Протокол украинско-крымских переговоров 9 октября 1918 года

1. Предмет исследования и идентификация документа

Документальным ядром настоящего досье является запись заседания 9 октября 1918 года в Киеве, известная как «Протокол № 2» украинско-крымских переговоров. По архивной экспозиции ЦДАВО Украины копия протокола находится в фонде 3808, описи 1, деле 21, на листах 37–45. Экспозиционная подпись передаёт номер в форме «Протокол [№ 2]»; квадратные скобки отражают способ опубликованной атрибуции и должны быть сверены с самим заголовком на архивном листе.

Документ относится к общим заседаниям председателя Совета министров Украинской державы Ф. А. Лизогуба с представителями Крымского краевого правительства. В состав того же архивно описанного комплекса входит текст «Главных оснований соединения Крыма с Украинской Державой» из девятнадцати пунктов, представленный украинской делегацией. Установление статуса двух текстов требует разграничить запись о произнесённых предложениях и содержание самого нормативного проекта.

В работе слово «протокол» употребляется для обозначения согласованной или составленной записи переговоров; «проект» — для предъявленных условий предполагаемого устройства; «ратификация» — для юридической процедуры последующего утверждения государственно значимого акта. Факт составления протокола не тождествен факту утверждения договора. Эта граница подтверждается документальной последовательностью последующих заседаний и сохраняется при изложении всех исторических фактов.

Хронологический центр — 9 октября. Поскольку юридический предмет переговоров складывался раньше, исследованы майское и сентябрьские решения кабинетов, а для определения результата — встречи 10 и 12 октября, сведения о более позднем возвращении делегации и ноябрьская смена краевых властей.

2. Источниковая база и степени проверки

Первый уровень представляет архивная публикация документов 1918 года Центрального государственного архива высших органов власти и управления Украины. В ней указаны: постановление 7 мая (ф. 1064, оп. 1, д. 6, л. 5–6 об.), решение 18 сентября (ф. 1064, оп. 1, д. 11, л. 61–62), письмо Сулькевича 26 сентября (ф. 3696, оп. 2, д. 703, л. 1), протокол 9 октября (ф. 3808, оп. 1, д. 21, л. 37–45). Экспозиция удостоверяет дату, предмет и архивное местонахождение копий и приводит выдержки. Целая последовательность изображений девяти листов в настоящей сессии непосредственно не осмотрена, поэтому почерк, подписи, исправления и заверительные пометы не объявляются проверенными.

Второй уровень образует научный документальный сборник 2024 года, изданный в Киеве под редакцией П. П. Гай-Нижника. В разделе о переговорах воспроизводятся все девятнадцать пунктов, обстоятельные реплики участников и архивные шифры. Его текст доступен для содержательной проверки. Попытка визуального просмотра PDF-страницы через инструмент скриншота завершилась ошибкой; установленные из текста сведения имеют статус опубликованного воспроизведения, а не палеографической экспертизы архивного оригинала.

Третий уровень — исторические исследования, включая главу Владимира Сергийчука с отсылками к украинскому архиву и газетам, исследование Владимира Зарубина и справочные работы. При использовании позднейших публикаций различаются цитируемый документ, пересказ исследователя и его собственное объяснение. Самостоятельные исторические мотивировки допускаются только как атрибутированные заявления участников или формулы государственных документов.

Реестр доказательств сохраняет категории A–D и V3–V0. В настоящей работе прямой визуальный уровень V3 для девяти листов протокола не достигнут; уровень V2 обеспечивается чтением опубликованных текстов и фрагментов, V1 — проверкой экспозиционных описаний. Такое обозначение позволяет проверить и пределы положительных выводов, и остающиеся архивные задачи.

3. Издание 1918 года и состав документального корпуса

Современники издали сборник «Крымско-Украинские переговоры. Собрание документов, касающихся пребывания в Киеве делегации Крымского правительства. 26 сентября — 16 октября 1918 г.», Симферополь, 1918. В научной библиографии встречается и форма «делегации Крымского государства»; сверка точного заглавия по первопечатному титульному листу остаётся самостоятельной задачей. Его существование и название подтверждаются библиографическими записями, а материалы воспроизводятся в исторической литературе с указанием страниц. Это свидетельство, близкое ко времени событий, требует особой проверки редакции, состава приложений и происхождения текстов.

Обнаружено расхождение в описании объёма: одна библиография указывает 85 страниц, другая указывает 100 страниц. Без просмотра физических или полноценных цифровых экземпляров невозможно определить, связана ли разница с разными выпусками, обложкой и приложениями либо с ошибкой позднего библиографа. Поэтому в списке источников сохраняются обе записи с соответствующей атрибуцией.

Указанная в названии дата 16 октября характеризует границы собрания документов, а не автоматически дату заключения договора. По непосредственно реконструированным заседаниям известны встречи 5, 9, 10 октября и специальная процедура чтения протоколов 12 октября. Состав делегации, даты представления бумаг и момент их утверждения устанавливаются по каждому отдельному тексту.

Важнейший источник для чтения полного содержания проекта — научное воспроизведение всех девятнадцати статей с архивными ссылками, которое позволяет сформировать постатейную документальную реконструкцию, сохраняя открытым вопрос о его совпадении с типографским вариантом 1918 года и каждой архивной копией.

4. Исторические учреждения и постановление 7 мая

В апреле–ноябре 1918 года Крым находился под германским военным присутствием; действовало Первое Крымское краевое правительство во главе с Сулейманом-Муравьёвичем Сулькевичем, в части русскоязычных документов также именуемым Матвеем Александровичем Сулькевичем. Действовавшие краевые министерства, земские и городские учреждения следует различать с предполагавшимися органами автономного устройства, которые ещё только обсуждались на переговорах. Состав и общие рамки управления рассматриваются в истории Крыма 1918–1919 годов.

7 мая Совет министров Украинской державы обсудил вопрос о границах и необходимость специального внимания к присоединению Крыма. В правительственном журнале отражены сообщения гетмана Скоропадского о переговорах с германским послом и предложение направить ему письмо по этой теме. Архивное описание постановления 7 мая указывает ЦДАВО Украины, ф. 1064, оп. 1, д. 6, л. 5–6 об.

Этот документ подтверждает сформулированную в Киеве правительственную позицию и дипломатическую инициативу, но не содержит согласия крымского правительства на определённую конституционную форму. Поэтому постановка вопроса 7 мая и переговорный проект 9 октября составляют два последовательно связанных, юридически самостоятельных события.

5. Хозяйственные отношения и решение 18 сентября

Проблемы торговли были непосредственно отражены в журнале Совета министров Украинской державы от 18 сентября. Документ сообщает о трудностях реализации крымского урожая фруктов и винограда при таможенной войне и постановляет временно прекратить её при условии немедленной присылки в Киев уполномоченных представителей Крыма. Украинскому министру финансов было предложено снять таможенный досмотр грузов, направлявшихся в Крым, а переговоры по условиям соединения поручались непосредственно заинтересованным министрам, без передачи их полномочий заместителям.

Постановление о прекращении таможенной войны атрибутировано ЦДАВО Украины, ф. 1064, оп. 1, д. 11, л. 61–62. Оно содержит одновременно конкретное распоряжение о временной хозяйственной мере и процедурное условие начала переговоров. Действительное исполнение таможенных указаний и объём грузопотоков могут быть установлены лишь по отдельным ведомственным и транспортным документам.

Сергийчук приводит сообщения периодики о предполагавшемся вывозе более двух миллионов пудов крымских плодов и возможной поставке на полуостров 900 тысяч пудов пшеничной муки. Сведения относятся к планам и сообщениям газеты «Відродження», а не к доказанным фактам полной отправки указанных количеств. Таможенная статистика и первичные накладные в исследуемом корпусе не обнаружены.

6. Требования к полномочиям 23–26 сентября

23 сентября украинский кабинет вернулся к вопросу о содержании мандатов крымской делегации. В публикации документов у Сергийчука сообщается о решении телеграфировать Сулькевичу требование, чтобы направленные в Киев лица могли обсуждать не только экономические, но и политические вопросы. Это датированное решение объясняет делопроизводственную последовательность, в которой перед переговорами возникла необходимость письменно определить полномочия обеих сторон.

26 сентября Сулькевич обратился к гетману Скоропадскому письмом об отправлении делегации для обсуждения хозяйственных, финансовых и политических условий соединения. Александру Ахматовичу предоставлялась возможность совместно с остальными членами подписывать разработанные акты в пределах инструкций. Архивная экспозиция письма Сулькевича даёт шифр ЦДАВО Украины, ф. 3696, оп. 2, д. 703, л. 1.

В историческом воспроизведении полномочия приводится другой шифр: ф. 3696, оп. 2к, д. 6, л. 1. Оба описания связаны с письмом от 26 сентября, однако тождество копий и история их хранения требуют сверки описей. Это расхождение зафиксировано в реестре и не устраняется предположением о простой опечатке.

7. Первое заседание 5 октября

Общие переговоры начались 5 октября 1918 года в Киеве. В воспроизведённом первом протоколе стороны подробно обсуждали письменные доверенности и вопрос о том, представляют ли они равноправные правительства или участвуют в переговорах о присоединении автономного края к Украинской державе. Ахматович запрашивал особое письменное подтверждение полномочий украинской делегации. Лизогуб и украинские министры разъясняли объём предоставленных им прав.

Представители крымского правительства хотели начать с хозяйственных отношений; украинские министры связывали их с предварительным определением политической формы будущего устройства. В выступлениях И. Кистяковского, А. Ржепецкого и С. Гутника зафиксирована эта связь финансовых вопросов с политическими. Высказывания переданы как позиции выступавших и не превращены в недокументированные объяснения их мотивов.

К концу заседания украинская сторона согласилась представить письменное подтверждение своих полномочий и текст предполагаемых условий соединения. Объявленное продолжение на 7 октября не состоялось. Научная публикация указывает для первого протокола ЦДАВО Украины, ф. 3808, оп. 1, д. 21, л. 30–36.

8. Решение о полномочиях 8 октября

8 октября Совет министров Украинской державы оформил специальное полномочие на переговоры и подписание соглашений по политическим, административным, экономическим и финансовым вопросам. В постановлении названы председатель кабинета Фёдор Лизогуб, министр иностранных дел Дмитрий Дорошенко, министр внутренних дел Игорь Кистяковский, министр финансов Антон Ржепецкий, министр торговли и промышленности Сергей Гутник и военный министр Александр Рогоза. Научная публикация постановления 8 октября относит его к ЦДАВО Украины, ф. 1064, оп. 1, д. 7, л. 9–11 об. и сообщает об утверждении гетманом.

Названный перечень удостоверяет состав полномочных лиц по правительственному решению, но не доказывает присутствия каждого на каждом заседании. Согласно опубликованному изложению, С. Гутник 9 октября отсутствовал, хотя участвовал в предыдущем обсуждении. Должностные лица, допущенные с совещательным голосом, составляют особую категорию присутствующих.

Этот акт завершает цепочку предварительных уточнений и непосредственно предшествует предъявлению политического проекта. Объём полномочий крымской стороны, равно как её дополнительное требование парламентской санкции, продолжали оставаться предметом разговора после 8 октября.

9. Второе заседание: процедура 9 октября

По датированному изложению второго заседания переговоры возобновились 9 октября 1918 года в 15 часов 15 минут. Председатель украинского Совета министров Фёдор Лизогуб огласил постановление 18 сентября о приостановлении таможенной войны и передал Александру Ахматовичу решение от 8 октября о полномочиях украинских представителей. Ахматович высказал замечание о формуле «представители Крыма», считая точным обозначение «представители Крымского правительства». Игорь Кистяковский подтвердил именно такое понимание формулы, после чего вопрос перестал препятствовать продолжению беседы.

Лизогуб сообщил о подготовке украинским правительством проекта условий соединения Крыма и Украины. Он зачитал его девятнадцать пунктов и передал экземпляр главе крымской делегации. Ахматович попросил объявить перерыв для самостоятельного ознакомления с текстом; представители Крыма покинули помещение совместного заседания для частного обсуждения. Документально установленный порядок показывает, что первоначальное оглашение не являлось актом согласия обеих сторон.

К началу второй части заседания крымские представители получили возможность сообщить об отношении к проекту и представить других участников. Важнейшие дальнейшие реплики касались объёма полномочий, голосов представителей общин и необходимости особой процедуры общественного одобрения. Содержание девятнадцати предложенных правил и обсуждение их юридической силы должны изучаться раздельно.

В экспозиции копии протокола № 2 подчёркивается, что все девятнадцать пунктов были предметом обсуждения, однако непосредственно согласовать их 9 октября не удалось. Научное изложение 2024 года относит начало текста протокола к листам 37–38 дела 21 фонда 3808, а текст пунктов — к листам 43–45 того же дела.

10. «Главные основания»: дипломатическая форма проекта

Оглашённый документ именовался «Главные основания соединения Крыма с Украинской Державой». Его архивное местонахождение установлено по публикации ЦДАВО Украины: ф. 3808, оп. 1, д. 21, л. 37–45, с отдельным листовым указанием 43–45 для содержания проекта в научном воспроизведении. В издании 2024 года отмечена также копия в ф. 1064, оп. 1, д. 19, л. 90. Это устанавливает минимум два архивно упомянутых места бытования текста.

Исходным предложением являлось вхождение Крыма в Украинскую державу на правах автономного края под общей верховной властью гетмана Павла Скоропадского. Остальные статьи раскрывали порядок местного законодательства и его утверждения, финансовую, судебную и административную компетенцию, транспорт, порты, армию, флот и представительство крымских интересов при гетмане. Формулировки изложены как проект будущего устройства и потому не подтверждают существование предусмотренных им институтов на день предъявления.

Для исторической реконструкции важно определить, что текст представлялся украинскими уполномоченными и передавался крымским представителям для обсуждения. Крымская делегация запросила время для контрпредложения. Следовательно, содержание проекта свидетельствует о сформулированных украинской стороной условиях, а не о вступившей в действие совместной конституции.

11. Девятнадцать пунктов: постатейное изложение

Порядок нумерации ниже соответствует публикации всех девятнадцати пунктов, с. 165–166, составленной с архивными отсылками к ЦДАВО Украины. Русские формулировки представляют собой смысловой пересказ опубликованного украинского воспроизведения, предназначенный для систематического анализа. Каждая статья рассматривается в её собственном предмете.

Пункт 1. Крым должен был соединиться с Украинской державой в статусе автономного края под единой верховной властью гетмана. Эта исходная формула определяла предполагаемый политико-правовой порядок всего документа.

Пункт 2. Подданные Украинской державы в Крыму и жители Крымского края в других частях Украины должны были обладать одинаковыми правами. Тем самым предлагалась общность правового положения населения в пределах намеченного объединения.

Пункт 3. Ведение международных дел, заключение соглашений и управление армией и флотом относилось к гетману и украинскому правительству. Крымскую армию предполагалось формировать по территориальному принципу с размещением её в мирное время на полуострове.

Пункт 4. Крымскому краю предусматривались собственные краевое правительство и краевое народное собрание, наделённые правом законодательства в отведённой местной компетенции.

Пункт 5. Местные законы, принятые краевым народным собранием, подлежали непосредственному утверждению гетманом. Гетман же утверждал назначение высших должностных лиц краевого правительства.

Пункт 6. Образование, вероисповедные и национальные вопросы, торговля, промышленность, земледелие и сельское хозяйство относились к самостоятельному ведению Крымского края; действие общих украинских законов на эти предметы ограничивалось.

Пункт 7. Все пути сообщения, кроме железных дорог, а также использование природных сил края должны были находиться в ведении краевого правительства. Железные дороги исключались из этой местной компетенции.

Пункт 8. Краевые власти должны были устанавливать и взимать прямые налоги с исключением подоходного налога; также они получали полномочия назначать местные сборы и повинности.

Пункт 9. Мировые и окружные суды и следственные органы переходили в краевое ведение. Проект предусматривал отдельную судебную палату в Симферополе, тогда как высшие кассационные и апелляционные полномочия закреплялись за Украинским государственным сенатом.

Пункт 10. Крымское краевое правительство имело бы собственный самостоятельный бюджет. Его наличие сочеталось с другими статьями об общих финансовых органах и расходах.

Пункт 11. Предусматривались единая таможенная граница и система, общая валюта, единый Государственный банк, общие косвенные налоги, правила торгового флота, совместная эксплуатация железных дорог, почты и телеграфа.

Пункт 12. Гражданские и уголовные законы Украинской державы должны были действовать в Крыму; местные исключения проводились через краевое народное собрание и утверждались гетманом.

Пункт 13. Военные и коммерческие морские порты относились к ведению украинского правительства, которое принимало на себя расходы по их содержанию.

Пункт 14. Краевое правительство получало полномочие определять государственный язык на территории Крыма и полностью ведать городским и земским самоуправлением.

Пункт 15. Вопросы народного здравоохранения и организации труда входили в краевую компетенцию.

Пункт 16. Государственное имущество, находившееся в Крыму, предполагалось передать в краевое управление с исключениями для удельного имущества и имущества отдельных общегосударственных ведомств.

Пункт 17. Содержание армии и флота, военных и торговых портов, железнодорожной, почтовой, телеграфной сети и других общих учреждений финансировалось бы Украинской державой.

Пункт 18. При украинских министерствах иностранных дел, военном и финансовом проектировались специальные подразделения по крымским делам.

Пункт 19. При гетмане учреждалась должность статс-секретаря по крымским делам с собственным секретариатом. Он участвовал бы с правом голоса в заседаниях украинского Совета министров, затрагивавших интересы Крыма, и назначался гетманом из трёх кандидатов, предложенных краевым правительством.

Представленное перечисление устанавливает внутреннюю структуру проекта. Все девятнадцать статей существовали в качестве переговорного предложения 9 октября. Ни одна из них не должна объявляться действующим правом только на основании появления в протоколе. Архивная экспозиция результатов заседания особо сообщает о невозможности немедленного согласования этих условий.

12. Верховная власть и местное законодательство

Взаимосвязь пунктов 1, 4, 5, 6, 12 и 14 формирует систему предложенной автономии. Проект признавал краевое народное собрание и правительство, относил значительные отрасли управления к местному ведению и предусматривал возможность особых местных законов. Одновременно утверждение законов и назначений высших должностных лиц связывалось с гетманом; гражданское и уголовное законодательство Украины принималось за общую основу.

Такое распределение компетенций позволяет предметно объяснить употребление выражения «автономный край» в тексте девятнадцати оснований. В сфере народного просвещения, вероисповедания, промышленности и сельского хозяйства предусматривалось широкое местное управление. В сфере верховного утверждения законов сохранялась компетенция общего центра. Само содержание проекта свидетельствует о предложенной юридической модели; исполнение её статей требовало последующих актов.

Особый интерес представляет право определять государственный язык на территории края. Встреча 9 октября включала представителей отдельных общин полуострова, однако национально-языковая статья проекта и процедура наделения их представителей решающим голосом обсуждались как разные юридические вопросы. Из общей компетенции краевого правительства в этой сфере нельзя выводить конкретное решение о языке, принятое после встречи.

Понятие будущего краевого народного собрания в статье 4 также требует разграничения с предпарламентом, о котором говорил Ахматович. Первое являлось институтом украинского проекта устройства автономии; второй предлагался крымской стороной как орган предварительной санкции изменений политического статуса.

13. Финансовые положения и таможенное устройство

Финансовая модель проекта была распределена между статьями 8, 10, 11 и 17. Краевому уровню отводились некоторые прямые налоги и самостоятельный бюджет. Общий уровень получал подоходный налог, косвенное налогообложение, валюту, Государственный банк и финансирование служб общегосударственного значения. Предлагалась единая таможенная граница, а не два независимых торговых пространства, соединённых внешним соглашением.

Сопоставление решения 18 сентября с финансовыми статьями октябрьского проекта показывает разные предметы актов. Сентябрьское постановление временно приостанавливало торговые ограничения ради начала переговоров; октябрьский проект определял будущее общее управление. Из постановления о прекращении таможенной войны не следует исполнение пунктов об общей валюте и едином банке.

Отдельные суммы бюджетных доходов, штат крымского финансового аппарата при предполагаемой автономии и фактические расходы украинского правительства на краевые учреждения в тексте 9 октября не указаны. Для их определения требуются сохранившиеся сметы, балансы, кассовые книги и решения ведомств. В данной работе устанавливается предложенная структура управления финансами, с оставлением количественных вопросов открытыми.

14. Судебная система, городские и земские учреждения

По пункту 9 местные суды и следственные органы должны были подчиняться краевому правительству; предполагалось учредить в Симферополе Крымскую судебную палату, сохранив высшие инстанции в системе Государственного сената Украинской державы. Пункт 12 распространял общие гражданские и уголовные законы на Крым, допуская особенности, одобренные по определённой местной законодательной процедуре. Эти положения устанавливают предложенное разграничение судебной компетенции.

Текст судебных статей проекта содержит названия учреждений в будущем или нормативно проектируемом статусе. Он не удостоверяет фактического создания новой палаты именно 9 октября, назначения председателя, штата и начала движения дел. Для констатации исполнения необходимы приказы об учреждении и документы самих судебных учреждений.

По статье 14 городское и земское самоуправление относилось к краевым органам. В этом вопросе проект соприкасался с уже действовавшими местными учреждениями, политические представители которых отдельно участвовали в общественных обсуждениях статуса полуострова. Для установления их коллективной позиции нужны собственные постановления земских управ и городских дум, а не только реплики представителей в Киеве.

15. Военное управление и инфраструктура

В пунктах 3, 7, 11, 13 и 17 устанавливались правила для армии, флота, портов, железных дорог и сети связи. Управление армией и флотом и расходы на них относились к общему украинскому государственному уровню. Крымские воинские части могли формироваться территориально. Военные и торговые порты предполагалось передать под украинское управление с финансированием из общего бюджета. Железнодорожное сообщение, почта и телеграф должны были эксплуатироваться совместно, тогда как прочие дороги и природные ресурсы отходили местным учреждениям.

Публикация этих пунктов позволяет составить полный перечень названных предметов ведения. Однако конкретный состав Черноморского флота, принадлежность каждого военного корабля, размеры портовых расходов и порядок передачи железнодорожного имущества в нём не раскрыты. Для таких выводов необходимы отдельные приказы и акты приёма-передачи.

Поэтому текст 9 октября нельзя использовать как доказательство состоявшегося подчинения флота Украинской державе в этот день. Документ удостоверяет предложение, действие которого предполагало принятие и исполнение будущего политического соглашения.

16. Представители общин и пределы их полномочий

Второй этап заседания 9 октября начался после возвращения крымской делегации около 16 часов 25 минут. Ахматович представил Т. Раппа как представителя немецких колонистов, Ю. Везирова и А. Озенбашлы как представителей крымскотатарского населения. В опубликованном протокольном изложении отмечено, что Рапп отсутствовал из-за болезни, поэтому его полномочие в тот момент не оглашали. Следует различать обозначение официального представителя и его личное присутствие на конкретной стадии заседания.

Фёдор Лизогуб обратил внимание, что доверенности крымскотатарских представителей ограничены экономическими вопросами, в связи с чем они могут участвовать в политическом обсуждении с совещательным голосом. Ахматович требовал для них решающего голоса, заявляя о необходимости учитывать волю населения при изменении статуса Крыма. Вопрос имел процедурную форму, связанную с конкретным содержанием мандатов.

На заседании 10 октября, по этому же источнику, названы представители немецких колонистов Т. Рапп и А. Нефф. Точные доверенности всех представителей, протоколы их выдвижения и право выступать от имени национальных организаций составляют отдельную группу архивных документов. Позиция конкретного уполномоченного должна атрибутироваться ему самому и учреждению, выдавшему мандат.

17. Предпарламент и парламентская ратификация

На заседании 9 октября Александр Ахматович предложил объявить перерыв приблизительно на сутки, чтобы подготовить встречный проект. Он сообщил, что политическое соглашение предполагалось представить специально созванному крымскому предпарламенту, который, по его словам, мог бы собраться примерно через три недели, а затем — полноценному парламенту для окончательного утверждения и ратификации. Эти сведения в публикации второго протокола представлены как заявление председателя крымской делегации; они не удостоверяют, что соответствующий парламент уже существовал или фактически собрался к объявленной дате.

Фёдор Лизогуб поставил вопрос о полноте полномочий правительства, если принятие выработанного договора зависело от будущего решения органов, которых во время переговоров ещё не было. Он указал и на возможное расхождение между решениями предпарламента и последующего парламента. Ахматович объяснял, что ратификация парламентом является заключительной стадией предполагаемой процедуры.

Значение этой части протокола заключается в точной постановке вопроса о том, какое учреждение могло создать обязательное для Крыма договорное решение. Письменное полномочие Сулькевича от 26 сентября позволяло вести переговоры и подписывать акты, а на заседании 9 октября его делегация обсуждала условие дальнейшей представительской санкции. Эти документы и реплики должны сопоставляться без замены одного другим.

Сообщение о трёхнедельном сроке представляет собой объявленное намерение. Для подтверждения фактического созыва предпарламента потребовался бы особый акт о его составе, полномочиях и открытии заседаний. Данные 9 октября позволяют установить само требование, но не исполнение этой процедуры.

18. Секретариаты и фиксация заседания

Завершающая стадия переговоров 9 октября касалась формата протокольной записи. Заместитель министра иностранных дел Украинской державы Александр Палтов указал, что он сам и представитель морского министерства участвуют с совещательным голосом. Он предложил вести журнал заседаний. Николай Чариков настаивал на необходимости протокола как записи дипломатически значимых переговоров и упомянул практику международных конференций.

Ахматович предложил совместное составление протоколов секретариатами делегаций с вынесением на обсуждение лишь сомнительных мест. Фёдор Лизогуб согласился. Описание соответствующих реплик ссылается на ЦДАВО Украины, ф. 3808, оп. 1, д. 21, л. 38–42. Процедурное решение объясняет последующее специальное заседание 12 октября по сверке записей.

Стороны также затронули возможность в период подготовки крымского представительства продолжать хозяйственную работу. Ахматович предлагал использовать предстоящие недели для ведомственного обсуждения практических вопросов; Лизогуб сообщил, что ответ на эту инициативу будет дан позднее. Известный протокол не даёт оснований утверждать, что такая новая экономическая комиссия была учреждена непосредственно 9 октября.

По реконструкции длительности встречи заседание закончилось около 17 часов 25 минут. Следующее общее заседание назначили на 10 октября в Министерстве иностранных дел Украинской державы. Время окончания здесь относится к записи конкретной встречи, а не к окончанию переговоров в целом.

19. Третье заседание 10 октября

Переговорные представители снова собрались 10 октября 1918 года в 16 часов 30 минут. В этот день присутствовали также представители немецких колонистов Т. Рапп и А. Нефф и крымскотатарского населения Ю. Везиров и А. Озенбашлы. В начале заседания Фёдор Лизогуб попросил крымскую делегацию представить подготовленное письменное изложение собственной позиции. Перед чтением документа Ахматович огласил полномочия представителей немецких колонистов.

В источниковом изложении третьего заседания указано, что представители Крыма предъявили текст, описывавший сложившиеся до поездки политические мнения, проект самого краевого правительства и порядок, на котором они могли продолжать обсуждение. Для ознакомления с текстом украинская делегация объявила перерыв. Это подтверждает существование формализованного встречного письменного заявления, а не только устных возражений.

Содержание заявленного крымской стороной проекта требует изучения в связи с общими положениями украинского варианта. Основной вопрос состоял в сохранении широкой самостоятельности крымских учреждений и предварительном подтверждении политического решения представительным органом. В конце опубликованного заявления от 10 октября приведены подписные формулы Александра Ахматовича, Домброво, Л. Фримана, Николая Чарикова и Д. Никифорова.

Подписные имена в научной публикации устанавливают состав, указанный при документе. Факт наличия непосредственно проверенных собственноручных подписей на конкретной архивной копии требует просмотра изображения листов 50–51.

20. Встречные предложения о государственном устройстве

Крымское письменное заявление 10 октября проводило разграничение между полным политическим отделением и различными моделями соединения с Украиной. В опубликованном тексте сообщалось о собственном проекте краевого правительства, который его авторы считали промежуточным вариантом между крайними мнениями. Крымские представители заявили, что не могут подписать предложенный украинский проект на основании полученной ими инструкции.

Документ содержал требование получить от населения полномочие на изменение политического положения Крыма, дождаться решения созываемого предпарламента и поставить окончательное соглашение в зависимость от будущего международного мирного конгресса. Эти пункты представлены в публикации заявления крымской делегации, с ссылками на дело 21 фонда 3808.

Само требование международного решения следует рассматривать как содержание заявления стороны. Установить реальное существование соответствующего международного арбитражного производства из этого текста невозможно. Не подтверждено и принятие международным органом решения по данному проекту.

Николай Чариков позднее характеризовал предлагавшийся крымской стороной порядок как федеративную конструкцию с общим центром в Киеве и широким местным ведением. Ретроспективное свидетельство Чарикова передаёт позицию самого участника. При сопоставлении с документом от 10 октября приоритет принадлежит датированному письменному заявлению, тогда как воспоминание сохраняет собственную хронологическую и жанровую характеристику.

21. Прекращение официальных переговоров

После заслушивания крымского заявления Фёдор Лизогуб от имени украинских представителей сообщил о невозможности продолжать официальные переговоры с действующей делегацией при поставленных ею условиях. Он считал недостаточными её возможности заключить обязательный окончательный договор. Ахматович возражал против оценки его мандата и выражал желание дать дополнительный письменный ответ.

В протокольных репликах третьего заседания зафиксирован переход от официального переговорного формата к обсуждавшейся возможности частной беседы. Украинская сторона назвала официальную часть завершённой. Это существенный документальный рубеж, который следует учитывать при описании судьбы предложений, предъявленных 9 октября.

Из последовательности 9–10 октября следует, что девятнадцать украинских статей были переданы и обсуждены, но не стали взаимно утверждённым договором на указанных заседаниях. Для иной квалификации требуется конкретный датированный акт последующего согласия обеих сторон и его юридическая форма. Исследованные протоколы такого акта не предъявляют.

Участники договорились о специальной встрече для проверки протоколов и их подписания. Эта часть переговорной процедуры имеет самостоятельный предмет: согласование текста исторической записи о заседаниях, а не обязательности политического проекта.

22. Заседание 12 октября: сверка протоколов

12 октября состоялась заключительная встреча, предназначенная для прочтения, исправления и принятия протоколов трёх предшествующих заседаний. Председательствовал министр иностранных дел Дмитрий Дорошенко по поручению Фёдора Лизогуба; последний лично не присутствовал. Александр Ахматович также отсутствовал, и от крымской делегации действовал Николай Чариков как её старший член.

Как установлено в исследовании протокольной процедуры, записи были оглашены, после небольших изменений приняты, а встреча закончилась приблизительно в 15 часов. Для её документирования приведён адрес ЦДАВО Украины, ф. 3766, оп. 2, д. 38, л. 1–1 об. Он отличается от листов протокола 9 октября и нуждается в отдельном прямом архивном просмотре.

Сверка текста 12 октября удостоверяет согласование записи предыдущих встреч. В имеющемся документальном воспроизведении отсутствует описание акта ратификации политического договора о переходе Крыма под верховную власть гетмана. Смешение этих двух действий приводит к ошибочному отождествлению подписания протокола с утверждением девятнадцатипунктного проекта.

Самостоятельного внешнего рецензирования этой архивной конструкции не проводилось. Внутреннее научное заключение основывается на сопоставлении датированных записей и их собственных юридических предметов.

23. Пределы хронологии до 16 октября

Симферопольская брошюра 1918 года имеет хронологическое указание «26 сентября — 16 октября». Эта формула относится к составу изданной подборки документов и периоду пребывания делегации в Киеве. Библиографическая запись сборника удостоверяет название и конечную дату в заглавии; сама по себе она не определяет последнего дня официальных политических переговоров.

В исследованной последовательности общие заседания относятся к 5, 9 и 10 октября, а 12 октября состоялась отдельная встреча для оформления записей. Необходимость установить точные даты отбытия каждого делегата, подачи отчёта Сулькевичу и его рассмотрения краевым кабинетом сохраняется как отдельная задача.

Сведения о последующей хозяйственной переписке и ведомственных контактах не подменяют этого вопроса. Даже если после 12 октября продолжалась передача отдельных бумаг, она могла быть связана с завершением делопроизводства, хозяйственными отношениями либо другими предметами. Каждый акт должен получить собственную дату и жанровую характеристику.

24. Историческая периодика и торговые сообщения

Владимир Сергийчук приводит ссылки на киевскую газету «Відродження» от 3, 9 и 11 октября 1918 года, в частности в связи с сообщениями о снабжении, вывозе плодов и деятельности украинских организаций в Крыму. Электронное воспроизведение главы позволяет установить содержание приведённых исследователем ссылок и их даты.

Другая научная публикация 2019 года ссылается на газету «Киевская мысль», в том числе на выпуск от 1 октября (18 сентября), и на архивную переписку Ахматовича: Государственный архив Республики Крым, ф. Р-999, оп. 1, д. 53, л. 1–15. Это проверяемый маршрут для отдельной реконструкции контактов делегации с Симферополем.

Газетные числа о возможных поставках фиксируются как заявления, опубликованные современной событиям прессой и переданные исследователями. Необходимые для подтверждения реального перевозочного объёма накладные, таможенные реестры и учётные документы непосредственно не осмотрены. Печатные даты газетных номеров требуют сверки оригинальной шапки и применявшегося календарного стиля.

25. Ноябрьские события и вопрос реализации проекта

Согласно архивной экспозиции событий 1918 года, в ноябре правительство Сулькевича прекратило деятельность; в ней указана дата 14 ноября. Дальнейшие перемены в краевых учреждениях ограничивают время, в течение которого проект октября мог обсуждаться первым кабинетом. Сама смена правительства удостоверяется отдельно от вопроса о юридической силе девятнадцати статей.

Ни протокол 9 октября, ни описанная процедура 12 октября не являются свидетельством введения всего проекта в действие. Обнаруженные документы позволяют установить переговорную подготовку и прекращение официальных переговоров; для признания осуществлённой автономии требуются утверждённые двусторонние акты и документы формирования предусмотренных институтов. Архивный обзор ЦДАВО сообщает о нереализации политического соединения по этой схеме.

В то же время прекращение переговоров об общем устройстве не означает автоматической отмены всех распоряжений о таможне, снабжении и связи. Судьбу отдельных хозяйственных мер необходимо проверять по учреждениям и датам. В рамках настоящего исследования их действительная реализация остаётся открытым документальным вопросом.

26. Архивные и библиографические разночтения

Первое разночтение касается строения комплекса ф. 3808, оп. 1, д. 21, л. 37–45. Архивная экспозиция ЦДАВО описывает протокол № 2 и девятнадцатипунктные «Главные основания» по общему диапазону. Научная публикация уточняет, что положения проекта размещены на листах 43–45; другие части протокола отнесены к листам 37–42. Эти сведения позволяют предположить включение двух связанных текстов в одно дело, но реальное расположение подписей, приложений и последующих приписок устанавливается только сквозным просмотром изображений.

Второе расхождение касается письма Сулькевича от 26 сентября. В цифровом описании ЦДАВО указан ф. 3696, оп. 2, д. 703, л. 1. В публикации Сергийчука используется ф. 3696, оп. 2к, д. 6, л. 1. Оба шифра сохраняются как действительные цитаты двух опубликованных источников; утверждение их полного тождества откладывается до проверки описей и документов.

Третье расхождение — разночтения в заглавии (делегация «Крымского правительства» или «Крымского государства»), месте печати (в поздних указателях встречаются «типография МВД» и «типография ВДР») и полный объём симферопольского сборника 1918 года: 85 страниц в одной библиографии и 100 страниц в другой. Возможные причины разницы устанавливаются по конкретным экземплярам и их структуре.

Четвёртое расхождение связано с юридической формулой результата. Обзорные публикации иногда сообщают о «предварительном соглашении» осенью 1918 года, тогда как подробная протокольная последовательность подтверждает предъявление проекта 9 октября, прекращение официальных переговоров 10 октября и принятие записей заседаний 12 октября. Для научного вывода решающим является точное определение предмета: переговорные условия, акт о завершении заседаний и договор о политическом соединении образуют разные документальные категории.

27. Календарь, язык и документальная терминология

Даты официальных киевских актов осени 1918 года приводятся так, как они указаны в архивной экспозиции и документальных научных публикациях: 18, 23, 26 сентября; 5, 8, 9, 10 и 12 октября. При соотнесении с периодикой учитывается, что отдельные газетные ссылки содержат двойную датировку. Например, исследование со ссылками на «Киевскую мысль» передаёт дату выпуска как «1 октября (18 сентября)». Эта запись сохраняется в оригинальной форме; механический пересчёт всех встречающихся дат не выполняется.

Документы киевских переговоров составлялись в делопроизводственной среде русского языка начала XX века. В книге 2024 года отдельные документы и пространные реплики переданы на украинском. Для настоящего досье избран русский исследовательский пересказ статей с сохранением порядка и правового содержания, без выдачи перевода за дипломатическую транскрипцию оригинала.

Термины «присоединение», «слияние», «соединение», «объединение» и «федерация» встречаются в разных документах и выступлениях. Они фиксируются через говорившего и соответствующий текст. Отсутствие договора нельзя доказывать лишь лексическим различием: вывод основан на датированном течении процедуры и отсутствии установленного акта её завершения в изученном корпусе.

В именном указателе сохраняются варианты форм имени Сулькевича, написания фамилий крымскотатарских делегатов и полные либо сокращённые имена членов кабинетов. Смешение разных языковых форм устраняется посредством явной связи с конкретным историческим лицом, без изменения опубликованной цитаты.

28. Проверочная хронология

7 мая 1918 года — Совет министров Украинской державы рассматривает крымский вопрос при определении государственных границ. Журнал заседания 7 мая; ЦДАВО Украины, ф. 1064, оп. 1, д. 6, л. 5–6 об.

18 сентября — Киев принимает постановление о временном прекращении таможенной войны при направлении делегации и о личном ведении переговоров заинтересованными министрами. Постановление 18 сентября; ф. 1064, оп. 1, д. 11, л. 61–62.

23 сентября — рассмотрено требование к объёму политических полномочий крымских делегатов. Изложение документа от 23 сентября.

26 сентября — Сулькевич направляет гетману полномочие своей делегации. Архивное описание письма; ф. 3696, оп. 2, д. 703, л. 1. В другом воспроизведении шифр различается.

5 октября — первое общее заседание, спор о доверенностях и приоритетности политических или хозяйственных вопросов. Протокол первой встречи; ф. 3808, оп. 1, д. 21, л. 30–36.

8 октября — дополнительное полномочие украинской переговорной делегации. Решение украинского кабинета; ф. 1064, оп. 1, д. 7, л. 9–11 об.

9 октября, 15:15 — начало второго заседания, оглашение и передача девятнадцатипунктного украинского проекта. Около 16:25 — продолжение после перерыва, обсуждение представительства и парламентарной санкции. Около 17:25 — окончание. Протокол № 2; ф. 3808, оп. 1, д. 21, л. 37–45.

10 октября, 16:30 — третье заседание, крымское встречное заявление, прекращение официального переговорного формата. Материалы третьего заседания; ф. 3808, оп. 1, д. 21, л. 46–51.

12 октября — чтение, уточнение и принятие записей трёх заседаний; завершение около 15:00. Протокол сверки записей; ф. 3766, оп. 2, д. 38, л. 1–1 об.

16 октября — конечная дата периода, обозначенного в названии современного событиям сборника документов; самостоятельного официального пленарного заседания эта дата не подтверждает.

14 ноября — отставка правительства Сулькевича по обзорному изложению ЦДАВО; дальнейшая история краевого управления образует связанную исследовательскую тему.

29. Реестр лиц, учреждений и географии

Фёдор Андреевич Лизогуб — председатель Совета министров Украинской державы; руководил основными украинскими переговорами 5, 9 и 10 октября. Дмитрий Иванович Дорошенко — министр иностранных дел; председательствовал при сверке протоколов 12 октября. Игорь Александрович Кистяковский — министр внутренних дел, участник споров о доверенностях. Антон Ржепецкий — министр финансов. Сергей Гутник — министр торговли и промышленности; был в числе уполномоченных 8 октября, но отсутствовал 9 октября. Александр Рогоза — военный министр, включённый в постановление о полномочиях. Александр Палтов — заместитель министра иностранных дел, участвовал с совещательным голосом.

Сулейман-Муравьёвич, также Матвей Александрович, Сулькевич — председатель Первого Крымского краевого правительства; направил полномочие 26 сентября. Александр Ахматович — председатель крымской делегации на официальных заседаниях. Николай Чариков — министр народного просвещения крымского правительства и председатель крымских представителей 12 октября. Л. Фриман, Д. Никифоров и Домброво — лица, приведённые в подписном составе заявления 10 октября. Ю. Везиров и Амет Озенбашлы — представители крымскотатарского населения; Т. Рапп и А. Нефф — представители немецких колонистов, упомянутые в протокольном материале. Основанием реестра служит документальное изложение переговоров.

Ключевые учреждения: Совет министров Украинской державы, Министерство иностранных дел, Министерство финансов, Крымское краевое правительство, предполагавшиеся Крымское краевое народное собрание и предпарламент, Украинский государственный сенат. Известные пункты географии: Киев — место заседаний; Симферополь — место расположения крымского кабинета и предполагаемой судебной палаты; Севастополь — портовый центр в рамках обсуждавшегося военно-морского устройства. Приведённые в проекте институты, ещё только предполагаемые к учреждению, сохраняют указание на этот статус.

30. Результаты источниковедческого сопоставления

Выявленная цепочка актов состоит из последовательных решений и сообщений: постановление 7 мая определило украинскую правительственную позицию, акт 18 сентября связал временную таможенную меру с прибытием делегации, письмо 26 сентября удостоверило её мандат, протокол 5 октября зафиксировал спор об объёме полномочий, решение 8 октября подтвердило правомочность украинских министров, 9 октября стороны рассмотрели девятнадцатипунктный проект, 10 октября были предъявлены встречные требования и объявлено прекращение официальных переговоров, 12 октября согласованы записи состоявшихся встреч.

Самостоятельный исследовательский результат состоит в разграничении трёх текстовых предметов: протокола второго заседания, приложенного украинского проекта и самостоятельного встречного заявления. Содержание каждого текста получает точную дату и атрибуцию. Особое внимание уделено разнице между условиями, предложенными украинским правительством, и процедурами народной санкции, о которых говорил Ахматович. Подробная публикация переговорных документов позволяет восстановить эти отношения по последовательности реплик и письменных текстов.

Установлена также группа проверяемых источниковых расхождений: два архивных шифра одного сентябрьского полномочия, разные библиографические размеры симферопольского сборника, общий листовой диапазон протокола и проекта и различные формулы итогов в позднейшей литературе. Все они описаны как проблемы идентификации, а не скрыты выбором удобного варианта.

31. Итоги документального исследования

Документально установлен факт второго общего заседания украинской и крымской делегаций 9 октября 1918 года в Киеве. Архивное местонахождение его копии установлено в цифровой экспозиции: ЦДАВО Украины, ф. 3808, оп. 1, д. 21, л. 37–45. В ходе встречи украинская сторона предъявила девятнадцатипунктный проект соединения Крыма с Украинской державой на правах автономного края под верховной властью гетмана. В проекте были определены компетенции по вопросам местного законодательства, финансов, суда, армии, флота, портов, сообщений, промышленности, языка и представительства при центральном кабинете.

Установлены заявленные крымской делегацией требования об участии представителей населения и последующей процедуре утверждения будущего договора предпарламентом и парламентом. 10 октября она представила письменное встречное заявление, а украинские делегаты сообщили о прекращении официальных переговоров в прежнем формате. 12 октября отдельная встреча была посвящена сверке и принятию записей предыдущих заседаний. В проверенном корпусе нет удостоверенного документа двусторонней ратификации девятнадцатипунктной политической схемы по итогам 9 октября, и проект сохраняет статус переговорного предложения.

Область дальнейшей документальной проверки точно определена: непосредственное чтение и сверка листов 37–45 и 46–51 дела 21 фонда 3808, сравнение экземпляра проекта в деле 19 фонда 1064, сопоставление двух шифров письма Сулькевича, проверка оригинальных подписей и протокола 12 октября, идентификация экземпляров сборника 1918 года и чтение названных газетных подшивок. До разрешения этих задач сохраняются формулировки, соответствующие реально проверенным источникам.

Авторский вклад состоит в выявлении документальных связей, раздельной реконструкции заседаний и приложенных бумаг, постатейном изложении девятнадцати положений и фиксации проверяемых разночтений. Все причины и цели изложены только как прямо атрибутированные слова участников и мотивировки государственных актов. Научная редакция настоящего досье завершена в пределах описанного открытого корпуса; внешнее рецензирование является отдельной процедурой.

Источники и литература

1. Центральный государственный архив высших органов власти и управления Украины (ЦДАВО Украины). Крим як складова Української Держави. Рік 1918: электронная экспозиция документов 1918 года. Журнал Совета министров Украинской державы от 7 мая — ф. 1064, оп. 1, д. 6, л. 5–6 об.; решение от 18 сентября — ф. 1064, оп. 1, д. 11, л. 61–62; письмо Сулькевича от 26 сентября — ф. 3696, оп. 2, д. 703, л. 1; протокол № 2 и проект от 9 октября — ф. 3808, оп. 1, д. 21, л. 37–45. Архивная экспозиция документов.

2. Крымско-Украинские переговоры. Собрание документов, касающихся пребывания в Киеве делегации Крымского правительства [вариант в библиографиях: Крымского государства]. 26 сентября — 16 октября 1918 г. Симферополь, 1918. Библиографически встречается обозначение типографии «ВДР»; полные выходные данные подлежат проверке по титульному листу. Объём издания указан по-разному: 85 с. в библиографическом перечне; 100 с. в библиографии диссертации. Полный первопечатный экземпляр непосредственно не осмотрен.

3. Гай-Нижник П. П. Шляхом злуки: Крим та Українська Держава. Діяльність уряду гетьмана П. Скоропадського щодо приєднання Криму до Української Держави у 1918 році // Формування модерної національної свідомості українців Криму: тенденції, перспективи та асиміляційні загрози (кінець ХІХ — початок ХХІ ст.) / упорядник і науковий редактор П. П. Гай-Нижник. Київ: Саміт-Книга, 2024. 544 с. Исследуемая глава: с. 104–180; переговоры: с. 160–172. ISBN 978-966-986-699-8. Полный текст научного издания.

4. Сергійчук В. І. Український Крим. Київ, 2001. Раздел «Переговори про возз’єднання Криму з Україною». Воспроизведение главы исследования; карточка Национальной библиотеки.

5. Зарубин В. Г. Крым в 1918–1919 гг.: интервенты, местные власти и население. 2004. Электронное историческое исследование. Доступны индексированные отрывки; прямая загрузка страницы во время работы возвращала ошибку HTTP 502.

6. Крим: шлях крізь віки. Історія у запитаннях і відповідях. 2014. Раздел «Як вирішувалося питання про автономію Криму у складі Української Держави восени 1918 р.?». Публикация справочной главы.

7. Крапивенцев М. Ю. История трансформации политико-правового статуса Крыма в 1917–1921 годах: диссертация кандидата исторических наук. Севастополь, 2014. 231 с. Электронная библиографическая карточка.

8. Українська дипломатія в добу національно-визвольних змагань: збірник наукових тез. 2019. С. 37–38 — упоминания первопечатного собрания 1918 года, сообщений «Киевской мысли» и ГАРК, ф. Р-999, оп. 1, д. 53, л. 1–15. Научный сборник 2019 года.

9. «Відродження». Киев, 1918. Упомянуты выпуски от 3, 9, 11 октября. Сведения воспроизведены в главе В. И. Сергийчука. Газетные оригиналы непосредственно не осмотрены.

10. «Киевская мысль». Киев, 1918. Сведения о выпусках от 1 октября (18 сентября) и 10 октября (27 сентября) по научному библиографическому указанию. Газетные оригиналы непосредственно не осмотрены.