Севастопольское большевистское подполье зимой 1919–1920 годов

1. Предмет, хронология и исследовательские границы

Предметом исследования являются органы, отдельные участники и документированные формы подпольной работы в Севастополе в течение декабря 1919 — марта 1920 года. Хронологическая граница отсчитывается от первых доступных в выбранном корпусе декабрьских свидетельств до сообщений конца марта, когда после новых арестов в общественной переписке появляются указания на казни и забастовку. Сведения лета и осени 1919 года включены в качестве предыстории. Позднейшие публикации используются лишь для проверки обстоятельств, зафиксированных ранее.

Употребляемые в источниках наименования «городской комитет большевиков», «Крымский областной комитет РКП(б)», «Севастопольский военно-революционный комитет», «отряд особого назначения» и «Крымпроф» сохраняются в написании соответствующих свидетельств. Совпадение или пересечение личного состава нескольких организаций требует самостоятельного подтверждения. Сообщение о намерении организовать вооружённое выступление фиксирует намерение, тогда как сведения об обыске, аресте, публичном призыве или прекращении работы учреждения относятся к другим типам установленных действий.

Основной исторический период проекта — VII, «Крым под управлением Вооружённых сил Юга России», июнь 1919 — апрель 1920. Сведения апреля и последующих месяцев могут объяснять дальнейшее развитие событий, однако не расширяют предмет зимнего досье.

2. Состав и происхождение источников

Главный массив содержит документальные публикации № 266, 268, 270–273 и 277, 279–284 из сборника «Борьба за Советскую власть в Крыму», том II, выпущенного в Симферополе в 1961 году. В нём воспроизведены военные телеграммы, официальные доклады, газетный материал, прокламации и профсоюзные объявления с выходными данными и архивными примечаниями. Их объединение в одном сборнике даёт удобную хронологическую последовательность, но не делает разные свидетельства равнозначными по осведомлённости и независимости.

Редакция 1961 года транскрибировала тексты по оригиналам, копиям, фотокопиям и ранее напечатанным документам. В ряде случаев она прямо обозначила «подлинник», «печатный экземпляр», «черновик», «заверенная копия». В цифровом доступе изучен текст этой публикации с особенностями распознавания. Археографическое указание на подлинник означает свидетельство редакторов о типе использованного ими экземпляра; самостоятельного осмотра листа архивного дела здесь не было.

Для газетной заметки от 26 января проверена отдельная библиографическая карточка ЭБИД, которая подтверждает название, номер «Юга», дату и маршрут другого переиздания 1961 года. Сама карточка сообщает выходные сведения и не заменяет текст газетного номера. Дополнительное сопоставление выполнено со статьёй Д. Соколова «Законность против террора» (2018), где приведены иные даты и сведения о военно-полевом процессе. Её сообщение квалифицируется как поздняя историческая публикация с самостоятельной цепью цитирования.

Внутри данного досье слова «подтверждено» означают наличие прямого свидетельства в доступном документе о самом факте его составления, обыска, сообщения или публичного призыва. Когда устанавливается только утверждение автора источника о происшествии, это прямо указано. Разные перепечатки одного документа учитываются как одна линия происхождения.

3. Период управления Вооружённых сил Юга России

Политико-административная ситуация зимой 1919–1920 годов отражена в адресатах документов: таврический губернатор, прокурор Симферопольского окружного суда, командир Севастопольской крепости, уголовно-розыскное управление, государственная стража, войсковая контрразведка. Официальный рапорт 13 декабря, хотя относится к Симферополю, показывает действующую административную коммуникацию губернского розыска и губернатора. Телеграмма 12 февраля содержит более обширную рассылку по военным и судебным инстанциям, включая Севастополь, Феодосию, Джанкой и Симферополь.

В документах этого времени употребляются названия Добровольческой армии и Вооружённых сил Юга России. Их лексика отражает официальный или партийный язык составителя; поэтому именование противника в прокламации и название учреждения в донесении не подменяют институциональную атрибуцию. Военные распоряжения рассматриваются по датам издания, а последствия — по отдельным сообщениям об исполнении.

Предметные границы особенно важны для сведений о Симферополе и Евпатории. Их документы свидетельствуют о ситуации на полуострове и местном восприятии событий Севастополя, но сами по себе не устанавливают севастопольский личный состав или факт конкретной операции.

4. Предыстория августа—ноября 1919 года

В поздней исторической статье Д. Соколова август 1919 года указан как время подпольной конференции, на которой был создан Севастопольский городской комитет РКП(б), принявший также областные функции. По той же публикации, 1 сентября в севастопольской тюрьме числилось 138 политических заключённых, а 1 октября — 193. В статье дана библиографическая отсылка к исследованиям, но соответствующие подлинные списки заключённых и протокол конференции для этого досье не просмотрены.

Поэтому августовское происхождение именно январского комитета фиксируется как сообщение вторичной литературы. Документ № 270 сам называет задержанное в январе объединение городским комитетом, однако не содержит протокола избрания его членов, даты формирования или заявления о преемственности по отношению к августу. Имена участников январского дела извлекаются непосредственно из газетного материала, а организационная история предшествующих месяцев остаётся вопросом отдельной проверки.

Разделение этих уровней позволяет сохранить временную непрерывность темы без искусственного дополнения отсутствующих документов. За ноябрь 1919 года в непосредственно изученном корпусе не получена датированная организационная ведомость Севастопольского горкома.

5. Декабрь 1919 года: организационная сеть и сообщения

В документе № 266 от 13 декабря начальник Таврического губернского уголовно-розыскного управления описал работу конспиративных комитетов: тайные собрания, устные распоряжения, раздельное хранение оружия и документов. Это ведомственный текст о ситуации в Симферополе. Он даёт сравнительный контекст административных представлений о подполье, но не является актом о деятельности севастопольской организации.

Д. Соколов приводит сведения о декабрьском докладе крымских большевиков Центральному комитету РКП(б). По передаваемому им тексту, севастопольская контрразведка обвиняла 736 жителей города в «активном большевизме». Это числовое указание передано в поздней статье через цитируемое исследование. Пока не изучен текст доклада с его архивным происхождением, число нельзя трактовать как проверенное количество членов партии, действительно арестованных людей или доказанных участников конспиративных структур.

Таким образом, декабрь документирован двумя различными уровнями: опубликованным contemporaneous рапортом о соседнем городе и поздним извлечением из севастопольского сообщения. Их объединение позволяет обозначить вопросы исследования, но не создать точный реестр севастопольской сети.

Ещё одно свидетельство об организации областного уровня изложено В. Н. Пащеней в историческом очерке 2006 года, с. 148. Автор сообщает, что в декабре 1919 года представители севастопольской и симферопольской организаций сформировали областной комитет из трёх членов и двух кандидатов, а среди направлений технической работы называет изготовление документов, которым, по его тексту, руководил Исаак Просмушкин («Сперо»). Эти сведения существуют в исследовании со ссылками на более ранние публикации; протокол декабрьского совещания в доступном первичном корпусе не найден. Описанные областные функции нельзя автоматически приписать девяти участникам севастопольского городского комитета из январского сообщения.

6. Декабрь 1919 — январь 1920 года: морская среда

По сведению, приведённому Д. Соколовым, с 22 декабря 1919 по 13 января 1920 года Особое отделение Морского управления арестовало восемнадцать матросов кораблей «Георгий Победоносец», «Пылкий», «Капитан Сакен» и других судов; им вменялись связи с большевистским подпольем. Названия кораблей и число задержанных имеют характер конкретного вторичного свидетельства, нуждающегося в проверке по морским следственным делам и корабельной документации.

В доступном тексте газетного сообщения № 270 нет отсылки, которая отождествляла бы этих восемнадцать матросов с девятью членами городского комитета, арестованными в январе. Поэтому оба эпизода зарегистрированы отдельно. Морская служба, членство в партии и участие в подготовке восстания выступают разными возможными атрибутами лиц и устанавливаются по отдельным документам.

Исследовательский маршрут по эпизоду включает приказы Особого отделения Морского управления, списки арестованных, ведомости корабельных экипажей, протоколы допросов и решения судебных органов. При отсутствии этих документов дальнейшее объединение персональных списков было бы недоказанным.

7. Январский городской комитет

Первый центральный документ январской последовательности — газетное сообщение от 26 января, напечатанное в севастопольском «Юге» № 148. Его текст воспроизведён как № 270 сборника 1961 года на страницах 228–229. Газета сообщает, что в ночь на 22 января сотрудники контрразведки задержали девять лиц, названных членами городского комитета большевиков.

Сообщение описывает не частный арест одного активиста, а задержание группы с председателем, документацией и печатью. Наличие у группы партийного протокола, если передача сведений газетой точна, позволяет говорить об органе, который контрразведка и журналисты обозначили как городской комитет. Сам текст оригинального протокола заседания и найденной печати в доступной публикации не приведён.

Редакторская карточка ЭБИД отдельно подтверждает, что материал был обозначен как сообщение именно редакции «Юга». Это важно при разграничении судебной информации и пересказа её газетой. Автором рассказа о результатах обыска остаётся газета; независимая опись изъятого или протокол понятых в данном корпусе отсутствует.

8. Январь: обнаружение типографии и документации

Газетное известие № 270 перечисляет оружие, взрывчатые вещества, оборудованную типографию, набранную прокламацию «К офицерству», протокол заседания и печать. Данные об изъятии переданы газетой «Юг»; она не публикует инвентарный перечень и не называет номера вещественных доказательств. Набор названной прокламации является сообщением о подготовленном печатном тексте, а не о доказанном размере тиража или его распространении.

Среди возможных последующих проверок — сверка набора и текста прокламации с экземплярами, которые могли сохраниться в фондах полиции, военно-морской контрразведки или архивных копиях по делу городского комитета. В документе № 270 число экземпляров, название типографского оборудования и дата установки станка не указаны. Нельзя выводить из него ни выпуск иных листовок, ни точный круг получателей.

Упоминание печати и протокола особенно существенно как возможный архивный след. При этом факт предъявления предметов суду и их сохранность после завершения дела требуют отдельных актов. Настоящее исследование сохраняет только газетное свидетельство об обнаружении.

9. Январский комитет: три секции

В документе № 270 структура задержанной группы описана через три секции: военную, подрывную и контрразведывательную. Военную, по газетной версии, возглавлял В. В. Макаров. Подрывной секции приписывается задача повреждения мостов и кораблей. Контрразведывательная, по тому же сообщению, вела сведения о лицах, служивших в учреждениях Добровольческой армии.

Ни один из этих пунктов не фиксирует результата операции. Газета сообщает о приписываемых следствием назначениях секций, и эти назначения могут отражать показания, документы обыска либо оперативные версии. Источник не позволяет установить состав каждого подразделения, процедуру назначения его руководителей и взаимодействие между ними. Имена работников печатного направления приведены без указания, что печать формально являлась самостоятельной четвёртой секцией.

При работе с организационными схемами корректно изображать лишь отношения, прямо названные газетой: председатель комитета, три обозначенные секции, две персоны при типографии. Переход от такой схемы к списку всех участников или к подтверждённой программе диверсий документами данного досье не обеспечен.

10. Конспиративные помещения и городская топография

В газетной публикации указаны два пространства: клуб строительных рабочих, в котором, согласно сообщению, застали комитет, и квартира М. С. Киянченко на 2-й Цыганской улице. Сборник печатает номер дома как 7. Поздняя статья Д. Соколова передаёт тот же адрес с номером 17. Перед нами разночтение цифр в двух текстах, связанных одной информационной традицией.

Формулировка «клуб строительных рабочих» не сопровождается официальным названием клуба, номером помещения или адресом. Отсутствие таких данных исключает точное геокодирование места январского ареста. Для 2-й Цыганской улицы возможна проверка адресных книг Севастополя и дореволюционных планов, но номер дома до осмотра подлинника газеты должен оставаться спорным.

Приписываемые клубу и квартире функции различны: место задержания членов комитета и связанное с комитетом жилое помещение. Газета не утверждает, что в обоих местах одновременно размещалась типография или что каждый задержанный проживал на названной улице. Это разделение сохранено и в персональном указателе.

11. Персональный состав январского дела

«Юг» № 148 приводит девять фамилий и инициалов в порядке: В. В. Макаров, А. И. Бунаков, И. А. Севастьянов, Л. Шульгина, М. С. Киянченко, И. Ашевский, И. М. Вайнблат, М. З. Иоффе, С. С. Крючков. В цифровом распознавании скана встречаются нарушения слов и отдельных букв; список воспроизводится по читаемому опубликованному варианту с указанием границ надёжности.

Участие в январском комитете подтверждается на уровне сообщений газеты о результате работы контрразведки. Документ не содержит возраста, полного имени всех лиц, места рождения, профессии каждого, длительности партийного стажа и имён родственников. В дальнейшем этот список следует сопоставить с именными следственными карточками и регистрами захоронений, не принимая совпадающие фамилии за доказательство личности.

Особое внимание уделяется И. А. Севастьянову: газета называет его бывшим поручиком и приписывает руководство одной из секций. Сопоставления мемориальных списков и поздних публикаций могут обнаруживать различия в полноте перечней и орфографии. Перечень девяти в «Юге» сохраняется как единый исторический источник, а не как окончательно восстановленный биографический реестр.

12. Макаров: названный председатель и военное направление

В. В. Макаров занимает первое место в газетном списке; непосредственно рядом с фамилией стоит указание «председатель комитета». В следующем фрагменте газетного сообщения он назван руководителем военной секции. Эта двойная атрибуция относится к одному январскому материалу и не образует двух независимых подтверждений.

Проверяемая биография Макарова на декабрь 1919 — март 1920 года требует первичных партийных регистрационных материалов. В составе непосредственно прочитанных документов нет заверенного протокола избрания его председателем, распоряжения о назначении руководителем секции, собственноручных записок или допросных листов. Поэтому глава ограничивается функциями, сообщёнными газетой.

В поздней литературе встречаются однофамильцы, связанные с крымскими партизанскими отрядами. При отсутствии отчества, полного имени и подлинной идентифицирующей карточки перенос сведений с них на В. В. Макарова был бы нарушением персональной атрибуции. Исследование удерживает январский персональный профиль в пределах источника.

13. Севастьянов и сведения об учреждениях ВСЮР

И. А. Севастьянов указан в «Юге» как бывший поручик и руководитель контрразведывательной секции комитета. По тексту газеты её деятельность была обращена к регистрации персонала учреждений Добровольческой армии. Указанное назначение отделяет партийную подпольную «контрразведывательную» секцию от официальной военной контрразведки, осуществившей аресты; совпадение слова не означает институционального тождества.

Опубликованный фрагмент не содержит перечня учтённых чинов, объёма записей, места их хранения и результатов использования. В описании обыска упомянуты протокол и печать, но прямо не сказано, что были изъяты регистрационные списки указанной секции. Военная служба самого Севастьянова передана сокращённой формулой «быв. поручик» без части и дат службы.

Эти ограничения существенны для биографической идентификации. Без послужного списка и следственного протокола реконструировать происхождение секции, её кадровые связи и фактические операции невозможно.

14. Вайнблат и Иоффе: печатное направление

И. М. Вайнблат и М. З. Иоффе названы газетой 26 января лицами, заведовавшими обнаруженной типографией. В описании изъятия указан набор прокламации «К офицерству», так что печатная работа документирована как предмет сообщения контрразведки, обнародованного газетой. Нет оснований считать процитированное название полным текстом агитационного документа.

Отношения Вайнблата и Иоффе с председателем комитета газета описывает через заведование типографией. Точного распределения обязанностей — набор, редактирование, доставка бумаги, печать, расклейка — документ не даёт. Не установлен и объем ранее выпущенных листовок. Сообщение об оборудованной типографии не равно проверенному факту распространения определённого тиража.

В дальнейших биографических разысканиях инициалы и фамилии следует сверять с текстами именных карточек и оригиналом газетной полосы. Для настоящей реконструкции установлено лишь, что оба имени включены в опубликованный список девяти задержанных и отдельно связаны там с типографией.

15. Бунаков, Шульгина, Киянченко, Ашевский и Крючков

А. И. Бунаков, Л. Шульгина, М. С. Киянченко, И. Ашевский и С. С. Крючков представлены в январском списке газеты без полноценного описания индивидуальных обязанностей. Киянченко дополнительно связан с квартирой на 2-й Цыганской улице. Эта информация позволяет составить именной перечень участников одного дела, но сама по себе не устанавливает должности каждого в комитете.

Особую проблему составляет орфография фамилий в распознанном тексте: сокращения и возможные опечатки в газетной строке требуют проверки печатного оригинала. Для Шульгиной, Ашевского и Крючкова важно искать совпадающие дореволюционные и советские регистрационные записи, однако без подтверждённого совпадения инициалов и контекста объединять их с однофамильцами нельзя. Возможные поздние мемориальные варианты фиксируются как вторичная традиция.

Киянченко — единственный из этой группы, кому газета приписывает конкретную территориальную связь. Сохранение исходного адресного контекста полезно для архивного розыска, но ещё не подтверждает собственность на дом или длительное проживание по этому адресу.

16. Официальная газетная версия суда и казни

Завершающие строки сообщения «Юга» от 26 января в публикации сборника гласят, что все девять задержанных были переданы военно-полевому суду, осуждены на смертную казнь и казнены в ночь на 24 января. Здесь присутствуют три последовательно заявленных действия: направление дела в суд, вынесение приговора и приведение его в исполнение.

Для доказательной классификации это сообщение contemporaneous печати, а не доступный судебный акт. В нём отсутствуют фамилии членов суда, номер постановления, статьи обвинения, дата заседания, список свидетелей и протокол исполнения. Поэтому формула «газета сообщила о приговоре» документально точнее самостоятельного утверждения о ходе судебного производства. Дата исполнения относится к версии «Юга».

Вопрос о действительном характере суда становится центральным из-за прямо противоположного заявления большевистского областного органа, опубликованного в феврале. Сопоставление не позволяет автоматически отдать приоритет ни официальной газете, ни политическому воззванию в вопросе о соблюдённой процедуре. Требуются документы суда и независимые сведения о судьбе людей.

17. Воззвание Крымского обкома от 13 февраля

Воззвание Крымского областного комитета РКП(б) датировано редакторами 13 февраля 1920 года (№ 272, страницы 230–231). Согласно архивному примечанию, оно опубликовано по печатному экземпляру: Государственный архив Крымской области, фонд 483, опись 4, дело 1388, лист 261. Документ является собственным публичным заявлением партийного органа.

В тексте утверждается, что девять человек были арестованы 21 января, что военно-полевого суда не происходило, а задержанных в течение двух суток подвергали пыткам на борту названного «Корниловым» корабля и 23 января сбросили в море. Эта версия принципиально отличается от газетной датой задержания, датой и способом гибели, а также сообщением о судебном разбирательстве. Автор воззвания заявляет об источниках своей осведомлённости, но их имен и документов не приводит.

Остальная часть воззвания содержит обращённые к населению политические призывы и указания готовить боевые дружины. Как документ организационной коммуникации оно свидетельствует о реакции Крымского обкома на январское известие. Как сообщение об обстоятельствах смерти девяти человек оно нуждается в проверке по независимым материалам. Здесь не воспроизводятся агитационные лозунги, выходящие за пределы источниковедческой задачи.

18. Январские разночтения: таблица вопросов

Первое разночтение — дата задержания: ночь на 22 января в материале «Юга» и 21 января в воззвании обкома. Внутри этих двух документов отсутствует указание, что расхождение является следствием перевода юлианской даты в григорианскую. Разность составляет один день, поэтому автоматическое календарное объяснение не применяется.

Второе разночтение — наличие судебного разбирательства: газетный материал утверждает, что военно-полевой суд состоялся; партийный орган прямо это отрицает. Третье — дата гибели: газета сообщает о ночи на 24 января, воззвание — о 23 января. Четвёртое — способ: газета использует формулу об исполнении смертного приговора, воззвание рассказывает о гибели и сбрасывании за борт. Пятое — корабль «Корнилов» фигурирует только в партийной версии.

Общим для двух источников является число девять и отнесение погибших к задержанной большевистской группе Севастополя. Это совпадение не устраняет прочих расхождений. Судебные журналы, приказ о составе суда, списки караула, тюремные записи, свидетельства команды указанного корабля и сведения о захоронении составляют обязательный архивный маршрут. До их изучения обстоятельства гибели приводятся как альтернативные сообщения.

19. Телеграмма 12 февраля об Альминском мосте

В телеграмме командира Севастопольской крепости полковника Родина от 12 февраля 1920 года (№ 271, страница 229) описано нападение примерно пятнадцати неизвестных лиц на охрану железнодорожного моста через Альму. Автор сообщает об обезоруживании караульных, использовании пироксилинового заряда, повреждении рельса и поджоге. В том же тексте указано, что огонь потушили, а путь восстановили.

Документ адресован нескольким военным и гражданским инстанциям. Его опубликованное архивное происхождение — ГАКО, фонд 483, опись 4, дело 1332, лист 1, телеграфный бланк. В представленной копии не установлены фамилии нападавших и не приводится доказательство их членства в январском городском комитете. Редакторское заглавие употребляет слово «партизаны», тогда как собственно донесение описывает «злоумышленников».

Сопоставление с январской заметкой, где говорилось о приписываемом подрывной секции задании повреждать мосты, является исследовательской постановкой вопроса, а не доказательством тождества исполнителей. Даже сходство объекта предполагаемых действий не раскрывает персональный состав февральской группы.

20. Приказ Слащёва 27 февраля об охране железных дорог

Приказ Я. А. Слащёва № 1244 от 27 февраля 1920 года, изданный в Джанкое и помещённый как № 273 сборника, устанавливал меры охраны путей сообщения и ответственность за повреждения. Археографическое примечание указывает Государственный архив Крымской области, фонд Р-695, опись 1, дело 6, лист 7, заверенная копия.

Приказ свидетельствует о нормотворческом действии командования. Он даёт контекст, в котором военная администрация воспринимала угрозу железнодорожному сообщению в Крыму. Сходство предмета приказа с телеграммой об Альминском мосте не доказывает, что документ был составлен исключительно вследствие этой атаки; полный мотивировочный материал и служебная переписка отсутствуют.

Исполнение угроз наказания, упомянутых в приказе, требует отдельных рапортов, дел военно-полевых судов и сообщений об исполнении приговора. Поэтому приказ не используется как доказательство казни любого конкретного подпольщика или как подтверждение виновности лиц из январского списка.

21. Февральский план выступления в сообщении 8 марта

Сообщение от 8 марта 1920 года (№ 277, страницы 235–236) передаёт сведения «отряда особого назначения» о готовившемся в Севастополе восстании. По версии этого органа, выступление собирались назначить на 23 февраля в связи с предполагаемым наступлением советских войск на Крым, а в подготовке якобы участвовали большевики и левые эсеры.

Тот же документ утверждает, что организаторы поддерживали связь с советским командованием, получали информационные сводки и взаимодействовали с партийными ячейками иных крымских городов. Называются Симферополь, Ялта и Евпатория как предполагаемые места одновременного выступления. Сообщение объясняет отказ от первоначальной даты известиями с фронта. Это объяснение принадлежит составителю контрразведывательного известия.

Содержание документа достаточно определённо для реконструкции того, какую организационную схему сообщала контрразведка. Однако наличие полного оперативного плана, согласованного всеми указанными участниками, не проверено по распоряжениям самих подпольных комитетов или переписке с командованием. Следовательно, география и состав коалиции сохраняют статус сообщения одного оперативного источника.

22. Корабельная сторона: мартовское обнаружение штаба

По продолжению сообщения № 277, на начало марта пришёлся новый срок предполагаемого выступления — ночь на 7 марта. Автор пишет, что 5 марта сотрудники отряда особого назначения совместно с уголовным розыском окружили помещение штаба на Корабельной стороне Севастополя. При входе, по версии донесения, произошла стрельба, получили ранения служащий отряда и проходивший мимо вольноопределяющийся, были задержаны пять человек и обнаружены советские сводки.

Текст представляет собой описание полицейской операции, но не публикует схему здания, точный адрес и протокол изъятия. Пять задержанных непосредственно при обыске не обязательно совпадают со всем числом последующих арестованных и не тождественны девяти лицам январского дела. Документ не перечисляет поимённо этих первых пяти.

Дату «5 марта» следует сохранять с оговоркой о стиле. Поздняя историография датирует соответствующие аресты 18 марта; сдвиг на тринадцать дней может указывать на употребление старого стиля одним из авторов, однако само опубликованное известие № 277 не сопровождено столь же однозначным календарным примечанием, как документы № 281–282. Поэтому равенство дат фиксируется как требующее проверки оригинального документа.

23. Мартовские аресты в профессиональных организациях

После сообщения о штурме штаба документ № 277 говорит о новых задержаниях. Среди названных фигурируют Авдеев — член краевого бюро печатников, Пеппи — член совета городских служащих и Крылов — член «Крымпрофа». Указаны их фамилии и должностная связь с профессиональными организациями; имена, отчества и индивидуальные обвинения в тексте не приведены.

Из самого факта присутствия представителей профсоюзной среды в перечне задержанных не следует членство всех соответствующих профсоюзов в большевистской подпольной сети. Документ описывает конкретных лиц, задержанных при розыскной операции. Доказательство решения профсоюзного органа об участии в подготовке вооружённого выступления потребовало бы протокола или официального обращения этой организации.

Изображение Корабельной стороны как места оперативного штаба также не позволяет распространить действие одного обыска на порт, верфи и прочие учреждения города. Документ сообщает локализованный эпизод, дополненный недатированным рядом последующих арестов. Их последовательность и число нуждаются в сверке по журнальным регистрационным книгам.

24. Мартовские судебные сведения

В статье Д. Соколова приведены два мартовских судебных эпизода. Первый — информация, приписываемая газете «Юг» за 10 (23) марта, о военно-морском суде над матросами Александром Бегановым, Иваном Горобцом, Василием Маспановым и токарем Михаилом Пасько. По пересказу вторичного автора, им вынесли смертный приговор по обвинениям в деятельности коммунистической ячейки, действиях с оружием и связях с партийным комитетом. Непосредственно газетный номер в этой сессии не осмотрен.

Второй эпизод, по тому же исследованию, относится к арестам на Корабельной стороне 18 марта и судебному решению 22 марта: трое осуждены к смертной казни, двое — к десяти годам каторги, пятеро оправданы. Передаётся также сообщение о пересмотре дела после вмешательства коменданта крепости Турбина. Эта информация нуждается в проверке по протоколам соответствующих военно-полевого и военно-морского судов.

Два комплекса сведений не объединяются в один процесс: различаются описания обвиняемых и судебных дат. Наличие промежуточного этапа пересмотра не подтверждает итог каждого наказания. Сведения о казнях у Джанкоя относятся к другой группе источников и рассматриваются отдельно.

25. Военно-революционный комитет и вопрос институциональной преемственности

Название «Севастопольский военно-революционный комитет» содержится в собственноручной институциональной подписи под воззванием от 23 марта, опубликованным как № 280. Из этого документа следует, что текст выпущен от имени такого органа и обращён к военным и гражданским адресатам. Он не содержит списка председателя, членов комитета, распоряжения о создании или протокола заседания.

Сообщение № 277 называет предполагаемый «штаб» организаторов восстания, но не публикует удостоверения, прямо связывающего этот штаб с подписанным в конце марта воззванием военно-революционного комитета. Слово «штаб» в полицейском документе и «комитет» в прокламации фиксируют два наименования, которые могут относиться к пересекающимся людям и функциям, но это пересечение не доказано непосредственно представленными актами.

Положение январского городского комитета ещё более обособлено. Девять его членов названы задержанными до появления мартовского воззвания. Поэтому автоматическая организация единой непрерывной схемы «январский комитет — мартовский штаб — мартовский ВРК» была бы источниково преждевременной. В настоящей работе это три раздельных описания, соединённые тематикой и территорией.

В очерке В. Н. Пащени, с. 148, отдельно утверждается, что в марте 1920 года руководство севастопольской подпольной организацией принял И. Серов. Это позднее историографическое сообщение. Оно добавляет имя к проверочному персональному реестру, но не сообщает точной даты вступления в должность, формального названия органа и способа назначения. Поэтому отождествление названной организации с подписантами воззвания № 280 остаётся открытым вопросом.

26. Воззвание Севастопольского ВРК от 23 марта

Воззвание Севастопольского военно-революционного комитета (№ 280, страница 239) помечено в публикации датой 23 марта 1920 года. По археографическому примечанию, использована заверенная копия: ГАКО, фонд 483, опись 4, дело 1388, лист 196. Указание на заверенную копию следует сохранить, поскольку исходный экземпляр, место печати и количество листовок не установлены.

Адресаты документа — солдаты, матросы, рабочие и офицеры, сочувствующие организации. Текст обращается к судьбе арестованных, требует отмены приговоров и предлагает готовиться к выступлению. Документ содержит обещания безопасности лицам, которые поддержат предполагаемый переворот. Эти формулы доказывают содержание политического обращения, но не предоставляют сведений о реальном числе сторонников или о состоявшемся выступлении.

Форма подписи подтверждает использование организационного наименования «Севастопольский военно-революционный комитет» автором воззвания. Вопрос об отношении этого органа к губернским и областным партийным структурам исследуется по отдельной переписке; в самом листке такого перечня командных отношений нет.

27. Политические утверждения и датировка мартовского воззвания

Воззвание № 280 содержит сообщение о падении Екатеринодара и Новороссийска и утверждение, будто А. И. Деникин со штабом попал в плен. Эти строки необходимо отличать от исторически подтверждённой хронологии военных действий. Сообщение о пленении Деникина не соответствует известному ходу событий; оно представляет собой политическое утверждение внутри листка.

Сочетание редакторской даты «23 марта» с утверждением о падении Новороссийска требует отдельной проверки календарного стиля и момента создания копии. Текст мог быть датирован по старому стилю, переписан позднее или включать ошибочные/преждевременные известия. Пока подлинник листка и данные поступления его в архив не осмотрены, нельзя выбрать один вариант как установленный. В данном досье дата воспроизводится как дата сборника и дополнительно обозначается как предмет сверки.

Отдельно отмечается способ аргументации воззвания: авторы используют заявления о военных событиях, обращённые к сторонникам и военнослужащим. Сама публикация доказывает существование такого текста в архивной передаче, а точность содержащихся в нём военных сведений должна проверяться независимо.

28. Межгородские связи и границы подтверждения

Сообщение 8 марта заявляет о контактах севастопольских организаторов с ячейками Симферополя, Ялты и Евпатории. Независимое региональное свидетельство содержится в рапорте Евпаторийской стражи от 16 марта, где говорится о распространении листовок Крымского военно-революционного комитета, упоминавших события в Севастополе и Феодосии и призывавших к общему выступлению.

В первом случае источником выступает оперативное сообщение об обнаруженном плане; во втором — донесение должностного лица о расклейке листовок в другом городе. Совпадение политической тематики документирует распространение соответствующей информации в пределах Крыма. Однако второй текст сам по себе не содержит списка связных или доказательства согласованного единого командования.

В письме Керченского комитета ко второй половине марта (№ 283) содержится предложение координировать действия с советскими войсками у Таманского берега и учитывать готовность других крымских организаций. Этот документ подтверждает постановку вопроса о межгородском согласовании, но остаётся письмом-предложением. Редакция 1961 года даёт его через журнал «Пролетарская революция», № 10 (57), 1926, страницы 139–140; архивный подлинник в данном корпусе не представлен.

29. Сообщения о казнях у Джанкоя

Указание на казнь севастопольцев на станции Джанкой содержится в объявлении симферопольского профсоюза (№ 281, страница 240). Текст связывает это известие с двухдневной забастовкой и трауром. Заглавие следующего документа, № 282, говорит о расстреле десяти большевиков, однако само донесение государственной стражи далее описывает закрытые учреждения и не приводит именной список казнённых.

Следовательно, сведения о месте и числе погибших дошли до нас через общественную реакцию и редакторскую характеристику сопутствующего документа. Сопоставление с поздним судебным рассказом Д. Соколова, где говорится о нескольких смертных приговорах, каторге и оправданиях, показывает необходимость сверки судебных стадий. Возможность пересмотра приговора ещё больше усложняет прямое отождествление первоначально обвинённых, осуждённых и фактически казнённых.

На данном этапе дата казней у Джанкоя, число погибших и их персональный состав не признаются закрытыми архивными вопросами. Подтверждённым является существование мартовского профсоюзного объявления, связывающего забастовку с гибелью севастопольцев. Судебный и исполнительный архивный ряд необходимо восстановить отдельно.

30. Симферопольский профсоюз и объявление забастовки

Объявление правления союза младших служащих, опубликованное как № 281, сообщает, что на заседании 15 марта (старый стиль) принято решение поддержать двухдневную забастовку симферопольских рабочих в знак траура о казнённых севастопольцах. Правление предложило членам союза не выходить на работу 16 и 17 марта старого стиля, то есть 29 и 30 марта нового стиля. Редакторы специально отмечают сохранение старого стиля внутри документа.

Источник воспроизведён по фотокопии Крымского областного краеведческого музея, инвентарный № 3341. Наличие текста решения и призыва документировано, а членские списки союза и поимённая регистрация отказавшихся от работы не опубликованы. Объявление показывает конкретную форму публичного взаимодействия профессиональной организации с известием о событиях в Севастополе.

Необходимо отделить поддержку уже объявленной рабочей забастовки данным правлением от инициирования всей акции и от точного количества участвовавших. Объём действительного прекращения деятельности учреждений подтверждается уже другим, административным документом от следующего дня.

31. Донесение государственной стражи о закрытии учреждений

Донесение полковника Лалекина (№ 282, страница 240), датированное редакторами 30 марта 1920 года, сообщает, что 16 марта старого стиля в первой части Симферополя не работали городская управа, её отделение на базаре и бухгалтерия, Азовско-Донской банк, типография губернского земства, губернская земская управа. По последнему учреждению указано прекращение занятий в час дня вместо обычных двух.

Свидетельство имеет указанное издателями происхождение: ГАКО, фонд 483, опись 4, дело 1385, лист 197, подлинник. Это административное описание конкретных последствий в одном районе города. Оно независимо по ведомственному происхождению от профсоюзного объявления, хотя обе публикации отобраны и переизданы одним сборником.

Заявление о забастовке 29–30 марта и фиксация закрытия ряда учреждений 29 марта согласуются на уровне указанной даты. При этом документ № 282 не содержит полного списка всех учреждений Симферополя и не доказывает безоговорочно всеобщий характер стачки в каждом секторе городского хозяйства. Событие установлено в пределах перечисленных учреждений и времени наблюдения.

32. Старый и новый календарный стиль

Редакционные сноски к документам № 281–282 однозначно указывают, что в тексте сохранён старый стиль. Поэтому даты решения 15 марта и двух дней забастовки 16–17 марта в теле объявления переводятся на 28–30 марта по григорианскому календарю; даты заголовков 29 и 30 марта соответствуют редакторскому обозначению периода документов.

Для январских документов в сборнике подобной оговорки нет. В частности, разность между 21 и 22 января в двух рассказах об одном аресте составляет сутки. Перенос их на тринадцать дней только ради согласования был бы источниково необоснованным. Даты событий сохраняются в форме, указанной каждым автором.

Особого внимания заслуживают сведения «5 марта» об операции на Корабельной стороне в документе № 277 и «18 марта» в поздней литературе. Совпадение календарного сдвига в тринадцать дней обозначает возможную гипотезу, но не доказывает её. Необходимы оригинал оперативного донесения, датировка получения и отдельное сопоставление с календарными пометами газет.

Дата 23 марта в заглавии воззвания № 280 также оставлена в редакторской форме. Внутренние заявления документа о военных событиях свидетельствуют о потребности проверить способ датировки, но сами не предоставляют правила конверсии. Такая дисциплина позволяет не смешивать текст документа и реконструкцию времени его распространения.

33. География документированных эпизодов

Севастополь — место нахождения январского городского комитета по сообщению «Юга», мартовского штаба по сообщению контрразведки и городского военно-революционного комитета по подписи воззвания. Клуб строительных рабочих и квартира на 2-й Цыганской улице представлены в январском газетном материале, а Корабельная сторона — в мартовском сообщении. Ни один из этих источников не содержит полного плана расположения помещений.

Река Альма и железнодорожный мост упомянуты в феврале в телеграмме полковника Родина. Станция Джанкой появляется как место гибели севастопольцев в мартовском профсоюзном объявлении. Симферополь документирован как место забастовки и административной регистрации прекращения работы учреждений. Евпатория — как место расклейки листовок, относящихся к крымским событиям.

Связи между пунктами различаются по типу: адрес организации, объект нападения, предполагаемое место казни, город политического отклика, место документального распространения. Карта этих свидетельств будет точна лишь при сохранении такого различения. Для адресов с вариантами номера дома и без названия улицы координатная точность пока не установлена.

34. Сопоставление происхождения и разночтений

Десять основных исследовательских разночтений можно перечислить по предмету. Первое — 21 или ночь на 22 января как дата ареста. Второе — суд состоялся или суда не было. Третье — гибель 23 или в ночь на 24 января. Четвёртое — исполнение смертного приговора или описанное партийным воззванием внесудебное убийство и сбрасывание за борт. Пятое — наличие корабля «Корнилов» в одной из версий без независимого подтверждения. Шестое — номер квартиры 7 или 17 на 2-й Цыганской улице. Седьмое — датировка мартовской операции 5 или 18 марта. Восьмое — число первоначально задержанных на Корабельной стороне и общее количество лиц последующего процесса. Девятое — первоначальный судебный приговор, пересмотр и действительное число казнённых у Джанкоя. Десятое — дата воззвания 23 марта и его сообщение о Новороссийске и Деникине.

Эти разночтения имеют разную природу. Одни отражают прямо противоречащие утверждения contemporaneous источников, другие — различия между поздним пересказом и документальной публикацией, третьи — неустановленный календарный стиль. Для каждого зарегистрирован тип необходимого контрольного документа. Внутренний реестр EVIDENCE.json сохраняет ссылки на оба варианта и запрещает автоматическое устранение различий без новой проверки.

Повторение газетного материала в нескольких сборниках повышает доступность текста, но не создаёт независимого подтверждения суда, числа казнённых или адреса. Аналогично пересказ подлинного административного доклада в поздней статье остаётся иной ступенью передачи одного свидетельства. Научный итог основан на сопоставлении разных происхождений, а не на арифметическом подсчёте ссылок.

Работа В. Н. Пащени «Пути завоевания и удержания большевиками власти» опубликована в журнале «Культура народов Причерноморья» в 2006 году. На странице 148 названы декабрьское совещание двух городских организаций и мартовский руководитель И. Серов. Исследователь также повторяет девять имён январского дела и дату казни 24 января, что согласуется с газетным сообщением, но не представляет самостоятельного современного событиям свидетельства о проведении суда. Его хронологические положения требуют сопоставления с первичной документацией и не используются для устранения противоречия между «Югом» и воззванием Крымского обкома.

35. Хронологический реестр

Август 1919 — образование городского комитета согласно позднему изложению Д. Соколова; первичный протокол непосредственно не просмотрен. 13 декабря 1919 — датированный рапорт губернского розыска о симферопольском подполье, использованный только как региональный контекст. Декабрь 1919 — декабрьский доклад о Севастополе и числе 736 обвинённых по вторичному сообщению. 22 декабря 1919 — 13 января 1920 — восемнадцать арестов в морской среде по поздней публикации.

21 января 1920 — дата задержания девяти человек по воззванию Крымского обкома. Ночь на 22 января — дата задержания по «Югу». 23 января — дата гибели в партийной версии. Ночь на 24 января — исполнение приговора по газетной версии. 26 января — публикация «Юга» № 148. 12 февраля — телеграмма Родина об Альминском мосте. 13 февраля — воззвание Крымского обкома. 23 февраля — предполагаемая дата выступления по оперативному сообщению. 27 февраля — приказ Слащёва № 1244.

5 марта 1920 — обыск штаба на Корабельной стороне согласно датам документа № 277; 18 марта — дата соответствующего эпизода в поздней статье, календарная эквивалентность требует проверки. 7 марта — предполагаемая новая дата выступления по оперативному сообщению; 8 марта — дата самого сообщения. 10 (23) марта — дата публикации о другом военно-морском процессе, переданная поздним исследованием. 16 марта — рапорт Евпаторийской стражи о листовках. 22 марта — судебные решения по поздней статье. 23 марта — дата заголовка севастопольского воззвания в документальном сборнике.

15–17 марта старого стиля, соответственно 28–30 марта нового стиля — решение профсоюза и объявленная двухдневная забастовка. 29 марта — дата редакторского заголовка объявления. 30 марта — заголовок административного донесения о закрытии учреждений 16 марта старого стиля. Все пункты представлены в календаре как датировки конкретных свидетельств, а не как безусловно восстановленный единый событийный ряд.

36. Персональный и институциональный указатель

Севастопольский городской комитет большевиков: организация, названная в «Юге» 26 января. По этому сообщению председатель — В. В. Макаров; другие задержанные — А. И. Бунаков, И. А. Севастьянов, Л. Шульгина, М. С. Киянченко, И. Ашевский, И. М. Вайнблат, М. З. Иоффе, С. С. Крючков. Все функциональные обозначения относятся к тексту одной газеты. Полные имена и гражданская биография большинства лиц пока не восстановлены.

Крымский областной комитет РКП(б): подписант февральского воззвания, в котором дана альтернативная версия гибели девяти. Севастопольский военно-революционный комитет: подписант мартовского воззвания. Отряд особого назначения и уголовный розыск: ведомственные участники мартовского обыска по сообщению № 277. Особое отделение Морского управления: орган, фигурирующий в позднем рассказе об арестах матросов.

Авдеев, Пеппи и Крылов: задержанные, упомянутые в мартовском оперативном тексте, соответственно связанные с краевым бюро печатников, советом городских служащих и «Крымпрофом». Полковник Родин: подписант телеграммы об Альминском мосте. Я. А. Слащёв: командир, имя которого стоит под приказом № 1244. Полковник Пертгольдт: подписант евпаторийского рапорта. Полковник Лалекин: автор донесения о неработавших симферопольских учреждениях. А. Беганов, И. Горобец, В. Маспанов, М. Пасько и комендант Турбин: лица в позднем судебном пересказе, требующие первичной идентификации.

Служебные учреждения, перечисленные в источниках, не сводятся к одной политической линии. В реестре учтены партийные комитеты, независимые ведомства военного розыска, государственная стража, суды, профессиональные союзы и музейные хранители копий.

37. Итоги документального исследования

Документально установленной основой работы является существование ряда источников, созданных в январе—марте 1920 года и опубликованных в 1961 году с библиографическими либо архивными указаниями. Газета «Юг» № 148 от 26 января назвала девять задержанных и описала предполагаемую структуру городского комитета, обнаруженную типографию и исход дела. Отдельное воззвание Крымского обкома от 13 февраля передало иную версию ареста и смерти тех же девяти человек. Подтверждён факт публичного противоречия между двумя contemporaneous свидетельствами, а сама судебная история остаётся неполной без оригинального дела.

Февральская телеграмма полковника Родина содержит конкретное сообщение о нападении на охрану Альминского моста; её текст не позволяет назвать исполнителей членами январского комитета. Приказ № 1244 документирует нормативный ответ командования на угрозы железным дорогам и не заменяет исполнительных документов. Мартовское сообщение отряда особого назначения описывает предполагаемые сроки выступления и оперативную акцию на Корабельной стороне. Данные об именах и итогах судебных процессов частично поступают из более позднего исследования, поэтому отделены от проверенного текста оперативного сообщения.

Воззвание, опубликованное под датой 23 марта, подтверждает существование текста от имени Севастопольского военно-революционного комитета; его сообщения о Новороссийске и пленении Деникина подлежат самостоятельной хронологической критике. Симферопольские профсоюзное объявление и донесение государственной стражи сообщают о реакции на известие о казнях севастопольцев; редакторские примечания однозначно раскрывают старый стиль мартовских дат стачки. Это позволяет документально сопоставить призыв к забастовке с фактически закрытыми учреждениями 29 марта.

Неразрешёнными остаются точная дата январского ареста, факт и состав январского суда, обстоятельства гибели девяти, адрес конспиративной квартиры, тождество мартовских дат 5 и 18 марта, участники оперативного штаба, полный персональный состав мартовского процесса, степень его пересмотра и число казнённых у Джанкоя. Для их разрешения необходимы судебно-следственные дела, приказы военного командования, полный номер «Юга», копия воззвания с археографическими реквизитами поступления, музейный экземпляр объявления и именные тюремные списки.

Авторский вклад состоит в объединении документов разных ведомств в проверяемый событийный ряд, разделении конкретного факта документа и содержащегося в нём заявления, выявлении календарных и личных разночтений и составлении адресных архивных маршрутов. Работа завершает внутреннюю научную редакцию в пределах изученного опубликованного корпуса; ограничения прямого доступа к оригиналам открыто закрепляются в паспорте.

38. Источники и литература

Ниже источники приведены по отдельным документам с указанием публикации и архивного происхождения. Несколько пунктов используют один цифровой том, так как являются самостоятельными актами внутри одного документального издания. Библиографическая карточка перепечатки газеты и её текст в сборнике учитываются как единая линия воспроизведения сообщения.

1. Рапорт начальника Таврического губернского уголовно-розыскного управления таврическому губернатору. 13 декабря 1919 г. // Борьба за Советскую власть в Крыму: документы и материалы. Т. II: Май 1918 — ноябрь 1920 / редкол.: М. М. Максименко (отв. ред.) и др. Симферополь: Крымиздат, 1961. Док. № 266. С. 224–225. Цифровая публикация тома. Контекст Симферополя.

2. Представление прокурора Симферопольского окружного суда прокурору Одесской судебной палаты. 21 января 1920 г. // Там же. Док. № 268. С. 226–227. ГАКО. Ф. 483. Оп. 4. Д. 1388. Л. 342–343. Черновик. Текст документа. Региональный контекст.

3. Сообщение газеты «Юг» об аресте и расстреле членов Севастопольского городского комитета. 26 января 1920 г. // Юг (Севастополь). 1920. № 148, 26 января; переизд.: Борьба за Советскую власть в Крыму. Т. II. Симферополь, 1961. Док. № 270. С. 228–229. Текст переиздания; карточка ЭБИД с данными издания. ЭБИД также указывает другое переиздание: Из истории Гражданской войны в СССР, 1918–1922: сборник документов и материалов. Т. 3. Москва: Советская Россия, 1961.

4. Телеграмма командира Севастопольской крепости полковника Родина об Альминском мосте. 12 февраля 1920 г. // Борьба за Советскую власть в Крыму. Т. II. Док. № 271. С. 229. ГАКО. Ф. 483. Оп. 4. Д. 1332. Л. 1. Телеграфный бланк. Текст телеграммы.

5. Воззвание Крымского областного комитета РКП(б). 13 февраля 1920 г. // Там же. Док. № 272. С. 230–231. ГАКО. Ф. 483. Оп. 4. Д. 1388. Л. 261. Печатный экземпляр. Текст воззвания.

6. Приказ Я. А. Слащёва № 1244 об охране железных дорог. 27 февраля 1920 г. // Там же. Док. № 273. С. 231. ГАКО. Ф. Р-695. Оп. 1. Д. 6. Л. 7. Заверенная копия. Текст приказа.

7. Сообщение о подготовке выступления в Севастополе и арестах. 8 марта 1920 г. // Там же. Док. № 277. С. 235–236. Партархив Крымского обкома КП Украины. Ф. 150. Оп. 150. Д. 162. Л. 49. Заверенная копия. Текст сообщения.

8. Из рапорта командира Евпаторийской городской государственной стражи полковника Пертгольдта. 16 марта 1920 г. // Там же. Док. № 279. С. 238. ГАКО. Ф. 483. Оп. 4. Д. 1388. Л. 236. Подлинник по примечанию издателей. Текст рапорта.

9. Воззвание Севастопольского подпольного военно-революционного комитета. 23 марта 1920 г. (дата издательского заголовка). // Там же. Док. № 280. С. 239. ГАКО. Ф. 483. Оп. 4. Д. 1388. Л. 196. Заверенная копия. Текст воззвания.

10. Объявление правления союза младших служащих Симферополя о забастовке. 29 марта 1920 г. (редакторская дата; в теле 15–17 марта старого стиля). // Там же. Док. № 281. С. 240. Крымский областной краеведческий музей. Инв. № 3341. Фотокопия. Текст объявления.

11. Донесение полковника Лалекина таврическому губернатору о прекращении работы учреждений. 30 марта 1920 г. (редакторская дата; в теле 16 марта старого стиля). // Там же. Док. № 282. С. 240. ГАКО. Ф. 483. Оп. 4. Д. 1385. Л. 197. Подлинник по примечанию издателей. Текст донесения.

12. Письмо Керченского комитета РКП(б) Крымскому областному комитету о предполагаемой операции. Вторая половина марта 1920 г. // Там же. Док. № 283. С. 240–241; первоначально опубликовано: Пролетарская революция. 1926. № 10 (57). С. 139–140. Текст перепечатки.

13. Обращение Крымского областного комитета РКП(б) к солдатам и офицерам Добровольческой армии. Март 1920 г. // Там же. Док. № 284. С. 241–242. Партархив Крымского обкома КП Украины. Ф. 150. Оп. 150. Д. 159. Л. 36–37. Текст обращения. Сведения о насилии в Севастополе переданы в форме политического заявления.

14. Максименко М. М. (отв. ред.), Беликова А. Д., Губенко Г. Н. и др. Борьба за Советскую власть в Крыму: документы и материалы. Т. II: Май 1918 — ноябрь 1920. Симферополь: Крымиздат, 1961. Основное использованное издание. Полный цифровой корпус.

15. Электронная библиотека исторических документов. Сообщение газеты «Юг» о расстреле в Севастополе членов Городского комитета большевиков. 26 января 1920 г.: библиографическая карточка. Составитель записи В. Бобров, 14 марта 2020 г. Карточка документа. Отдельная форма библиографического контроля, без прямого осмотра газетного оригинала.

16. Соколов Д. Законность против террора: военно-полевая юстиция в Белом Крыму в 1918–1920 гг. // Русская линия. 2 октября 2018 г. Текст исторической статьи. Использованы конкретные сведения об августе и декабре 1919 года, морских задержаниях, расхождениях дат и мартовских процессах; первичные материалы её ссылочного аппарата непосредственно не просмотрены.

17. Пащеня В. Н. Пути завоевания и удержания большевиками власти в Крыму (1905–1945 гг.): исторический очерк // Культура народов Причерноморья. 2006. № 90. С. 118–179. Для темы Севастополя и областного подполья использована с. 148. Цифровой текст научной публикации. Сведения о декабрьском совещании и И. Серове переданы как историографические, а не первично проверенные.

Архивные шифры воспроизведены по изданию 1961 года в форме, указанной его редакторами. Архивные названия и шифры могут требовать актуализации по современным путеводителям; это фиксируется в открытых вопросах и не заменяется вымышленными реквизитами.