел Советам, последующее возобновление деятельности в годы Гражданской войны. Историко-архивная справка согласуется с наличием отдельного декрета и с более поздним появлением вновь действующей думы. Разделение формулировок сохраняет точность: «издан декрет», «работа прекратилась» и «имущество передано» — самостоятельные устанавливаемые факты.

Май 1918 года: возвращение думской деятельности и резолюция о краевой власти

После вступления германских войск в Симферополь весной 1918 года положение городских учреждений изменилось. О возобновлении деятельности думы позволяет судить опубликованный текст конкретного постановления: 11 мая 1918 года Симферопольская городская дума приняла резолюцию о создании краевой власти. Она напечатана в «Революции в Крыму», № 3 за май–июнь 1924 года, в разделе исторических материалов на с. 191. Текст думской резолюции 11 мая — главный доступный документ данной части исследования.

Преамбула опубликованного постановления называет предмет обсуждения: предложение Керчь-Еникальского городского головы об образовании центральной власти в Крыму; сообщение Симферопольского городского головы о беседе губернского комиссара с германским генералом Кошем относительно съезда земств и городов; сообщение Л. С. Вагина о заседании крымскотатарского парламента. Наличие трёх названных сообщений показывает, какие материалы были представлены гласным при выработке резолюции. Оно не даёт оснований пересказывать отсутствующий в публикации полный протокол разговоров с Кошем.

Первая часть резолюции связывает определение будущего устройства Крыма со созывом всекрымского учредительного собрания на основе всеобщего, равного, прямого и тайного голосования с пропорциональным представительством национальностей полуострова. Этот пункт является установленным содержанием опубликованного думского акта. Вторая часть предусматривает до созыва такого собрания представительство населения через городские и земские учреждения и созыв их представителей для формирования временной краевой власти и выработки избирательного закона. В публикации также отвергается притязание отдельных национальных организаций представлять всё население края. Обе части относятся к зафиксированной позиции городской думы на 11 мая; факт осуществления предложенного политического порядка должен подтверждаться следующими документами.

В этом материале муниципальная дума рассматривает вопрос, выходящий за пределы обычного городского благоустройства. Данное обстоятельство устанавливается по повестке и тексту принятой резолюции. Краевое предложение не преобразовывало автоматически Симферопольскую думу в законодательный орган Крыма: сама резолюция определяла место предполагаемого учредительного собрания и временного съезда органов самоуправления. Компетенцию городской управы по коммунальным вопросам этот акт также не отменяет.

Позднейшее историческое изложение сообщает о дальнейших контактах деятелей городской думы с германским командованием и с другими самоуправлениями. При восстановлении последовательности переговоров необходимо отличать опубликованную резолюцию 11 мая от мемуарного рассказа о более позднем посещении генерала Коша. Датой самого думского постановления остаётся 11 мая в источнике 1924 года; его календарная характеристика подлежит самостоятельной сверке по первоначальному журналу.

Лето — осень 1918 года: город и краевая администрация

Летом 1918 года в Крыму действовали германское военное командование и органы Первого Крымского краевого правительства. В Симферополе одновременно сохранялась необходимость снабжения населения и содержания городских учреждений. Наличие думской резолюции 11 мая свидетельствует о возобновлении её заседательной деятельности до окончательного оформления новой краевой административной системы. Дальнейшие решения думы надлежит проверять по делам городской управы и губернского присутствия; сам факт существования краевого правительства не позволяет приписать городской думе конкретное одобрение либо возражение без текста постановления.

Изучение политических позиций муниципалитета этого времени опирается на опубликованные архивные обзоры и научную монографию В. Г. Зарубина. Крым в годы смуты рассматривает изменения губернской и краевой власти, в том числе события осени 1918 года. Сообщения об участии муниципальных деятелей в обсуждении состава либо смены кабинета являются предметом атрибуции по конкретным датированным источникам; они не используются здесь как замена городским журналам.

Собственная работа управы может изучаться по нескольким документальным направлениям. Продовольственные дела позволяют проверить учреждения распределения и закупки; финансовые — доходы и расходы городского бюджета; хозяйственные — содержание мостов, водоснабжения, освещения и иных городских объектов; кадровые — состав служащих, жалование и приказы. При этом юридическое существование органа, подтверждаемое постановлениями, отделяется от фактического объёма ресурсов, подтверждаемого сметами и отчётностью.

Период 1918 года наглядно показывает необходимость муниципального масштаба исследования. Городские думы Керчи, Евпатории, Ялты и Алушты могли принимать свои решения в близких исторических обстоятельствах. Опубликованный сборник документов за 1918–1920 годы сохраняет сообщения об учреждениях других городов, но решения их управ не составляют актов Симферополя. Сборник документов, том II используется как сравнительный документальный ряд с сохранением географической атрибуции каждого акта.

Ноябрь 1918 — апрель 1919 года: Второе краевое правительство и муниципальная деятельность

После смены Первого Крымского краевого правительства в ноябре 1918 года Симферополь оставался губернским городом и центром деятельности органов власти. Для городских учреждений первостепенное источниковедческое значение имеют документы о составе думы, избрании управы, городских расходах, снабжении и контактах с кабинетом С. С. Крыма. Сохранившийся архивный фонд управы охватывает весь указанный год, однако только его крайние даты недостаточны для вывода о непрерывности одного и того же состава городской администрации. Указатель фонда городской управы устанавливает маршрут, по которому следует изучать конкретные акты.

В марте 1919 года появилось сообщение о результатах муниципальных выборов в крымских городах. В документальном сборнике 1961 года воспроизведено известие от 22 марта, согласно которому в Симферополе, Севастополе и Керчи большинство гласных составляли социал-демократы. Оно было связано с сообщением Украинского пресс-бюро и опубликовано с отсылкой к архивной копии. Этот текст передаёт известие определённого органа информации; без избирательных протоколов его нельзя считать окончательно подтверждённой полной статистикой. Прессовое известие о думах 1919 года обозначает важную самостоятельную временную точку.

Сообщение 1919 года не опровергает автоматически данные о 56 социалистах-революционерах среди 84 гласных, приведённые в воспоминании о выборах 1917 года. Источники относятся к разным выборным ситуациям; для их сопоставления требуются даты кампаний, перечни городов, условия голосования и порядок определения большинства. В одной монографии эти цифры сохраняются рядом как два независимо атрибутированных свидетельства.

Политическая ситуация полуострова в первой половине 1919 года менялась. Муниципальное управление взаимодействовало с краевыми учреждениями, учреждениями общественного порядка и службами снабжения. О хозяйственных итогах работы Симферопольской управы в этом интервале можно сделать заключение только по исходным сметам и отчётам. Доступная опубликованная документация не содержит для всей весны 1919 года сквозной проверенной финансовой ведомости именно этого города.

Апрель — июнь 1919 года: переход к советской администрации

В апреле 1919 года советская власть вновь была установлена на значительной части Крыма. Для Симферополя этот этап связан с появлением революционных административных органов и формированием советских городских служб. В сборнике «Борьба за Советскую власть в Крыму», том II, приведены документы апреля и мая, включая датированные материалы местных революционных комитетов и городских советских учреждений. Документальные публикации апреля — мая позволяют отделить местные административные сообщения от политических обзоров.

Известные архивные сведения о революционных комитетах подтверждают работу новых форм управления. Вместе с тем для точного определения даты прекращения полномочий существовавшего до этого состава думы необходим протокол либо нормативное распоряжение с явным адресатом. Наличие нового городского органа не устанавливает автоматически, в какое число переданы все хозяйственные книги, городская касса, помещения и служащие.

Дальнейшую судьбу финансовых и хозяйственных учреждений Симферополя следует реконструировать по последовательной передаче дел между городской управой и советскими отделами. Главными документами здесь являются распорядительные журналы, инвентаризационные акты, служебная переписка, бюджетные отчёты и списки занятых сотрудников. Архивный список сохраняет фонд городской управы с последующими делами до 1920 года; фонды городских советских учреждений образуют другой документальный комплекс.

Муниципальная история в данном пункте имеет несколько независимых линий: смена власти, правовое упразднение представительного органа, организация исполнительных отделов и продолжение повседневных городских служб. Смешение этих линий создаёт ложную точность. Источники позволяют зафиксировать переход системы учреждений в апреле — мае 1919 года и обозначить необходимый объём последующей предметной сверки без приписывания отсутствующих в публикациях актов.

Июнь 1919 — апрель 1920 года: органы города при Вооружённых силах Юга России

Летом 1919 года власть в Крыму перешла к администрации Вооружённых сил Юга России. Для муниципального управления этого периода установление фактического состава думы и управы требует, прежде всего, журналов заседаний и распоряжений городского головы. Возобновление их деятельности в годы Гражданской войны признаётся в институциональном историко-архивном обзоре, но последовательность отдельных повторных выборов и утверждений состава нуждается в точном делопроизводственном основании. Справка о возобновлении самоуправления подтверждает общий факт существования думы и управы после советского периода 1918 года.

В. А. Иванов сохранял должность городского головы до 26 октября 1919 года. Данная дата служит персональным рубежом, который должен учитываться при исследовании подписанных распоряжений. Ошибочно объединять все действия городского головы за 1919–1920 годы под одной фамилией: после смерти Иванова должностной состав изменялся. Архивная биография В. А. Иванова даёт установленное имя и конец служебной биографии.

В исторических публикациях о конце 1919 — начале 1920 года фигурирует городской голова С. А. Усов. Его деятельность при правительстве Врангеля удостоверяется последующими сообщениями о ходатайствах города в апреле 1920 года. Для установления точной даты его избрания и периода должностных полномочий нужен отдельный акт думы; из позднейшего появления в газетном сообщении нельзя без такого акта восстановить всю процедуру назначения.

Городское хозяйство во время военных действий зависело от доступных денежных, продовольственных, транспортных и коммунальных ресурсов. Документальная проверка каждого такого направления должна охватывать решения органов городской управы, счета городских предприятий, изменения заработной платы, сметы на обучение и здравоохранение, сведения о доходах. Специальные исследования крымских архивов показывают существование финансовых документов земских и городских органов. Статья о хозяйственных фондах выявляет сметы губернского земства, что предоставляет полезный соседний корпус, но его бюджеты нельзя именовать городской казной Симферополя.

Наличие фонда 63 и опубликованных обращений других городов создаёт основу для будущего сопоставления. Количественные суждения о дефиците именно Симферополя не формулируются без смет города. Губернская экономика, городское коммунальное управление и военное снабжение представлены разными учреждениями даже в тех случаях, когда их запросы встречались в одной административной переписке.

Апрель — октябрь 1920 года: постановления думы и контакты с военной администрацией

При главнокомандующем П. Н. Врангеле и Правительстве Юга России городские учреждения продолжали решать вопросы местной жизни. Самостоятельный документальный эпизод связан с протестами против публичных казней в Симферополе. А. В. Мальгин и Л. П. Кравцова сообщают, что 7 апреля 1920 года городская дума постановила обратиться к правительству по вопросу об отмене смертной казни. В той же публикации приведено сообщение «Крымского вестника» от 14 апреля о личном обращении городского головы С. А. Усова к генералу А. П. Кутепову с просьбой о прекращении публичных казней. Историческая публикация о городских ходатайствах атрибутирует оба события; первичный протокол заседания думы 7 апреля и газетный номер 14 апреля в данном корпусе непосредственно не осмотрены.

Указанные действия относятся к двум разным жанрам: постановлению представительного учреждения в пересказе исследователей и газетному сообщению о ходатайстве должностного лица. Они свидетельствуют о публично засвидетельствованной позиции городских представителей по определённому вопросу. Результативность обращения должна устанавливаться по распоряжениям военной власти и данным о последующих судебных решениях, а не по существованию самого ходатайства.

К этому же кругу относится мемуарное свидетельство В. А. Оболенского о переговорах относительно смертного приговора, о городском голове и об общении с Кутеповым и Врангелем. Воспоминания В. А. Оболенского позволяют установить, как автор впоследствии описывал события и действия названных лиц. Прямая речь военных начальников в мемуарах остаётся речью в воспоминании, пока не найдены стенограмма, телеграмма или иной независимо сопоставимый текст. Ни мотивы участников, ни фактическое содержание неопубликованного разговора не приписываются им на основании одного позднего рассказа.

В 1920 году гражданское управление также включало земельные и земские преобразования. Их нормативные акты и воспоминания военных руководителей образуют соседний, важный для контекста корпус. Записки П. Н. Врангеля отражают эту деятельность. Городовое самоуправление Симферополя при этом сохраняет самостоятельный предмет: волостное земство, губернское земство и городская дума имели различные основания формирования, территориальные границы и хозяйственные источники.

Материалы городской управы конца периода особенно важны для изучения смет, муниципальных служб, снабжения, охраны порядка и представительства. Фонды и дела, названные в исследовании Г. О. Пономарева, дают конкретный архивный путь. В рамках подготовленного текста проверены наличие и реквизиты комплекса, а не числовые показатели его не просмотренных листов.

Съезд крымских городов в Симферополе в октябре 1920 года

26 октября 1920 года в Симферополе начал работу съезд представителей крымских городов. Обстоятельства его подготовки, цели и часть материалов раскрыты В. Ж. Цветковым в специальном исследовании, опубликованном в «Вестнике РУДН. Серия: История России», том 20, № 4 за 2021 год, с. 517–530. Исследование съезда крымских городов называет день начала работы, состав вопросов и использованные свидетельства участников, включая опубликованный в 1924 году дневник члена Симферопольской думы П. С. Бобровского.

Согласно приведённой в исследовании официально опубликованной повестке, участникам предстояло обсудить организацию объединения городов и выбор его исполнительного органа, финансовое положение городов, продовольственный вопрос и текущие дела. Эта структура повестки является содержанием публичного объявления. Сам факт постановки темы о городских финансах свидетельствует о предмете дискуссии, но размер доходов, фактическое поступление сборов и соглашение о распределении ресурсов должны быть установлены по отдельным актам.

Статья Цветкова выделяет роль товарища Симферопольского городского головы Н. С. Арбузова в инициативе созыва, В. А. Оболенского как председательствовавшего и П. С. Бобровского как участника и автора последующего свидетельства. Должности и имена приводятся по данной конкретной публикации. В изложении статьи работа съезда завершилась вечером 28 октября, после четырёх дней обсуждений. Подсчёт календарных дней в формулировке авторов требует учитывать включительное и невключительное обозначение; в настоящем тексте сохраняются обе названные даты — 26 и 28 октября — без самостоятельного приписывания заседаний неустановленному четвёртому дню.

Важный корпус для исследования — дневник Бобровского, изданный в Берлине в журнале «На чужой стороне» в 1924 году под названием «Крымская эвакуация». Цветков использует его как свидетельство участника и указывает на ограниченную полноту сохранившейся прессы последних дней. В этом исследовании непосредственно прочитана работа Цветкова, а не самостоятельная электронная копия дневника и не все упомянутые им газетные номера. Поэтому детали обсуждений, приписанные дневнику, отнесены к изложению современного историка о конкретном мемуарном документе.

Съезд городов был попыткой институционального объединения муниципальных представителей. Его задачами в опубликованной повестке являлись межгородская координация, финансовые и продовольственные вопросы. Существование инициативы не доказывает, что организованный союз начал устойчивую работу, получил самостоятельные доходы или успел исполнить все решения. Установление факта финансового исполнения требовало бы учёта счетов и переписки нового органа, если такой документальный ряд сохранился.

Ноябрь 1920 года и завершение деятельности дореволюционного типа городских учреждений

После военного поражения Русской армии в Крыму и установления новой власти в ноябре 1920 года организация городского управления изменилась. Архивист Л. П. Кравцова в опубликованном очерке прямо относит окончательное упразднение Симферопольской городской думы и управы к ноябрю 1920 года. Архивный обзор завершения истории думы даёт датировку на уровне месяца; непосредственный приказ с числом, подписью и указанием о передаче имущества в приведённом очерке не воспроизведён.

Завершение истории выборного учреждения не означает одновременной остановки городского водоснабжения, транспорта, санитарии, больниц и учёта служащих. Функции городского хозяйства переходили к учреждениям нового административного строя, а для установления конкретного порядка каждого перехода нужны самостоятельные акты. Исследовательский предмет данного досье заканчивается ноябрьским прекращением прежних думы и управы; дальнейшее функционирование советских отделов принадлежит истории революционного управления Симферополем 1920–1921 годов.

Документальный результат периода состоит в установленном общем рубеже и ясно обозначенном источниковедческом пределе. Акт окончательного упразднения со всеми реквизитами и первые приходно-расходные документы вновь образованных городских учреждений должны сопоставляться по фондам 63 и соответствующих советских учреждений. Вне такой сверки было бы преждевременно называть точный час прекращения полномочий, полный кадровый список или сумму переходившего имущества.

Упоминания октябрьского съезда крымских городов и ноябрьского упразднения городского самоуправления относятся к двум соседним, различным этапам. Первый засвидетельствован опубликованной повесткой и историческим исследованием, второй — институциональной архивной справкой. Установленные даты сохраняют последовательность, а неизвестный текст переходного акта оставлен в числе прямо названных вопросов документального изучения.

Институциональные и географические границы муниципальной истории

Симферополь в рассматриваемые годы выступал городом, центром уезда и губернским центром. Городская дума и городская управа ведали определённым городским общественным хозяйством. Симферопольская уездная земская управа занималась уездными делами; губернская земская управа имела губернский уровень; губернское присутствие осуществляло надзорно-административные функции. Фонды 42, 60, 61 и 63 официального списка разделяют эти уровни хранения. Архивная структура городских и земских фондов позволяет установить происхождение каждого комплекса.

Городской общественный комитет 1917 года был самостоятельным органом общественного представительства. Его участие в продовольственных и охранных вопросах не отменяло самого факта существования старой думы. Симферопольский Совет рабочих и солдатских депутатов представлял другой способ формирования и другие полномочия, что особенно важно для датировки декрета 1918 года об упразднении думы и управы. Краевой Совет народных представителей в ноябре 1917 года объединял делегатов многих организаций. Ни один из этих органов не следует именовать непосредственно «Симферопольской городской думой».

В документы городской истории входят обращения участников не только по вопросам благоустройства, но и по политическим вопросам общего значения. Пример — постановление 11 мая 1918 года о созыве краевого учредительного собрания и конференции самоуправлений. Его предмет выходит за пределы ежедневной работы управы, однако автором постановления является городская дума. Этот документ показывает исторически удостоверенный выход городской представительной площадки на краевые вопросы; текст не устанавливает фактического исполнения краевого проекта.

При сравнении с другими крымскими городами требуется сохранять их названия. Сметы Евпатории, обращение Керчь-Еникальского городского головы, журналы Ялтинской думы и акты Алуштинской управы являются документами соответствующих мест. Исследование Г. О. Пономарева о крымском самоуправлении распределяет архивные финансовые дела между губернским земством и отдельными городами. Такое распределение исключает превращение найденной сметы Таврической губернии в «смету Симферопольской городской думы».

Проверка персоналий строится по тому же правилу. В. А. Иванов и С. А. Усов занимали городскую должность в разные периоды; Н. С. Арбузов обозначен как товарищ городского головы в материалах о съезде городов; П. С. Бобровский фигурирует в комитетском и позднейшем думском контексте; Я. Т. Харченко являлся губернским комиссаром; В. А. Оболенский председательствовал на межгородском съезде. Указание имени без должности и конкретной даты могло бы создать ложное впечатление единых, неизменных полномочий каждого лица в течение всех четырёх лет.

Документальная хронология и статус утверждений

Следующая последовательность составлена из документов и свидетельств разных уровней. Старый стиль указан только там, где хронологическая принадлежность источника позволяет сделать перевод без дополнительной гипотезы.

Дата в источнике	Новостильный эквивалент / уточнение	Событие и учреждение	Основание и статус
3 марта 1917	16 марта 1917	III очередное собрание Симферопольской городской думы	ГАРК, ф. 42, оп. 1, д. 1319, л. 56–57; подтверждённое архивное описание
Начало марта 1917	Уточняется по отдельным документам	Переход губернского управления к комиссару Я. Т. Харченко	Архивная экспозиция; историческая институциональная реконструкция
Март 1917	Перевод для конкретного протокола	Формирование городского общественного комитета	Исторический очерк ГАРК; описание организационного состава
11 марта 1917	24 марта 1917	Симферопольское чрезвычайное уездное земское собрание	ГАРК, ф. 61, оп. 2, д. 11, л. 1–3; подтверждённое архивное описание, другой орган
1917, после февральских событий	Нужен избирательный протокол	Выборы думы в составе 84 гласных, 56 эсеров	Сообщение воспоминаний, напечатанных в 1927 г.
Конец 1917	Требуется раздельная атрибуция	Участие представителей городских дум в Совете народных представителей	Историческая энциклопедическая справка, состав учреждения
25 февраля 1918	Календарная конвенция требует сверки	Сообщение о декрете Симферопольского совета об упразднении думы и управы	Хроника 1969 г., с. 73, со ссылкой на партархив, ф. 150, оп. 1, д. 112, л. 61–62
11 мая 1918	Дата воспроизведена по сборнику	Резолюция думы о путях учреждения краевой власти	Опубликованный исторический документ, «Революция в Крыму», 1924, № 3, с. 191
Март 1919	Сверка газетной даты отдельно	Сообщение о партийном большинстве гласных Симферополя	Документальная перепечатка прессового известия; сообщение одного источника
Апрель — май 1919	По датировкам опубликованных актов	Административные действия симферопольских революционных учреждений	Сборник документов 1961 г.; проверенные выборочные тексты
26 октября 1919	Дата из архивной биографии	Смерть городского головы В. А. Иванова	Архивная биографическая публикация
7 апреля 1920	Исходная дата исследования	Сообщение о постановлении думы по вопросу смертной казни	Историческая статья по думским и газетным материалам; оригинальный протокол не просмотрен
14 апреля 1920	Исходная газетная дата	Публикация о ходатайстве городского головы С. А. Усова	Исследовательское воспроизведение газетного сообщения
26 октября 1920	Исходная дата статьи	Открытие съезда крымских городов в Симферополе	Научное исследование с указанием прессы и дневника участника
28 октября 1920	По статье о съезде	Последние заседания межгородского совещания	Изложение историка по дневнику П. С. Бобровского
Ноябрь 1920	Точный акт и день уточняются	Окончательное упразднение думы и управы	Историко-архивный обзор ГАРК

Документальная таблица соединяет разные масштабы доказательности. Архивное описание удостоверяет существование документа; опубликованный текст резолюции удостоверяет содержание принятого решения в переданной редакции; воспоминание показывает свидетельство участника о фактах, пережитых им или сообщённых ему; научная статья даёт атрибутированную реконструкцию с указанием источников. При дальнейшем пополнении фонда доказательств каждая запись должна уточняться по своему источнику без переноса достоверности с одного вида материала на другой.

Итоги документального исследования

Установлено существование и архивное местонахождение журнала III очередного собрания Симферопольской городской думы от 3 марта 1917 года: ГАРК, ф. 42, оп. 1, д. 1319, л. 56–57. Установлена архивная принадлежность основного корпуса дел городской управы к фонду 63, охватывающему 1871–1920 годы; выделены самостоятельные фонды губернского присутствия, губернского и уездного земств. Эти сведения подтверждают существование и местонахождение документальных комплексов, на которых должно строиться углублённое чтение протоколов.

Подтверждено, что после февральских событий в Симферополе сохранялась старая городская дума, возник городской общественный комитет и действовали другие представительные органы. Архивная публикация сообщает о более чем ста участниках комитета и присутствии представителей думы и Совета рабочих и солдатских депутатов. В опубликованном обращении рабочих, переданном М. Ф. Бунегиным, документирован проект расширения участия рабочих и солдат в муниципальном представительстве. Сведения о составе нового выборного корпуса из 84 гласных, включая 56 социалистов-революционеров, атрибутированы воспоминаниям, опубликованным в 1927 году; они остаются отдельным свидетельством до проверки официального избирательного протокола.

Проверяемое историческое сообщение об упразднении думы и управы отнесено «Хроникой революционных событий в Крыму» к 25 февраля 1918 года с указанным партийно-архивным шифром. Опубликованная резолюция от 11 мая 1918 года непосредственно свидетельствует о последующем действии городской думы и фиксирует два положения о краевой власти: созыв учредительного собрания и предварительное представительство через земства и города. Таким образом, в документальной последовательности действительно присутствуют прекращение и возобновление думской деятельности, причём конкретные акты различаются по происхождению и полноте проверенного текста.

Для 1919 года выявлено отдельное прессовое сообщение о муниципальных выборах и смене партийного большинства, требующее проверки городских избирательных документов. Для 1920 года установлены опубликованные сообщения о думском постановлении 7 апреля и ходатайстве городского головы С. А. Усова, а также специальное историческое исследование съезда крымских городов, открытого 26 октября в Симферополе. Сохранившаяся повестка этого съезда предусматривает организацию объединения городов, муниципальные финансы, продовольствие и текущие дела. Ноябрь 1920 года в официальном архивном очерке является рубежом окончательного прекращения думы и управы прежнего устройства.

Авторский результат данного исследования состоит в соединении трёх документальных линий: персональной и нормативной истории думы, муниципальной хозяйственной деятельности и взаимодействия с краевыми органами. По опубликованным материалам сформирована хронология, в которой отдельно учтены архивный шифр, официальный текст постановления, опубликованное позднее свидетельство и научная реконструкция. Сообщения о губернском и уездном земстве, других городских думах и революционных органах оставлены в их собственном документальном контексте.

Для полноты источниковедческой картины остаются следующие точно сформулированные вопросы: полный текст, состав присутствовавших и результаты голосований 3 марта 1917 года; первоначальный протокол формирования общественного комитета и состав его исполнительного бюро; официальные ведомости выборов 1917 года и 1919 года; полный текст советского декрета, опубликованного согласно хронике 25 февраля 1918 года, с календарной атрибуцией; оригинал журнала с постановлением 11 мая 1918 года и исполнение его организационных предложений; непрерывный ряд хозяйственных смет и журналов управы 1918–1920 годов, прежде всего фонд 63, оп. 2, дела 943, 947, 955; оригиналы думских постановлений апреля 1920 года и газетных сообщений; полный комплекс материалов октябрьского съезда крымских городов; акт окончательного упразднения думы и управы ноября 1920 года и инвентарные документы о передаче дел. Эти вопросы перечислены с указанием известного документального маршрута. Они не используются для заполнения лакун неподтверждёнными датами, персоналиями либо денежными показателями.

Источники и литература

Архивные документы и справочники

1. Государственный архив Республики Крым. Ф. 42. Оп. 1. Д. 1319. Л. 56–57. «Журнал III-го очередного собрания Симферопольской городской думы», 3 марта 1917 г. Шифр проверен по перечню выставочных документов ГАРК; текст листов непосредственно не просмотрен.
2. Государственный архив Республики Крым. Ф. 61. Оп. 2. Д. 11. Л. 1–3. «Журнал Симферопольского чрезвычайного земского собрания», 11 марта 1917 г. Реквизиты по перечню документов архива; относится к уездному земству.
3. Государственный архив Республики Крым. Ф. Р-1694. Оп. 1. Д. 32. Л. 82. Объявление Таврического губернского комиссара Я. Т. Харченко от 21 марта 1917 г.; ф. Р-1694, оп. 2, д. 9, л. 1–1 об., распоряжение 22 марта; ф. Р-1694, оп. 1, д. 35, л. 6, телеграмма 30 марта. Шифры по официальному архивному перечню.
4. Государственный архив Республики Крым. Ф. П-150. Оп. 1. Д. 115. Л. 1–34. Рукопись статьи о Симферопольском городском общественном комитете, 1927 г. По официальному архивному перечню.
5. Государственный архив Республики Крым. Ф. 63. Симферопольская городская управа, 1871–1920 гг.; ф. 42, 60, 61. Список дореволюционных фондов.
6. Государственный архив Республики Крым. Ф. 63. Оп. 2. Д. 943, 947, 955. Архивные реквизиты по библиографии статьи Г. О. Пономарева; постраничный просмотр дел не выполнен.

Опубликованные документы, воспоминания и периодика

1. «Революция в Крыму». Двухмесячный сборник Истпарта ОК РКП(б). Симферополь: Крымиздат, 1924. № 3 (май–июнь). С. 191: «Резолюция Симферопольской городской думы о создании краевой власти, принятая 11 мая 1918 года». Электронный текст сборника.
2. Бунегин М. Ф. Революция и гражданская война в Крыму (1917–1920 гг.). Симферополь, 1927. С. 31: обращение организованных рабочих Симферополя к городской думе. Электронное воспроизведение издания.
3. «Революция в Крыму». Симферополь, 1927. № 1 (7). «Симферопольский Совет рабочих и солдатских депутатов в 1917 г.»; воспоминания о городском общественном комитете, выборах, составе думы (с. 47 и далее). Исторический сборник 1927 года.
4. Борьба за Советскую власть в Крыму: сборник документов и материалов. Т. I: март 1917 — апрель 1918. Симферополь: Крымиздат, 1957. 320 с. Том I, цифровая републикация.
5. Борьба за Советскую власть в Крыму: сборник документов и материалов. Т. II: май 1918 — ноябрь 1920. Симферополь: Крымиздат, 1961. Материалы марта — мая 1919 года. Том II, цифровая републикация.
6. Кондранов И. П., Широков В. А. Хроника революционных событий в Крыму: 1917–1920 гг. Симферополь, 1969. С. 73: запись 25 февраля 1918 г. об упразднении думы и управы со ссылкой на Крымский облпартархив, ф. 150, оп. 1, д. 112, л. 61–62. Электронный текст хроники.
7. Оболенский В. А. Моя жизнь. Мои современники. Глава «Под управлением генерала Врангеля». Воспоминания о Симферополе и обращениях городских деятелей. Мемуарное свидетельство.

Архивные публикации и научная литература

1. Кравцова Л. П. Из истории местных органов самоуправления // Государственный архив Республики Крым. 10 сентября 2024 г. Публикация архива о самоуправлении.
2. Кравцова Л. П. Городской голова губернского города В. А. Иванов: к 150-летию со дня рождения // Государственный архив Республики Крым. Архивная биографическая публикация.
3. Государственный архив Республики Крым. Выставка документов к 100-летию Февральской революции. 2017. Историко-архивная экспозиция.
4. Зарубин В. Г. Проект «Украина». Крым в годы смуты (1917–1921 гг.). Харьков: Фолио, 2013. Электронная копия исследования.
5. Ишин А. В. Проблемы государственного строительства в Крыму в 1917–1922 годах. Симферополь, 2012. Электронная копия монографии.
6. Бикова Т. Б. Рада народних представників // Енциклопедія історії України. Институт истории Украины НАН Украины. Энциклопедическая статья.
7. Мальгин А. В., Кравцова Л. П. Культура Крыма при Врангеле // Крым. Врангель. 1920 год. Публикация о городской думе.
8. Цветков В. Ж. Проекты Правительства Юга России о развитии городского самоуправления в белом Крыму, октябрь — ноябрь 1920 г. // Вестник РУДН. Серия: История России. 2021. Т. 20. № 4. С. 517–530. DOI: 10.22363/2312-8674-2021-20-4-517-530. Научная статья о съезде городов.
9. Пономарев Г. О. Материалы ГАРК об экономической деятельности органов местного самоуправления в Крыму в 1917–1920 гг. // Научный вестник Крыма. 2025. № 6 (59). Библиографическая запись и сведения; полный текст статьи.
10. Пономарев Г. О. Документы фондов Государственного архива Республики Крым по истории Гражданской войны на полуострове (1918–1920 гг.) // Научный вестник Крыма. Архивный научный обзор.
11. Врангель П. Н. Записки. Глава о гражданском управлении, земельных и земских преобразованиях; электронная перепечатка. Текст мемуаров.

В этой библиографии архивный шифр устанавливает место хранения и состав описания, а гиперссылка — доступную цифровую публикацию, каталог либо текст исторического издания. Библиографическая запись и скан оригинального документа являются разными видами доступа. Публикационная датировка настоящего исследования возникает только после фактического публичного выпуска.