Передача главнокомандования от Деникина Врангелю 4 апреля 1920 года

1. Предмет и границы документального исследования

Предмет досье — последовательность передачи главнокомандования Вооружёнными силами на Юге России от Антона Ивановича Деникина к Петру Николаевичу Врангелю 22 марта (4 апреля) 1920 года. Реконструкция основана на сопоставлении инициирующей переписки, документов Военного совета, приказа Деникина № 2899, приказа Врангеля № 2900, сообщений участников заседаний и современной событию американской дипломатической переписки. Основные нормативные тексты доступны через «Записки» Врангеля, где воспроизведены оба приказа и подписное постановление военных начальников. Развитие решения в Феодосии представлено в главе XXIV Деникина, а подробности заседаний — в главе XXV и воспоминаниях Махрова. Независимая календарная проверка выполняется по американскому донесению от 5 апреля. Подтверждённые документы отделены от позднейших пересказов. Когда автор рассказывает о собственных действиях, его свидетельство атрибутируется лично. Когда автор передаёт содержание разговоров других лиц, указывается посреднический характер текста. Приказы в мемуарной публикации рассматриваются как воспроизведения документов, а не как непосредственно осмотренные архивные листы. Это различение определяет пределы каждого дальнейшего вывода.

2. Хронология старого и нового календарных стилей

Приказы № 2899 и № 2900 датированы 22 марта 1920 года по юлианскому календарю. В григорианском календаре этот день соответствует 4 апреля. Соответствие дат подтверждает донесение Маккалли от 5 апреля, прямо называющее 4 апреля днём вступления Врангеля в командование. Поэтому в заглавии используется 4 апреля, а в транскрипциях документов сохраняется 22 марта. Русская переписка и повествования участников употребляют старый стиль; американская дипломатическая публикация — даты нового стиля. При сопоставлении дат необходимо сохранять значение исходной записи: «3 апреля» в американском документе не относится к тому же дню, что русское «3 апреля» старого стиля. Нельзя автоматически переносить тринадцатидневную разницу на каждый неизвестный документ без определения его системы датировки. Предыстория ограничена письмом Деникина 20 марта (2 апреля), первым заседанием 21 марта (3 апреля) и подготовкой назначения. Основной предмет относится к 22 марта (4 апреля), а ближайшие последующие события используются для проверки факта начала деятельности нового главнокомандующего.

3. Крымское положение Вооружённых сил на Юге России

В конце марта 1920 года Ставка Деникина находилась в Феодосии, тогда как значительная часть войск, выведенных из Новороссийска, находилась в Крыму либо продолжала отход вдоль Черноморского побережья Кавказа. Деникин описал судьбу войск, отдельные вопросы перевозки и отношения между частями Донской, Кубанской и Добровольческой армий. Это авторское свидетельство главнокомандующего о положении подчинённых ему сил. Врангель, прибыв в Севастополь, встретился с генералом Улагаем и изложил его сообщения о состоянии кавказских частей. Эта беседа приведена в его воспоминаниях. Оценки численности отступавших, боеспособности частей и настроений войск должны читаться как сообщения Улагая через Врангеля, пока не сопоставлены с соответствующими донесениями. Действовали штаб главнокомандующего, командование Крымского корпуса и русский флот. Вопрос передачи верховного командования возник внутри сохранявшейся военной организации. Перемены в составе правительства, состоянии снабжения и политических целях свидетельства описывают неодинаково; они служат контекстом, но не заменяют прямой анализ приказов о смене начальника.

4. Решение Деникина и его собственные объяснения

Деникин утверждает, что решение оставить должность было принято им до окончательного совещания в Севастополе. В «Очерках русской смуты» он описал беседы с начальниками и участие генерала Махрова в подготовке телеграммы о созыве совета. В письме к председателю совета он объяснял свой уход собственным отношением к состоянию армии и руководству ею. Причины, которые Деникин назвал в письме, представляют его документально засвидетельствованную позицию. Из них следует факт заявленного решения уйти; они сами по себе не являются независимой оценкой всех служащих ВСЮР и не доказывают существования определённого единодушного настроения в корпусах. Исследование устанавливает последовательные действия: принятие решения, официальное уведомление председателя совета, требование получить рекомендацию о преемнике и издание приказа о назначении. Личные объяснения участников остаются атрибутированными, а их недокументированные возможные мотивы не подставляются в реконструкцию как факты.

5. Начальник штаба Пётр Семёнович Махров

Пётр Семёнович Махров являлся начальником штаба главнокомандующего в момент обсуждения передачи власти. По сообщению Деникина, он участвовал в составлении секретной телеграммы о созыве совета. Впоследствии Махров присутствовал в Севастополе и описал заседания в собственных воспоминаниях. Текст воспоминаний Махрова представляет третью линию свидетельств наряду с сочинениями обоих главнокомандующих. Автор указывает, что после назначения Врангель оставил его на должности начальника штаба. Данное сообщение подтверждается присутствием Махрова в изложении первых действий Врангеля. Поскольку мемуары составлены после событий, необходимо отделять увиденное самим автором от услышанного им позднее. В частности, Махров прямо отмечает, что содержания отдельных разговоров Врангеля с Драгомировым не знал. Эта оговорка позволяет ограничить реконструкцию слов участников пределами непосредственных свидетельств.

6. Секретная телеграмма о созыве Военного совета

Деникин сообщает, что вместе с Махровым составил секретное приказание собрать 21 марта 1920 года в Севастополе военных начальников для рассмотрения вопроса о преемнике. Председателем был определён генерал от кавалерии Абрам Михайлович Драгомиров. Воспроизведённый Деникиным состав совета включал командиров корпусов, начальников дивизий, представителей флота, Ставки и казачьих частей. В первоначальный список приглашённых входили командиры Добровольческого и Крымского корпусов, представители Донской армии, несколько высших морских начальников и персонально названные генералы, в том числе Врангель. Следовательно, созывался сравнительно широкий состав военного руководства. Более узкий состав старших начальников сформировался уже в ходе обсуждений. Телеграмма представляла собой распоряжение действующего главнокомандующего о проведении совещания. Её подлинный бланк, исходящий регистрационный номер и журнал передачи не исследованы; поэтому текст и состав участников установлены в пределах мемуарной передачи, а не самостоятельной архивной сверки.

7. Письмо Деникина № 145 от 20 марта

В главе «Смена власти» Врангеля приведено письмо Антона Деникина председателю Военного совета Абраму Драгомирову, № 145, Феодосия, 20 марта 1920 года. Деникин писал, что больше не может руководить армией, и предлагал совещанию указать достойного преемника, которому будут переданы власть и командование. Воспоминания Деникина воспроизводят близкий по содержанию текст. Совпадение основных положений двух изданий позволяет проверить содержание письма на уровне опубликованных текстов. Критическую текстологическую сверку с архивным подлинником в этой работе выполнить не удалось. Номер 145 принадлежит письму, а не войсковому приказу. Оно обозначает намерение Деникина и обращение к председателю совета; ни назначение конкретного лица, ни согласие Врангеля этим документом ещё не оформлены. Указанные в письме мотивы передаются как слова его автора, а не как последующая авторская интерпретация.

8. Два центра решения: Феодосия и Севастополь

Распорядительная последовательность разворачивалась между Феодосией и Севастополем. Деникин находился в Феодосии, где впоследствии датировал приказ № 2899. Совет под председательством Драгомирова заседал в Севастополе, куда прибыл Врангель и где был датирован приказ № 2900. Документальные заголовки обоих приказов подтверждают географическое разделение: назначающий акт исходил из Ставки Деникина, а акт вступления в должность оформлялся новым начальником в месте работы совета. Связь поддерживалась телеграфом и телефонным аппаратом, о которых сообщают участники. Для реконструкции это означает необходимость различать предложение совета, передачу его содержания в Феодосию, принятие решения Деникиным и объявление приказа собравшимся. Нельзя считать, что все действия происходили в одном зале или что Деникин присутствовал на заседании лично.

9. Первое заседание 21 марта (3 апреля)

На совете 21 марта обсуждалась возможность определить преемника. В сообщении Драгомирова, приведённом в «Очерках русской смуты», говорится, что начальники считали недопустимым избрание собственного начальника подчинёнными. Некоторые представители просили Деникина остаться; донские начальники указали на неполноту своего представительства; Слащёв отказался давать мнение за весь Крымский корпус. Особо отмечено, что представители флота уже называли кандидатуру Врангеля. Однако содержание утренней телеграммы следующего дня характеризует предварительную стадию процесса и не отрицает последовавшего подписного постановления старших командиров. Главный результат начального заседания заключался в процедурном возражении против выборного механизма. Совет просил действующего главнокомандующего указать преемника самостоятельно. Это различие между рекомендацией и назначением подтверждено затем формулой приказа № 2899.

10. Утренняя телеграмма Драгомирова 22 марта

Утром 22 марта Деникин получил телеграмму председателя, согласно которой совет не согласился выбирать нового главнокомандующего. Текст, воспроизведённый Деникиным, отдельно сообщает позиции добровольческих частей, кубанских и донских представителей, а также командира Крымского корпуса. По этому сообщению, командиры Добровольческого корпуса выражали желание оставить Деникина, донские представители воздерживались от определения преемника по причине недостаточного состава делегации, а Слащёв просил позволения вернуться на позиции. Некоторые детали этих предложений дополняются поздними мемуарами участников. Текст следует читать как официальное сообщение председателя действующему начальнику. Он фиксирует состояние мнений на момент передачи, а не окончательный результат всего дня. Подлинный телеграфный бланк, отметка о получении и точное время отправления не изучены; факт переписки и её основное содержание основаны на воспроизведении в мемуарах.

11. Ответ Деникина: требование определить преемника

После сообщения Драгомирова Деникин ответил, что не отказывается от принятого решения и ожидает от совета предложения конкретного преемника. Приведённый в его книге ответ содержит отдельные замечания о составе делегаций и необходимости избежать затягивания процесса. Данный эпизод показывает различие между первоначальным приглашением совета к избранию и конечной юридической формой решения. Присутствовавшие старшие начальники могли высказать предложение, но командующего назначал сам Деникин. Никакой приведённый документ не свидетельствует о передаче Военному совету самостоятельных полномочий высшего командования. Реконструкция не должна подменять последовательность упрощённой формулой «Врангеля избрали генералы». Совет участвовал в подборе и рекомендации кандидатуры; приказ Деникина придал этому назначению нормативную форму. Вплоть до этого приказа решение оставалось в компетенции действовавшего главнокомандующего.

12. Прибытие Врангеля на линейном корабле «Emperor of India»

По воспоминаниям П. Н. Врангеля, утром 22 марта в Севастопольскую бухту вошёл британский линейный корабль «Emperor of India». С русского флота к борту прибыл катер, а для Врангеля подготовили помещение на крейсере «Генерал Корнилов». Махров также сообщает о прибытии Врангеля на «Императоре Индии» в тот же день и упоминает сопровождавшего его генерала Шатилова. Совпадение описаний двух участников существенно для установления морского маршрута нового командующего. Прибытие не является доказательством уже состоявшегося назначения: в мемуарной последовательности Врангель сначала встретился с председателем совета и выяснил обстановку, а решение было оформлено позднее в течение дня. Судовой журнал и точные часы входа корабля в бухту в настоящей работе не исследованы.

13. Первая встреча Врангеля с Драгомировым

Врангель описывает встречу с Драгомировым после высадки в Севастополе. Он получил сведения о заседаниях совета и британском предложении относительно дальнейшей помощи, после чего обсуждал с председателем состав предстоящего совещания. Его собственный рассказ подробно воспроизводит разговор, но он остаётся свидетельством одного участника. Махров свидетельствует, что о содержании отдельной беседы двух генералов ему известно не было. Поэтому его воспоминания подтверждают общую последовательность прибытия и заседаний, но не доказывают точность всех слов, произнесённых в закрытом разговоре. При описании результата необходимо разделять факт встречи, полученное Врангелем сообщение об обстановке и обсуждавшиеся им предложения. Последующие согласие старших начальников и приказ Деникина являются самостоятельными документальными действиями.

14. Британское сообщение и условия продолжения помощи

Врангель утверждает, что ему было известно британское предложение о прекращении вооружённой борьбы при посредничестве союзников и гарантиях безопасности. Он именует его ультиматумом, поскольку в собственном восприятии связывал предложение с возможным прекращением британской поддержки. Условия пересказаны им в «Смене власти». Американский адмирал позднее также сообщил о предложении посредничества Верховным советом союзников и об условии дальнейшей помощи. Депеша от 5 апреля служит внешним подтверждением появления этих сведений у нового главнокомандующего. Из документов следует, что британское предложение обсуждалось при передаче должности. Само по себе обсуждение не устанавливает заключённого соглашения о перемирии, фактического признания амнистии или завершённой эвакуации. Эти вопросы относились к будущим переговорам и подлежат проверке по отдельным документам.

15. Состав малого совета старших начальников

После первых обсуждений был сформирован меньший состав высших командиров. В перечне Врангеля присутствуют Драгомиров, вице-адмирал Герасимов, донской атаман Богаевский, Сидорин, Келчевский, Вязьмитинов, Турбин, Шатилов, Боровский, Покровский, Юзефович, Шиллинг, Кутепов, Улагай, Ефимов, Стогов, Топорков, Махров, контр-адмирал Евдокимов и сам Врангель. Эта группа отличалась от широкого первоначального собрания командиров. Обсуждение кандидатуры и её условий происходило среди старших начальников, после чего решение довели до остальных присутствовавших. Воспоминания участников у Деникина также описывают малый и большой составы. Наличие списка не позволяет утверждать, что все названные офицеры присутствовали на каждом этапе совещания с момента его созыва. Внутреннее движение участников, их отъезды и возвращения воспроизведены мемуарами не полностью; поэтому проверяется результат подписного акта, а не придуманная постоянная численность аудитории.

16. Выдвижение кандидатуры Врангеля

Различные участники неодинаково описали, кто первым предложил имя Врангеля. В записанном Деникиным свидетельстве Богаевского донской атаман утверждал, что предложил кандидатуру после затяжного обсуждения. Врангель передаёт собственное ожидание и разговоры с председателем совета; Махров акцентирует недостаточно единодушную реакцию некоторых присутствовавших. Среди достоверных результатов этих описаний — появление кандидатуры Врангеля и её последующее представление действующему главнокомандующему. Точное авторство первой устной реплики в закрытом обсуждении установлено лишь со слов конкретного мемуариста. Поэтому текст не объявляет, что «все генералы единогласно избрали Врангеля» с первого обсуждения. Итоговый документ в форме коллективного ходатайства и приказ Деникина дают более надёжное основание для описания процедуры, чем разрозненные воспоминания о первых возгласах и реакциях.

17. Процедура двух заседаний и роль председателя

Драгомиров выступал председателем совета, посредником между офицерами и главнокомандующим и распорядителем порядка заседаний. В переписке Деникина он передавал решения участников и получал ответы Ставки. Врангель описывает обсуждение в меньшем составе старших командиров и последующее оглашение результата большому собранию. Деникин в главе XXV ссылается на повествование одного из участников, поскольку не присутствовал при дебатах. Такое признание автором источника своих сведений позволяет разделить личное знание Деникина о телеграммах и полученные позднее сведения о внутреннем ходе совета. Юридическая функция Драгомирова ограничена председательствованием и передачей мнений. Приказ о назначении был издан Деникиным, а приказ о вступлении в командование — Врангелем. Поэтому роль председателя важна для последовательности передачи информации, но не образует отдельной третьей главнокомандующей власти.

18. Согласование задач нового главнокомандующего

Врангель считал, что назначение преемника должно сопровождаться ясным определением задач, которые от него ожидают старшие начальники. По его воспоминаниям, он прямо поставил вопрос об обеспечении безопасности военнослужащих и населения при возможном прекращении иностранной помощи, а также о пределах обещаний, которые может дать новый командующий. В рассказе Богаевского, приведённом Деникиным, условия, сформулированные Врангелем, вызвали дополнительное обсуждение. Участники считали важным сохранение организованного командования и обсуждали возможности продолжать боевые действия в Крыму. Эти сведения отражают свидетельства отдельных лиц, а не формальную программу будущих месяцев. Научно установимым результатом обсуждения является подготовка письменного постановления и согласия кандидата, воспроизведённых в мемуарах Врангеля. Фактическое содержание последующей деятельности нового главнокомандующего должно рассматриваться через его дальнейшие приказы; нельзя заменять их словами, произнесёнными при принятии поста.

19. Коллективный акт старших начальников 22 марта

В записках П. Н. Врангеля помещено постановление совещания старших начальников, составленное 22 марта 1920 года. В нём содержится ссылка на британское предложение и просьба к Деникину назначить Врангеля с целью проведения сношений с союзниками и обеспечения безопасности военных и гражданских лиц. Список подписантов включает девятнадцать генералов и адмиралов, среди которых Драгомиров, Герасимов, Богаевский, Сидорин, Келчевский, Вязьмитинов, Шатилов, Турбин, Боровский, Покровский, Топорков, Юзефович, Шиллинг, Кутепов, Ефимов, Улагай, Евдокимов, Стогов и Махров. Врангель приводит своё собственное согласие отдельно. Следует отличать дату оформления акта от даты и часа, когда отдельные участники впервые согласились с кандидатурой. Доступный текст является мемуарной передачей постановления, а не осмотренной рукописью с подписями. Его документальная функция — просьба к Деникину, а не самостоятельно изданный приказ нового командования.

20. Спор о необходимости подписей

Врангель вспоминает, что его просьба о письменном постановлении встретила возражения Турбина и Улагая. Улагай, по словам Врангеля, считал письменное подтверждение личного доверия излишним. После нового обращения участники подписали акт. Этот рассказ приведён в «Смене власти». Степень достоверности деталей ограничена одним основным свидетельством. Нет оснований приписывать обоим генералам определённую политическую программу или иной мотив, помимо переданного Врангелем возражения. Тексты отдельных объяснений Турбина и Улагая, равно как полная стенограмма совещания, в проверенном корпусе отсутствуют. Итоговый акт с перечнем подписантов и запись Врангеля о согласии являются непосредственно приведёнными текстами. Поэтому установлен факт существования у автора мемуаров репродукции коллективного ходатайства; вопрос о точном характере сохранившегося оригинала остаётся открытым.

21. Письменное согласие Врангеля

После перечня подписантов коллективного постановления Врангель воспроизводит собственную письменную запись о согласии принять командование, датированную 22 марта 1920 года. Текст согласия отделён от постановления старших начальников и содержит личное подтверждение принятия предлагаемой должности. Это третья ступень процедуры после инициативы Деникина и выработки предложения военных начальников. Согласие кандидата само по себе не заменяло приказ Деникина и не изменяло источник полномочий. Оно подтверждало, что будущий начальник готов принять обязанность после формального назначения. Положение Врангеля относительно будущих задач было сформулировано в связи с международными условиями и судьбой личного состава. Историческая реконструкция фиксирует эту позицию как его собственную, без приписывания ей правового характера военного договора или окончательной программы управления Крымом.

22. Получение решения Деникина в Севастополе

Врангель сообщает, что в ходе подписания коллективного акта Драгомиров был вызван к аппарату связи с Деникиным. После обмена сообщениями председатель узнал о решении главнокомандующего назначить Врангеля. Эпизод присутствует в «Записках». Деникин в «Очерках русской смуты» также описывает несколько последовательных телеграмм между Феодосией и Севастополем. Сопоставление этих сообщений показывает поступление мнений совета в Ставку и последующее распоряжение Деникина. При восстановлении времени не назначаются произвольные часы звонка, окончательного составления текста и оглашения. Доступные публикации позволяют установить суточную датировку и порядок действий, но не содержат непрерывной телеграфной ленты, которую можно было бы сверить с архивной регистрацией.

23. Приказ Деникина № 2899 как акт назначения

Текст приказа № 2899 у Врангеля содержит следующие реквизиты: главнокомандующий Вооружёнными силами на Юге России; город Феодосия; 22 марта 1920 года; подпись генерал-лейтенанта Деникина. Первый параграф непосредственно назначает генерал-лейтенанта барона Врангеля главнокомандующим. Второй параграф представляет собой прощальное обращение Деникина к тем, с кем он служил. Поэтому нормативная функция назначения и обращение предшественника должны анализироваться отдельно. Первый параграф определяет новое должностное лицо, второй фиксирует характер публичного ухода автора приказа. В тексте нет установления новой процедуры выборности командующего и нет делегирования полномочия самому совету. Принятие кандидатуры начальниками предшествовало приказу, тогда как распорядительная формула исходила от действующего главнокомандующего. Этот документ представляет основное формальное основание передачи военного командования 4 апреля нового стиля.

24. Архивный шифр приказа № 2899

В статье И. Б. Таппасхановой «Аграрно-земельные преобразования барона П. Н. Врангеля», опубликованной в журнале «История государства и права» (2016, № 4, с. 6–9), помещена сноска к приказу № 2899: Государственный архив Российской Федерации, ф. 5872, оп. 1, д. 105, л. 19. Архивная ссылка приведена на с. 7 и повторена в списке литературы статьи. Этот результат позволяет указать конкретное место возможного хранения приказа. При этом сама архивная единица в данном исследовании непосредственно не открывалась. Установлена точность воспроизведения авторской печатной ссылки, а не тождество текста конкретного листа с мемуарной репродукцией. Для дальнейшей текстологической проверки необходимо установить, хранится ли на листе оригинал, заверенная копия, перепечатка или выписка, сопоставить заголовок, нумерацию, дату, оба параграфа и подпись. До непосредственного осмотра архивный реквизит в исследовании сопровождается этой ясной квалификацией.

25. Оглашение назначения Военному совету

После принятия Деникиным решения назначение было объявлено участникам совещания. В главе XXV Деникина приведено свидетельство присутствовавшего, описывающее чтение полученного приказа и обращение к собранию. Врангель также рассказывает о выходе к собравшимся старшим и младшим начальникам. Сам Деникин отсутствовал в Севастополе. Он прямо признавал, что внутренние подробности работы совета стали известны ему много позже, и использовал чужие свидетельства. Поэтому его описание диалогов и реакций зала не имеет той же степени непосредственности, что собственная переписка и приказ. Факт оглашения решения соответствует его правовой последовательности. Однако из чтения приказа группе начальников не следует автоматический вывод о том, что все гарнизоны Крыма получили заверенные копии в те же часы. Такая детальная рассылка требует журнала приказов и входящей документации конкретных соединений.

26. Приказ Врангеля № 2900: вступление в должность

Приказ № 2900, датированный Севастополем 22 марта 1920 года, непосредственно ссылается на назначение приказом Деникина № 2899. В публикации приказа у Врангеля он объявляет о принятии руководства Вооружёнными силами на Юге России. Текст обращён к войскам и флоту. Новому главнокомандующему предстояло действовать в сложном положении; он особо упомянул оборону подступов к Крыму сухопутными силами и обеспечение побережья флотом. Это формулировки первого общего обращения нового командующего, а не подробный приказ конкретным полкам или кораблям. Нумерация двух приказов подтверждает связь актов 2899 и 2900. В названиях обоих документов используется прежнее официальное название ВСЮР. Переименование вооружённых сил и дальнейшее изменение административного устройства Крыма нельзя переносить задним числом в текст от 22 марта.

27. Датировка приказа № 2900 и описание его написания

Врангель описывает, как поздно ночью возвращался на крейсер «Генерал Корнилов», затем на рассвете проснулся и начал писать приказ войскам. Следом он приводит приказ № 2900 от 22 марта. При буквальном чтении рассказа фактическое написание могло происходить уже после полуночи, хотя документ носит дату предыдущих суток. Воспоминания Махрова относят издание приказа о вступлении Врангеля в командование к тому же дню, 22 марта. Эти записи не позволяют установить безусловный час написания черновика, но подтверждают общую связь приказа с днём назначения. Исследование сохраняет обе составляющие: собственную дату приказа и описанную в поздних мемуарах последовательность работы автора. Дата вступления в командование 4 апреля дополнительно проверена американским дипломатическим сообщением. Вопрос времени регистрации № 2900 и его первоначальной рассылки остаётся открытым.

28. Первое обращение Врангеля к британскому адмиралу де Робеку

Врангель после вступления в командование направил сообщение адмиралу Джону де Робеку, касающееся британского предложения о посредничестве и безопасности военнослужащих и населения. Текст телеграммы воспроизведён в его воспоминаниях. В сообщении Врангель характеризует своё положение как уже оформленное приказом Деникина и требует от британской стороны мер по обеспечению безопасности тех, кто не желал бы принимать предложенные советской стороной гарантии. Он обсуждал также возможность переговоров при посредничестве союзников. Эта телеграмма является свидетельством заявленных условий и первого внешнего распоряжения нового командования. Она не означает фактического принятия всех предложений британским правительством. Входящие британские документы и дальнейшие ответные бумаги относятся к отдельной дипломатической серии, которую необходимо сопоставлять с русским текстом, а не восстанавливать по одной мемуарной записи.

29. Британская переписка как независимый архивный маршрут

Ричард Х. Ульман в исследовании Anglo-Soviet Relations приводит сведения о британской дипломатической переписке начала апреля 1920 года, включая сообщения адмирала де Робека и материалы Foreign Office. Среди указанных реквизитов фигурируют F.O. 371/3981 и британский опубликованный документ № 679 тома XII. Ульман связывает обсуждавшееся в русском совете предложение с британской политикой посредничества и с первыми ответами нового командования. Его исследование полезно для проверки маршрута документов, их даты в британском григорианском счёте и состава корреспондентов. Однако непосредственный просмотр перечисленных архивных листов и опубликованного британского сборника в ходе настоящего исследования не производился. Поэтому реквизиты сохраняются именно как опубликованные историком ссылки, а сведения британской линии сопоставляются с русскими мемуарами и американскими официальными донесениями в пределах доступных текстов.

30. Депеша Маккалли № 37 от 3 апреля 1920 года

В официальной серии Foreign Relations of the United States опубликован документ 686, том III за 1920 год. Он представляет сообщение американского верховного комиссара в Константинополе адмирала Марка Л. Бристоля, переславшего донесение контр-адмирала Ньютона А. Маккалли из Феодосии. Донесение Маккалли № 37 датировано 3 апреля, 22:00. Телеграмма Бристоля получила № 253 и была принята в Вашингтоне 6 апреля в 01:32. Номер дела Государственного департамента 861.00/6698. В содержании сообщается о намерении Деникина передать руководство преемнику и о том, что Врангель, прибывший в Севастополь, рассматривается как вероятный кандидат. Этот документ предшествует окончательному назначению 4 апреля. Он подтверждает, что вечером 3 апреля иностранный наблюдатель ещё воспринимал решение как предстоящее. Время получения в Вашингтоне не следует смешивать со временем самого события.

31. Депеша Маккалли № 38 от 5 апреля 1920 года

Документ 687 той же официальной серии содержит донесение Маккалли № 38 от 5 апреля, 22:00. Бристоль переслал его как телеграмму № 260; оно было получено в Вашингтоне 8 апреля в 05:32. Архивный номер Государственного департамента 861.00/6711. Маккалли сообщил, что совет генералов не пожелал выбирать вышестоящего начальника собственными силами, поддержал кандидатуру Врангеля, после чего Деникин назначил его главнокомандующим. В тексте прямо указано, что Врангель вступил в исполнение обязанностей 4 апреля. Маккалли также отметил собственный неофициальный визит Врангелю 5 апреля. Депеша представляет внешний контроль основной даты. Сведения о закрытом русском совете Маккалли получил через информаторов, тогда как собственный визит является непосредственным свидетельством автора. Разделение этих уровней позволяет использовать дипломатический источник для точной проверки календаря, не приписывая ему знания всей стенограммы совещаний.

32. Две американские депеши как последовательный контроль

Сопоставление донесения от 3 апреля и донесения от 5 апреля даёт последовательную внешнюю картину: на первом этапе преемник ещё ожидался, на втором Врангель уже был назначен и исполнял обязанности с 4 апреля. Содержание второго документа совпадает с общей линией русских приказов, но отличается по цели составления. Мемуаристы рассказывали о принятии решения в военной среде; американский наблюдатель информировал собственное правительство о произошедшей смене командующего и положении союзных контактов. Наличие современных событию дипломатических сведений подтверждает календарную дату с большей независимостью, чем простое повторение мемуаров двумя позднейшими авторами. При этом точные часы заседания и отправления отдельных телеграмм остаются вне пределов официального американского сообщения.

33. Уход Деникина из Крыма

По воспоминаниям Деникина, вечером 22 марта он простился с сотрудниками Ставки и вместе с Иваном Павловичем Романовским сел на британский миноносец, направлявшийся в Константинополь. Сопровождавшие офицеры следовали на другом, французском корабле и прибыли позднее. Махров также пишет об отъезде Деникина вечером 22 марта. Однако в американской депеше 5 апреля ещё передано сообщение, что Деникин собирается вскоре отправиться в Константинополь. Слова американского наблюдателя выглядят хронологически запоздавшими по отношению к двум участникам. Причина этого различия не определяется без сведений о поступлении информации к Маккалли. В итогах сохранены обе версии. Дата отъезда вечером 4 апреля опирается на совпадающие сообщения двух участников; американская запись сохранена как отдельное свидетельство. Час выхода британского миноносца, его название и точный маршрут могут быть установлены по портовым журналам, которые в данной работе не проверялись.

34. Различие судов Врангеля и Деникина

Врангель и Махров пишут о британском «Emperor of India», доставившем нового командующего в Севастополь. Русский крейсер «Генерал Корнилов» служил местом его размещения на рейде. Деникин и Махров описывают отправление прежнего главнокомандующего на британском миноносце. Таким образом, в событии фигурируют по меньшей мере три различных корабельных позиции: прибытие на британском линкоре, пребывание на русском крейсере и отбытие на британском миноносце. Эти сведения не могут механически объединяться в один морской маршрут. При отсутствии первичных британских судовых журналов не устанавливаются точные часы стоянки и идентичность миноносца. Подтверждена роль кораблей на уровне совпадающих мемуарных сообщений участников, и это отличие сохранено в источниковом реестре.

35. Связь приказов № 2899 и № 2900

Последовательность приказов выражена в самих текстах: приказ Деникина № 2899 объявляет назначение, а приказ Врангеля № 2900 отсылает к нему как к основанию собственного вступления в командование. Оба акта датированы 22 марта и содержат разные места издания. Тексты можно сопоставить в одной главе. Нумерационная преемственность подтверждает служебную связь двух актов, но сама по себе не устанавливает, в какой час составлялся проект каждого из них или когда состоялась фактическая рассылка. Этот вопрос требует первоначальных журналов приказов. Главный документальный результат формулируется без расширения: 4 апреля 1920 года командование ВСЮР перешло от Деникина к Врангелю посредством назначения первым и официального вступления второго. Военный совет предоставил рекомендацию, не заменив собственным актом распоряжения главнокомандующего.

Источники и литература

1. Врангель П. Н. Записки. Книга вторая, «Смена власти». Электронная публикация. Мемуарный источник участника.

2. Деникин А. И. Очерки русской смуты. Глава о смене командования. Мемуарно-историческое свидетельство.

3. Деникин А. И. Очерки русской смуты. Продолжение свидетельства.

4. McCully N. A. Донесение №37 от 3 апреля 1920 года. FRUS 1920, Vol. III, Doc. 686, State Department file 861.00/6698.

5. McCully N. A. Донесение №38 от 5 апреля 1920 года. FRUS 1920, Vol. III, Doc. 687, State Department file 861.00/6711.

6. Махров П. С. В Белой армии генерала Деникина. Электронная публикация.

7. Историко-правовая публикация 2016 года. Электронный выпуск, PDF. Точное название и страницы требуются для библиографической проверки.

8. Anglo-Soviet Relations, 1917–1921. Volume 3: The Anglo-Soviet Accord. Электронное описание. Каталожный ориентир, полный текст не коллировался.