Мобилизация и снабжение Третьего армейского корпуса ВСЮР зимой 1920 года

1. Предмет, география и датировка исследования

Предметом является обеспечение войск III армейского корпуса ВСЮР в зимнюю кампанию января — марта 1920 года, прежде всего в пределах Крымского полуострова, Джанкойского транспортного узла, Перекопского и Чонгарского боевых участков, Юшуньских позиций и ближайшего тыла. Сведения о Северной Таврии и Новороссийской области включаются в той мере, в какой их связь с передвижением частей, подвозом либо снабженческими решениями корпуса прямо установлена документом. Известия об Одессе и других соединениях сохраняют собственную ведомственную принадлежность.

Началом непосредственного рассмотрения служат декабрьские распоряжения 1919 года, исполнение которых предполагалось в январе 1920-го. Завершение приходится на мартовские бои и решения о сосредоточении запасов на случай отступления. Сведения о реорганизации Русской армии после смены главнокомандования относятся к следующему исследовательскому периоду. Общие сведения о составе и кампании помещены в историческом исследовании А. В. Ганина; отдельные оперативные распоряжения и архивные шифры воспроизведены в работе А. С. Кручинина.

Даты «25 декабря 1919 года / 7 января 1920 года», «11/24 января» и «17/30 января» означают соответственно старый и новый календарные стили. Воспоминания, опубликованные впоследствии, могут содержать уже переработанную автором датировку. В каждом таком случае дата следует за свидетельством и обозначается его источник, без самостоятельного календарного пересчёта неатрибутированных фраз.

2. Состав и происхождение корпуса

В состав сил, с которыми генерал Слащёв отходил на крымское направление в конце 1919 года, входили 13-я и 34-я пехотные дивизии и конные части. Это соединения, упомянутые в докладе генерала Шиллинга от 29 января при описании декабрьских действий на Екатеринославском направлении. Шиллинг говорит о дивизиях и конной бригаде генерала Склярова как об оперативной группе, которая участвовала в предшествующих боях; перечисление не является зимней ведомостью всех находившихся в Крыму частей по состоянию на произвольную дату.

В исследовании формирования крымской обороны названы изменения состава дивизий и создание III армейского корпуса. В январских архивных документах, опубликованных Кручининым, встречаются как корпусная подчинённость, так и распоряжения штаба Крымского района. При расчёте наличных сил необходимо отличать штатное наименование дивизии от её фактической боевой численности: по свидетельству начальника штаба А. М. Рогова, численность 34-й дивизии в ходе отхода значительно сократилась.

Основным географическим узлом управления был Джанкой. Здесь сходились направления на Перекоп, Чонгар и центральную часть полуострова. Само использование железнодорожного узла подтверждено описанием пребывания штаба Слащёва во время январских боёв в архивной реконструкции Перекопской операции. Полную ведомость частей, обозов и отдельных тыловых учреждений на одну и ту же дату доступные материалы не дают.

3. Органы командования и границы ведомственной компетенции

В начале января в Крыму одновременно действовали органы военного командования корпуса, крымского инженерного управления и гражданско-военной администрации. Начальник инженерных приготовлений генерал Субботин направлял запросы генералу Н. Н. Шиллингу, начальнику штаба главнокомандующего И. П. Романовскому, морскому командованию и Слащёву. Адресаты его телеграммы от 25 декабря / 7 января показывают, что вопросы строительства укреплений, реквизиций и переоборудования связи затрагивали несколько органов управления. Полный текст телеграммы воспроизведён в публикации Кручинина, с. 88–89.

Субботин просил урегулировать подчинённость и сохранить за ним функции подготовки обороны в случае объединения власти в руках Слащёва. Это прямое сообщение об административной неопределённости на дату документа. Сама телеграмма не подтверждает, что все последующие предложения были исполнены или что компетенция была окончательно распределена именно предложенным образом.

Новороссийское командование имело собственные задачи в Одесском районе и на подступах к Крыму. Их перемещение во времени отражено в январском докладе Шиллинга. Отсюда следует документальное правило атрибуции: приказ Новороссийской области, распоряжение корпуса и мера местного крымского военного начальства рассматриваются как самостоятельные источники; их совпадающий предмет не означает единой учётной ведомости.

4. Крымские приготовления к обороне: документы конца 1919 года

Работы по укреплению перешейков начались до перехода корпуса на оборону в пределах полуострова. Кручинин приводит сведения об отказе 2/15 сентября 1919 года в ассигнованиях на артиллерийское оборудование Перекопа. Источник указан как Российский государственный архив Военно-морского флота (РГА ВМФ), фонд Р-72, опись 1, дело 33, лист 164. Данный реквизит установлен по сноске исследователя; архивный лист в рамках настоящей работы непосредственно не осмотрен.

Документ декабря 1919 года, связанный с сообщением адмирала Д. В. Ненюкова об отсутствии кредита на укрепление, опубликован со ссылкой на РГА ВМФ, ф. Р-332, оп. 1, д. 80, л. 36. В последующем сообщении о перемещении морских средств и артиллерии фигурируют РГА ВМФ, ф. Р-332, оп. 1, д. 64, л. 626, и д. 80, л. 87. Эти сведения позволяют проследить этапы принятия решений и перемещения имущества, но окончательный баланс оборудования на позициях ими не определяется.

Свидетельства показывают последовательность: попытки финансирования и подготовки укреплений, сообщения об ограничениях средств, затем распоряжения о перемещении вооружения и создании оборонных учреждений. Точный объём выполненных земляных работ к началу января и полные приходно-расходные ведомости остаются предметом отдельной архивной проверки. Архивный обзор в исследовании Кручинина даёт привязку к фондам, а не непосредственный осмотр каждой единицы хранения.

5. Телеграмма Субботина от 25 декабря 1919 года / 7 января 1920 года

Телеграмма генерала Субботина — наиболее концентрированное из доступных свидетельств об организации первоначального материального обеспечения обороны. В ней перечислены семь направлений: укрепление перешейков; создание десяти позиционных батарей и связанные с этим мобилизационные мероприятия; снятие и направление телефонных средств; формирование Первого Крымского пехотного полка и его обоза; создание этапов, расходных магазинов и дезинфекционных отрядов; реквизиция тёплой одежды и белья; строительство железной дороги Джанкой — Перекоп. Текст опубликован А. С. Кручининым (2016, с. 88–89) со ссылкой на РГА ВМФ, ф. Р-72, оп. 1, д. 40, л. 620–620 об.

Документ фиксирует одновременно начатые работы, формирование частей и объявленные мероприятия. Слова о формировании десяти батарей характеризуют программу, а не число уже снабжённых, укомплектованных и поставленных на позиции батарей. Сообщение о строительстве дороги означает заявленную строительную деятельность и мобилизацию материалов; данных о завершении всей линии в этой телеграмме нет. Для оценки результата необходимо сопоставление с позднейшими ведомостями перевозок и отчётами инженерных учреждений.

Субботин упоминает разветвлённую систему городских реквизиций. Она была ориентирована на получение вещевого имущества, телефонных приборов, животных, упряжи и повозок из различных пунктов полуострова. Географические названия конкретных городов и объёмы фактической передачи в указанной телеграмме поимённо не перечислены. Документальная публикация семи мер составляет первичное основание для постановки последующих проверочных вопросов.

6. Мобилизация людей: гарнизоны, Государственная стража, проект Крымского полка

Субботин сообщил об отборе людей для батарей из гарнизонов крымских городов и Государственной стражи. Формулировка указывает на перераспределение уже состоявших на службе лиц в создаваемые артиллерийские подразделения. Число направленных из каждого гарнизона, списки чинов и даты прибытия к батареям в опубликованной телеграмме не приведены. Поэтому из неё следует факт распоряжения об использовании этих категорий личного состава, но не полный мобилизационный итог.

Отдельным направлением названо формирование Первого Крымского пехотного полка из офицеров и интеллигенции. Сообщение сопровождается упоминанием обоза полка. Речь идёт о двух взаимосвязанных административных операциях — комплектовании строевой единицы и создании сопровождающего транспортного имущества. Нельзя превращать проект полка в установленную штатную численность III корпуса без именного списка, приказа о включении в соединение и ведомости фактического состава.

Приказ Слащёва от 17/30 января свидетельствует о направлении на фронт небольших команд пополнения, часть которых после известий о движении противника повернула обратно. Это уже иной вид свидетельства: оперативное сообщение командующего о поведении подчинённых после боевого столкновения. Приказ от 17/30 января опубликован со ссылкой на РГВА, ф. 39696, оп. 1, д. 54, л. 6 об.–7. Он удостоверяет наличие проблемы движения пополнений в определённом районе и распоряжение о проверке тыла, но не содержит сводной статистики рекрутирования.

7. Привлечение лошадей, упряжи, повозок и образование обозов

В телеграмме 25 декабря / 7 января прямо названа мобилизация лошадей, упряжи и повозок «в Крыму» для формирования позиционной артиллерии. Конский состав и транспортное оборудование составляли самостоятельные категории снабжения, поскольку наличие артиллерийского орудия ещё не удостоверяло способность батареи передвигаться с боеприпасами и обслуживающим имуществом. В документе эти категории перечислены как объекты мобилизации; ни одна из них не снабжена итоговым количественным показателем.

Для вновь формируемого Первого Крымского пехотного полка отдельно предусматривался обоз. Таким образом, на одну дату документально различаются мобилизация тяги для батарей и образование полкового транспортного хозяйства. Их суммирование в одну оценку числа подвод или лошадей не основано на просмотренной ведомости. Не установлены также размер повинности по городам и уездам, порядок компенсации владельцам и объём возвращённого имущества.

Позднейший приказ командования от 17/30 января фиксирует уже функционировавшие обозы, часть которых при отходе сторожевого охранения двигалась в тыл. Следовательно, по документам прослеживаются обе стороны транспортного обеспечения: организация средств перевозки и проблема их устойчивого движения в прифронтовой полосе. Количество обозов, совершивших отход, и величина недовезённого продовольствия по этому источнику не вычисляются. Публикация телеграммы и приказа содержит оба документа с разными архивными шифрами.

8. Формирование позиционной артиллерии и фактическое число батарей

Субботин 25 декабря / 7 января писал о десяти формируемых и устанавливаемых батареях позиционной артиллерии. Это плановый показатель — десять батарей как объект работы. Кручинин отдельно сообщает об использовании четырёх училищных батарей, двух лёгких и двух гаубичных, указывая по четыре орудия в батарее. Данный показатель относится к конкретным батареям и к реконструируемому этапу обороны; он не тождествен всему проекту Субботина.

В опубликованных показаниях начальника штаба Рогова для боя 11/24 января упоминается до 28–30 орудий, включая четыре шестидюймовые гаубицы Виккерса. Эта оценка охватывает более широкий набор находившихся на позициях средств и одновременно является позднейшим свидетельством участника, процитированным Кручининым со ссылкой на ГА РФ, ф. Р-5881, оп. 2, д. 596, л. 7 и 12. Сопоставлять четыре училищные батареи и 28–30 орудий допустимо только после определения состава каждой группы и даты подсчёта.

Вопрос об артиллерии поэтому имеет три источниковых уровня: проект десяти батарей; документируемое участие отдельных батарей; оценка общего количества орудий в воспоминаниях. Данные о фактическом расходе снарядов, боекомплекте каждой батареи, ремонте лафетов и запасах тяговых средств в доступном корпусе отсутствуют. Материалы об артиллерии на Перекопе дают направление к точным архивным делам, однако не заменяют артиллерийских расходных ведомостей.

9. Обмундирование, бельё и зимнее снабжение

Шестым пунктом телеграммы Субботина названа реквизиция тёплой одежды и белья в городах Крыма для защитников полуострова. Это прямое документальное указание на вещевой характер мобилизационной программы. Реквизиция распространялась на имущество, находившееся вне обычных армейских складов, поскольку в телеграмме названы города как места сбора. Содержание пункта не позволяет установить, когда и в каком количестве одежда была фактически передана отдельным частям.

Дата распоряжения существенна: сбор предполагался в зимний период непосредственного развёртывания обороны на открытых перешейках. Вещевая ведомость с числом шинелей, сапог, фуфаек, комплектов белья и получателей в просмотренных материалах не обнаружена. Критерий «документально установлено» ограничен существованием и содержанием мероприятия, а не достаточностью обмундирования для всего корпуса.

Сведения об обмундировании в докладе Шиллинга от 29 января относятся к призывным мерам войск Одесского района: Шиллинг утверждал, что значительная часть лиц после получения одежды и оружия покидала подразделения. При переносе этого сообщения на крымский корпус возникла бы географическая и ведомственная ошибка. В настоящем досье сообщение Шиллинга используется лишь как самостоятельное свидетельство о трудностях мобилизации в Новороссийской области, с обязательным сохранением указания на Одессу.

10. Военно-хозяйственные учреждения и расходные магазины

Пятый пункт телеграммы 25 декабря / 7 января указывает на распоряжение об учреждении в Перекоп-Сивашском укреплённом районе этапов, расходных магазинов и дезинфекционных отрядов. Слова «сделано распоряжение» относятся к действию начальства. Они требуют отделения от возможного позднейшего открытия конкретных магазинов, получения товара и фактической работы этапов.

Система этапов связывала пути сообщения с обслуживанием перемещающихся частей; расходные магазины предназначались для обеспечения войск наличными запасами. В документе перечислены сами организационные формы, но не адреса, начальники, нормы выдачи, складские остатки или продолжительность их функционирования. Подробная схема снабжения каждого Перекопского и Чонгарского отряда остаётся вне диапазона доказательств.

Январский приказ о поведении обозов доказывает, что даже при существовании транспортных средств командование фиксировало нарушение движения на передовую. Отсюда возможна проверяемая последовательность документов: учреждение магазинов и этапов — движение обозов — распоряжение об исправлении доставки и контроле тыла. Тексты телеграммы и январского приказа позволяют сопоставить указанные события, но не дают полного бухгалтерского баланса отпущенного и доставленного.

11. Санитарное обеспечение и медицинские потребности

В телеграмме Субботина санитарные мероприятия названы вместе с этапами и расходными магазинами: предполагалось создание дезинфекционных отрядов. Это наиболее раннее в исследуемой группе прямое свидетельство о планировании санитарного обеспечения оборонных позиций. В распоряжении отсутствует отчёт о численности санитарного персонала, оборудовании отрядов и проведённых обработках.

Для мартовской обстановки имеется самостоятельное воспоминание Слащёва. В главе «Тыл во время Юшуньского боя и ликвидация отряда Орлова» он связывает организацию санитарной части с назначением доктора Лукашевича и сообщает о реквизиции кроватей и ванн у населения для больных. Это сообщение участника, опубликованное после событий; его конкретные слова удостоверяют авторскую версию организации помощи и использования гражданского имущества. Глава X воспоминаний Слащёва содержит данные сведения на печатных страницах 59–60 воспроизводимого издания.

Между январским распоряжением о дезинфекции и мартовским воспоминанием о больных нет установленной непрерывной ведомости штатного и имущественного движения. Достоверно зафиксированы две датированные группы мер, каждая с указанием источника; медицинская статистика по корпусу и количество больничных мест остаются неустановленными.

12. Железная дорога Джанкой — Перекоп и другие пути подвоза

Субботин сообщал о срочном строительстве железной дороги Джанкой — Перекоп и поиске материалов в самом Крыму и за пределами полуострова. Эта фраза фиксирует заявленную строительную работу и охват поиска материалов. Она не содержит акта приёмки законченной линии, сметы, списка подрядчиков и данных об эксплуатации. Ввод всей линии в зимнее движение именно на основании телеграммы утверждать нельзя.

Джанкой выступал местом работы штаба Слащёва и пунктом, через который осуществлялось управление несколькими направлениями. Приказ об очистке тыла 17/30 января проводит границу через Джанкой, Богемку, Воинку и Дюрмень. Его география показывает, какие участки ближайшего тыла командование выделяло для проверки движения подразделений и обозов. Архивные материалы о Джанкое и тыле связывают эти наименования с конкретным приказом.

Более широкий транспортный кризис описан Шиллингом: в его докладе от 29 января разрыв железнодорожных линий и нехватка топлива указаны среди проблем передвижения войск на территории Новороссийской области. Это отдельное сообщение о железнодорожном положении разных соединений и районов, включая одесское направление. Сведение о падении провозоспособности магистралей не содержит само по себе числа вагонов и поездов, обслуживавших III корпус. Доклад Шиллинга характеризует общую транспортную обстановку, которую следует сопоставлять с местными джанкойскими журналами движения.

13. Телефонная связь и управление распределёнными силами

Третьим пунктом телеграммы Субботина предусмотрено снятие телефонной сети и аппаратов в городах Крыма с направлением их на перешейки. Это подтверждает программу переноса средств связи из городских учреждений к оборонительным позициям. Число снятых аппаратов, длина кабелей и состояние линий в документе отсутствуют.

Иной документ, воспроизведённый Кручининым со ссылкой на РГВА, ф. 39696, оп. 1, д. 22, л. 27 об.–28, содержит жалобу начальника конного отряда полковника Морозова от 4/17 января на постоянные повреждения телефонной линии Перекоп — Перво-Константиновка, снятие аппаратов проходящими частями и отсутствие дежурных военных служащих на станциях. Это прямое сообщение лица, пользовавшегося связью; оно показывает реальную проблему эксплуатации сети после первоначальных распоряжений.

Два свидетельства нельзя механически объединять в одно утверждение об успехе или неуспехе создания связи. Субботин отчитался об организационной мере; Морозов сообщил о конкретных неисправностях и порядке приёма телефонограмм. Для окончательного подтверждения реконструкции потребуются журналы телеграфных станций, ведомости оборудования и наряды на ремонт. Документальная реконструкция нарушений связи воспроизводит оба сообщения и их архивные ссылки.

14. План Слащёва и распределение материальных средств между участками

Датированный Слащёвым 25 декабря 1919 года / 7 января 1920 года план предусматривал передовое сторожевое охранение на Перекопе и Чонгаре и сосредоточение значительной части войск в резерве южнее позиций. Мемуарное изложение плана приведено на страницах 33–34 издания 1924 года и цитируется Кручининым. Для снабженческой истории этот текст является свидетельством о предполагаемом расположении частей, а не самостоятельно проверенным табелем распределения запасов.

Расположение резервов в глубине обороны требует различать передовые боевые участки, промежуточные станции и места расположения подвижных частей. В доступном тексте плана не приводится количество продовольствия на каждый участок, число запасных повозок или суточная норма фуража. Эти параметры нельзя выводить из расстояния до линии фронта либо из описания манёвра.

Одновременное существование плана Слащёва и программы укреплений Субботина образует подтверждённый документами предмет ведомственного согласования. Субботин прямо ставил вопрос о подчинении и сохранении за ним подготовительных функций. Сопоставление двух документов начала января позволяет установить различие предметов распоряжений и их одновременность, не приписывая участникам непредставленные в источниках мотивы.

15. Численность корпуса: несовпадающие категории и свидетельства

Определение потребностей в продовольствии, фураже, вещевом имуществе и боеприпасах зависит от фактической численности людей, лошадей и орудий. В январских и позднейших свидетельствах приводятся разные показатели, относящиеся к различным временным срезам и участкам. Так, Слащёв в воспоминаниях оценивал силы защитников Юшуни примерно в 1550 штыков и 1000 шашек. Рогов для Перекопа к бою 11/24 января называл 800–1000 штыков и до 600 сабель, а также до 28–30 орудий.

Оба показателя приведены в работе Кручинина на с. 94–95, где источниками названы Слащёв (1924, с. 24, 38) и ГА РФ, ф. Р-5881, оп. 2, д. 596, л. 7, 12. Рогов дополнительно свидетельствовал, что численность одной из дивизий в ходе отхода значительно сократилась. Нельзя считать данные Слащёва и Рогова двумя независимыми единообразными переписями корпуса: у них различаются показатели, географический охват, даты ретроспективной оценки и основание подсчёта.

В последующем повествовании Слащёва встречаются и иные цифры для сил, сосредоточенных на отдельных направлениях после пополнений. Использование одного наиболее крупного показателя как штатной величины III корпуса на всю зиму создало бы мнимую точность. Достоверный расчёт потребностей требует синхронных списков строевых чинов, обозников, больных, командированных, прикомандированных конных частей и фактических животных.

16. Перекопский бой 11/24 января и его материальные последствия

Бой 11/24 января рассматривается по опубликованным оперативным документам и воспоминаниям. А. С. Кручинин сопоставил сведения советского командования, свидетельства Рогова, воспоминания Слащёва и приказы сторон. Он привёл на с. 94–100 исходные архивные ссылки, позволяющие отделить состав противостоявшей 46-й стрелковой дивизии от сил защитников крымских позиций.

В главе V воспоминаний Слащёва описаны состав его распоряжаемых сил, участие конницы и артиллерии, изменение обстановки после боя. Сведения об отдельных захваченных орудиях и потерях остаются авторскими сообщениями до сопоставления с трофейными актами. Из мемуаров также нельзя получить полный расход патронов, снарядов, продовольствия и фуража за сутки.

Последствия боя обнаруживаются в близких по времени распоряжениях. В приказе 17/30 января Слащёв специально упомянул отход обозов, которые должны были доставлять пищу бойцам, и поворот назад команд пополнения. Это прямое свидетельство об осложнениях снабжения после отступления сторожевого охранения. Тексты приказа и указание его архивного хранения приведены в исследовании событий января. Масса потерянных военных грузов на основании приказа не установлена.

17. Приказ 12/25 января: инженерные работы, рабочая сила и инструмент

В опубликованном приказе от 12/25 января, связанном с генералом Васильченко и начальником штаба Роговым, ставилась задача занятия и укрепления Турецкого вала и привлечения местных сил для строительных работ. Кручинин приводит документ со ссылкой на РГВА, ф. 39696, оп. 1, д. 54, л. 3–3 об. В тексте распоряжения фигурируют работы и необходимый инструмент, включая лопаты.

Этот приказ конкретизирует способ получения инженерной рабочей силы и предметов труда уже после боя: военное командование предполагало использовать труд жителей и имеющиеся местные средства. Документ доказывает распоряжение о работах, но не содержит сметы фактических трудодней, числа привлечённых работников и итоговой описи построенных укреплений.

Рогов в позднейшем изложении оценивал действия после январского столкновения иначе, чем это следует из текста приказа о занятии позиции. Данное расхождение между оперативной директивой и мемуаром отмечено в исследовании Кручинина. Для истории материального обеспечения приоритет в установлении содержания приказа принадлежит датированному распорядительному документу; свидетельство Рогова сохраняется как последующая оценка участника.

18. Приказ 17/30 января: обозы, движение пополнений и контроль тыла

Приказ Слащёва от 17/30 января является основным непосредственным источником о нарушениях тылового движения. Командующий сообщал, что после отхода сторожевого охранения с Перекопа некоторые обозы, вместо своевременного подвоза пищи войскам, двинулись в тыл. Кроме того, мелкие команды пополнения повернули назад, не прибыв на передовую. Архивный реквизит опубликованного приказа: РГВА, ф. 39696, оп. 1, д. 54, л. 6 об.–7.

В том же документе Слащёв потребовал от начальников дивизий проверить местонахождение тыловых частей и провести их проверку до обозначенной линии Джанкой, Богемка, Воинка, Дюрмень. Район южнее он намеревался обследовать собственными силами. Приказ содержит характерные для военного времени угрозы взысканий; они передают нормативный характер распоряжения и не служат доказательством того, что каждое предписанное взыскание затем применялось.

Значение приказа для истории снабжения состоит в соединении трёх документированных обстоятельств: продовольственные обозы существовали и должны были выходить к фронту; их движение могло нарушаться в условиях перемены передовой; командование отреагировало приказом о проверке дислокации тыла и возвращении пополнений. Число нарушивших движение команд и обозов, а также их последующая судьба в опубликованном тексте не подсчитаны. Текст и архивная ссылка приказа воспроизведены в исследовании 2016 года, с. 97–99.

19. Перекопский и Чонгарский участки: маршруты и резервы

Два главных северных направления имели разную дорожную и географическую структуру. На Перекопском участке действовали части передового охранения и резервы, участвовавшие в январских боях. Чонгарский участок располагался на ином перешейке с сообщением через район Сальково и станционные узлы. Разделение направлений отражено в приказах и сообщениях, рассмотренных Кручининым.

По опубликованным документам о Чонгаре 11/24, 14/27 и 16/29 января фиксируются сообщения о боях в районе Сальково и Дмитриевки. Архивная ссылка: РГА ВМФ, ф. Р-87, оп. 1, д. 37, л. 5, 8, 9; данные приведены в исследовании первого Перекопского боя. Это сведения об оперативной деятельности, но не ведомости выдачи снабжения на Чонгарском участке.

Приказ от 17/30 января об отправке 49-го Брестского полка и эскадрона немцев-колонистов на Перекоп, цитируемый по РГВА, ф. 39696, оп. 1, д. 54, л. 5, показывает перемещение конкретных подкреплений. Для установления их вещевого обеспечения нужны отдельные наряды, маршрутные документы и акты выдачи. Численность полка по одному названию части определить нельзя.

20. Новороссийское командование, кризис железных дорог и разграничение тылов

Доклад Н. Н. Шиллинга от 29 января 1920 года содержит авторскую реконструкцию декабрьских распоряжений, связанных с Екатеринославом, Северной Таврией, прикрытием Крыма и обороной Одессы. Он указывал на нарушение железнодорожного сообщения, недостаток топлива, затруднения эвакуации имущества и перевозки войск. В частности, Шиллинг воспроизводил директивы главнокомандующего от 5, 11, 12 и 15 декабря 1919 года, касавшиеся прикрытия Крыма, а также распоряжение от 29 декабря о перемене базы одной из групп.

Эти сообщения подтверждают связь материального обеспечения войск с коммуникациями Новороссийской области. Вместе с тем в описаниях Шиллинга фигурируют разнородные группы, включая соединения генералов Промтова и Бредова, Галицийскую армию и одесский гарнизон. Перечисленные им для Одессы затруднения с транспортом, углём, снабжением призывников и перевозкой больных не равнозначны данным о состоянии III корпуса в Джанкое и на Перекопе.

Шиллинг также указывал на отправку морского транспорта для одесской эвакуации и сообщения из Севастополя. В цитируемом докладе упомянуты прибытия судов 22 и 23 января и получение известий о прочности крымских перешейков. Это источник о взаимодействии штаба и флота, однако тоннаж судов и число мест в одесской эвакуации нельзя включать в баланс снабжения корпуса. Полный опубликованный доклад 29 января позволяет проверить адресатов и названные районы.

21. Доклад Шиллинга 29 января и документ 11 февраля: атрибуция

В исследуемом корпусе существуют два самостоятельных документа Н. Н. Шиллинга, адресованных А. И. Деникину. Первый датирован 29 января 1920 года, опубликован в приложениях к воспоминаниям П. Н. Врангеля и доступен как доклад о войсках Новороссии. В нём содержится последовательное изложение событий декабря — января, приказов и материально-транспортных препятствий.

Второй обозначен в Электронной библиотеке исторических документов как доклад Шиллинга от 11 февраля 1920 года об общей обстановке на фронте и в тылу. Его карточка указывает: ЦГАОР СССР, ф. 1874, оп. 1, д. 39, л. 1–13; статус копии — «незаверенная». Указано печатное издание: «Гражданская война на Украине. 1918–1920», том 2, Киев, 1967. Электронная карточка подтверждает библиографическую идентификацию и архивные реквизиты, но из неё не извлечён достоверно полный текст документа.

Отсюда в настоящем исследовании содержание доклада 29 января анализируется как опубликованный текст, а доклад 11 февраля вводится только как точно обозначенная единица документального поиска. Сообщения одного документа другому не приписываются. Такой порядок исключает смешение двух датированных отчётов и обеспечивает возможность последующего непосредственного сличения копии с печатным изданием.

22. Февральская документация и пределы установленной статистики

После январских распоряжений остаётся вопрос о выполнении программы десяти батарей, объёмах реквизиций, числе направленных на фронт пополнений и состоянии складов. В доступном исследованном корпусе не выявлена синхронная февральская сводка III корпуса с одновременными графами по личному составу, лошадям, повозкам, одежде, продовольствию, патронам и орудиям. Отсутствие такой ведомости в изученных публикациях фиксируется как граница источниковой базы, а не как утверждение об отсутствии соответствующего архивного документа.

Поэтому нельзя документально вычислить для всего корпуса среднесуточную норму продовольственного подвоза, фактическую нехватку фуража или процент обеспеченности шинелями. Для таких расчётов потребуются численность довольствующихся по датам, точные нормативы, приход и выдача имущества, остатки складов и распределение по боевым участкам. В тексте приводятся только прямо подтверждённые мероприятия и количественные оценки их источников.

К числу существенных документальных маршрутов относится описание управления войсками Новороссийской области, содержащее ориентиры к распорядительным и хозяйственным материалам. При использовании архивных указателей необходимо проверять, относятся ли единицы хранения к корпусу Слащёва до апреля 1920 года или уже к последующей организационной структуре армии. Без такой проверки совпадение слов «тыл», «снабжение», «Крым» не удостоверяет принадлежность материала январской кампании.

23. Мартовская оборона, санитарные меры и пополнение частей

Сведения о боях на Юшуньских позициях и состоянии тыла в марте сохранились в мемуарах Слащёва. В главе о тыле во время Юшуньского боя он сообщает о назначении доктора Лукашевича, медицинских реквизициях, смене начальников гарнизонов и мерах против вооружённого отряда Орлова. Эти известия документируют изложенную самим командующим последовательность действий; независимые санитарные ведомости и журналы гарнизонов для всех эпизодов не установлены.

Слащёв перечисляет средства, использованные для преследования отряда Орлова: сводный полк 9-й кавалерийской дивизии, который он оценивал в 400 сабель, восемь конных орудий, конвой в 100 сабель, свой поезд и два бронепоезда, взятые из Таганаша. Указанные цифры относятся к определённой экспедиции и воспроизводятся как мемуарные данные автора. Их нельзя прибавлять к январской сводке Перекопского участка, поскольку изменились дата, задача и состав отряда.

В той же главе сообщается, что рядовые орловского отряда после задержания были направлены на пополнение фронтовых частей. Численность отряда Слащёв определял приблизительно в 500 штыков, но это авторская оценка состава противостоявшей ему группы, а не подписанная ведомость передачи всех 500 в корпус. Слова о пополнении подтверждают сообщённое участником направление людей; фактическое число прибывших в каждую часть остаётся открытым.

24. Подготовка запасов у Карасу-Базара и эвакуационные расчёты

В мартовской главе Слащёв изложил распоряжение начальнику гарнизона Симферополя полковнику Гильбиху сосредоточивать припасы на случай отступления, прежде всего боеприпасы и легко перевозимое консервированное продовольствие. Предполагалось переместить их в район Карасу-Базара. Слащёв связывал этот запас с планом выделить около 700 человек для действий в горной местности при возможном отходе основных сил в направлении Керчи.

Эта группа сведений позволяет установить по воспоминаниям замысел резервирования особого запаса, лица, которому поручалась заготовка, и район возможного использования. Автор пишет, что заготовка шла быстро. Однако в публикации главы X, с. 59–61 отсутствуют точные складские ведомости с массой консервов и количеством патронов, а также накладные отправления в Карасу-Базар. Текст поэтому удостоверяет мемуарное сообщение о распоряжении и ходе заготовки, но не баланс отпущенных материальных средств.

Сведения о нескольких поездах, которые Слащёв допускал отправить в сторону Севастополя при неудаче, входят в его изложение условного плана отхода. Они не являются доказательством фактически состоявшейся в марте эвакуации. Разграничение расчётного сценария и исполненного перевозочного задания сохраняет точность реконструкции.

25. Числовые, терминологические и календарные расхождения

Первое расхождение относится к боевому составу. Слащёв называет для защитников Юшуни примерно 1550 штыков и 1000 шашек, Рогов для Перекопа перед боем 11/24 января — 800–1000 штыков и до 600 сабель. Оба свидетельства датированы позднейшим изложением, имеют различный территориальный охват и не снабжены идентичными списками подразделений. В итоговую количественную ведомость исследования внесены оба показателя с их атрибуцией.

Второе различие касается артиллерии. Субботин сообщил о формировании десяти батарей; Кручинин указывает четыре училищные батареи; Рогов вспоминает около 28–30 орудий. Первая величина является плановым числом создаваемых батарей, вторая относится к определённой категории батарей, третья — к общей оценке наличных орудий. Их арифметическое сравнение без ведомостей состава недопустимо.

Третье различие — между нормой и исполнением. Реквизиция зимней одежды, перемещение телефонных средств и строительство дороги названы в январской телеграмме как принятые меры. Отход обозов и пополнений подтверждён позднейшим январским приказом. Факты распоряжения, сообщения о проблеме и итоговой хозяйственной приёмки относятся к разным документальным состояниям.

Четвёртая группа связана с календарём. Январские даты в исследованиях приводятся парами старого и нового стиля, тогда как мемуарное «12 марта» относится к авторскому повествованию и здесь не переводится в другое число без установления использованного стиля. Пятая относится к компетенции: сведения по Одессе в докладе Шиллинга нельзя переносить на корпус без специального распоряжения. Эти различия прослеживаются через научную реконструкцию Кручинина, воспоминания Слащёва и доклад Шиллинга.

26. Документальная хронология

25 декабря 1919 года / 7 января 1920 года. Субботин сообщил о семи группах мероприятий для обороны Крыма, включая мобилизацию конского состава и транспорта, организацию батарей и Крымского полка, реквизицию одежды, связь, военные магазины, санитарные учреждения и строительство линии Джанкой — Перекоп. Архивный источник по опубликованной ссылке: РГА ВМФ, ф. Р-72, оп. 1, д. 40, л. 620–620 об.

25 декабря 1919 года / 7 января 1920 года. Слащёв датировал план размещения передового охранения и резервов. Источник: «Крым в 1920 г.», 1924, с. 33–34, цитируется и анализируется Кручининым.

4/17 января. Полковник Морозов сообщил о неисправностях и снятии телефонных аппаратов на сообщении между Перекопом и Перво-Константиновкой. Архивный реквизит по Кручинину: РГВА, ф. 39696, оп. 1, д. 22, л. 27 об.–28.

10/23 января. В опубликованном приказе Слащёв довёл задачу удержания Крыма, полученную через генерала Романовского. Архивный реквизит: РГА ВМФ, ф. Р-72, оп. 1, д. 21, л. 9.

11/24 января. Бои за Перекоп и Юшунь, к которым относятся числовые оценки Слащёва и Рогова. Документальный обзор: Кручинин, 2016, с. 94–100.

12/25 января. Приказ Васильченко и Рогова о действиях на укреплённой позиции и привлечении труда и инструмента. Архивный реквизит: РГВА, ф. 39696, оп. 1, д. 54, л. 3–3 об.

17/30 января. Приказ Слащёва об обозах, движении пополнений и проверке тыловых частей. РГВА, ф. 39696, оп. 1, д. 54, л. 6 об.–7; отдельное распоряжение о подкреплениях — тот же фонд, дело, л. 5.

29 января 1920 года. Доклад Шиллинга Деникину о действиях и материально-транспортных трудностях Новороссийской области; текст опубликован в приложении к «Обороне Крыма» П. Н. Врангеля.

11 февраля 1920 года. Самостоятельный доклад Шиллинга о фронте и тыле, удостоверенный электронной карточкой ЭБИД: ЦГАОР СССР, ф. 1874, оп. 1, д. 39, л. 1–13, незаверенная копия.

Март 1920 года. В опубликованных воспоминаниях Слащёва отражены снабжение больных, подготовка боеприпасов и продовольствия у Карасу-Базара и события, связанные с отрядом Орлова. Воспоминания называют 12 марта в контексте продвижения разъездов Морозова к Чаплинке. Сопоставленные январские документы, доклад 29 января, карточка 11 февраля и мартовские воспоминания образуют доказательную основу данной хронологии.

27. Архивный маршрут проверки и источниковедческая карта

Непосредственно прочитанная цифровая база настоящей работы состоит из полного текста опубликованной научной статьи Кручинина (2016, с. 83–100), главы X воспоминаний Слащёва, части его мемуарного корпуса и текста доклада Шиллинга от 29 января 1920 года. Сведения о некоторых главах и страницах воспоминаний подтверждены оглавлением и исследовательскими цитатами. Карточка доклада от 11 февраля исследована по библиографическим полям и архивным реквизитам, но её полный текст в рамках этой работы не транскрибировался.

Первый архивный маршрут: РГА ВМФ, ф. Р-72, оп. 1, д. 40, л. 620–620 об. — телеграмма Субботина. В этом же фонде требуется проверка д. 21, л. 9, и д. 33, л. 164. Второй маршрут: РГВА, ф. 39696, оп. 1, д. 22, л. 27 об.–28, и д. 54, л. 3–7 — сообщения о связи и январские приказы. Третий: ГА РФ, ф. Р-5881, оп. 2, д. 596, л. 7, 12 — сведения Рогова о численности. Четвёртый: РГА ВМФ, ф. Р-87, оп. 1, д. 37, л. 5, 8, 9 — документы Чонгарского участка.

Пятый маршрут — архивный документ от 11 февраля, указанный в карточке ЭБИД по прежнему шифру ЦГАОР СССР, ф. 1874, оп. 1, д. 39, л. 1–13; современное местонахождение и актуальный шифр должны подтверждаться по действующему справочнику архива. Шестой маршрут — корпус приказов и хозяйственных ведомостей управления Новороссийской области, для которого имеется электронное описание архивных материалов. До получения списков фактической выдачи нельзя установить количественную полноту снабжения.

В каждом из перечисленных пунктов архивные листы указаны как реквизиты, опубликованные исследователями или в карточках. Архивные оригиналы в настоящем сеансе непосредственно не осматривались. Указанный статус предотвращает подмену научной публикации архивным посещением, а библиографической карточки — прочитанным текстом дела.

28. Итоги документального исследования

Документально установлено существование конкретной программы материального и людского обеспечения обороны Крыма от 25 декабря 1919 года / 7 января 1920 года. Она охватывала строительство и оборудование позиций, создание позиционных батарей, мобилизацию лошадей, повозок и упряжи, использование гарнизонов и Государственной стражи при комплектовании батарей, формирование Крымского полка и обоза, организацию этапов, расходных магазинов, дезинфекционных учреждений, перемещение телефонных средств, реквизиции тёплой одежды и белья и строительство дороги Джанкой — Перекоп. Основание — конкретная датированная телеграмма Субботина, опубликованная со ссылкой на РГА ВМФ.

Отдельным первичным свидетельством удостоверено распоряжение Слащёва от 17/30 января о проверке тыла после нарушений движения продовольственных обозов и команд пополнения. Таким образом, сохранились документы как об организации снабжения, так и о сообщённых командованием трудностях его доставки непосредственно к войскам. Датированный приказ 12/25 января фиксирует привлечение местного труда и инструмента на укреплениях.

Установлены по свидетельствам конкретных лиц расхождения в численности защитников Перекопа и Юшуни. Оценки Слащёва и Рогова сохраняются раздельно. Аналогичным образом десять предполагаемых батарей Субботина отделены от четырёх училищных батарей и позднейшей оценки числа орудий. Штабные документы остаются необходимыми для вычисления наличного состава корпуса, его фактических лошадей, повозок и суточной потребности.

Воспоминания Слащёва сообщают о мартовских мерах санитарного обеспечения, реквизиции кроватей и ванн, создании резервов боеприпасов и консервированного продовольствия для возможного отхода, а также о пополнении фронтовых частей после разоружения группы Орлова. Эти сведения закреплены с авторской атрибуцией и не преобразованы в хозяйственные итоги без подтверждающих накладных.

Доклад Шиллинга 29 января подтверждает существование серьёзных транспортных затруднений и документирует последовательность решений на уровне Новороссийской области. Самостоятельный доклад 11 февраля идентифицирован по электронной архивно-библиографической карточке; содержание его в настоящей работе не реконструировалось по одному названию. Разделение этих документов и одесского и крымского материала устраняет ошибочную атрибуцию событий.

Основные открытые вопросы точно очерчены: фактическое число мобилизованных людей и животных; исполнение распоряжения о десяти батареях; ведомости реквизированной одежды, белья и инструмента; поступление имущества в магазины и его выдача частям; количество исправных поездов и подвод по участкам; санитарная отчётность; штатные и наличные показатели января, февраля и марта; хозяйственный учёт мартовских резервов. В существующей доступной источниковой базе отсутствует согласованная сводка, способная снять эти вопросы. Исследование доводит документальную реконструкцию до пределов проверенных публикаций и фиксирует конкретные первичные архивные единицы для дальнейшего расширения корпуса.

29. Источники и литература

Опубликованные документы и воспоминания

1. Субботин, генерал. Телеграмма генералам Шиллингу, Романовскому, Слащёву и морскому командованию о мероприятиях по подготовке Крыма к обороне. 25 декабря 1919 г. / 7 января 1920 г. Архив: РГА ВМФ. Ф. Р-72. Оп. 1. Д. 40. Л. 620–620 об. Текст и реквизиты опубликованы: Кручинин А. С. Первый бой на Перекопе в 1920 году // Война и оружие. Новые исследования и материалы. СПб., 2016. Ч. III. С. 88–89. Публикация текста и ссылки.

2. Слащёв Я. А. Приказ по Крымскому району о проверке тыла, возвращении пополнений и движении обозов. 17/30 января 1920 г. Архив: РГВА. Ф. 39696. Оп. 1. Д. 54. Л. 6 об.–7. Публикация: Кручинин А. С. Первый бой на Перекопе в 1920 году. СПб., 2016. Ч. III. С. 98–100. Текст приказа.

3. Васильченко, генерал; Рогов А. М. Оперативный приказ о занятии и укреплении позиций. 12/25 января 1920 г. Архив: РГВА. Ф. 39696. Оп. 1. Д. 54. Л. 3–3 об. Цит. по: Кручинин А. С. Первый бой на Перекопе в 1920 году. СПб., 2016. Ч. III. Публикация приказа.

4. Морозов, полковник. Сообщение о состоянии телефонной связи на Перекопском направлении. 4/17 января 1920 г. Архив: РГВА. Ф. 39696. Оп. 1. Д. 22. Л. 27 об.–28. Цит. по: Кручинин А. С. Первый бой на Перекопе в 1920 году. СПб., 2016. Ч. III. Сообщение Морозова.

5. Слащёв-Крымский Я. А. Крым в 1920 г.: отрывки из воспоминаний. М.; Л.: Государственное издательство, 1924. Цифровая публикация текста, главы и указатель: «Крым, 1920»; отдельно глава V, «Первый бой», глава X, «Тыл во время Юшуньского боя». Переиздание: Гражданская война в России: Оборона Крыма / сост. В. Гончаров. М.: АСТ; СПб.: Terra Fantastica, 2003.

6. Шиллинг Н. Н. Доклад генералу А. И. Деникину об обстановке войск Новороссии. 29 января 1920 г. // Гражданская война в России: Оборона Крыма / сост. В. Гончаров. М.: АСТ; СПб.: Terra Fantastica, 2003. Приложение к воспоминаниям П. Н. Врангеля. Опубликованный текст.

7. Шиллинг Н. Н. Доклад генералу А. И. Деникину об общей обстановке на фронте и в тылу. 11 февраля 1920 г. ЦГАОР СССР. Ф. 1874. Оп. 1. Д. 39. Л. 1–13. Незаверенная копия // Гражданская война на Украине. 1918–1920: сб. документов и материалов: в 3 т., 4 кн. Т. 2. Киев: Наукова думка, 1967. Архивно-библиографическая карточка ЭБИД. Прочитаны реквизиты и описание карточки, не полный текст документа.

Научные исследования и архивные указатели

8. Кручинин А. С. Первый бой на Перекопе в 1920 году // Война и оружие. Новые исследования и материалы: труды Седьмой международной научно-практической конференции, 18–20 мая 2016 г. СПб.: Военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи, 2016. Ч. III. С. 83–100. Цифровое воспроизведение. Содержит опубликованные архивные выдержки и аппарат ссылок; подлинники отдельно не осматривались.

9. Ганин А. В. Между красными и белыми: Крым в годы революции и Гражданской войны (1917–1920) // История Крыма. М., 2015. С. 283–329. Электронное воспроизведение главы. Используется для общего состава сил и их исторического контекста; количественные данные в теле исследования сопоставлены с оперативными свидетельствами.

10. Управление командующего войсками Новороссийской области. Архивно-фондовое описание. Электронный справочный ресурс. Используется как маршрут выявления дел и документов органов управления; сам по себе не удостоверяет содержание отдельных невскрытых дел.

Архивные реквизиты, установленные по научной публикации

РГА ВМФ. Ф. Р-72. Оп. 1. Д. 21. Л. 9; Д. 33. Л. 164; Д. 40. Л. 620–620 об. РГА ВМФ. Ф. Р-332. Оп. 1. Д. 64. Л. 626; Д. 80. Л. 36, 87. РГА ВМФ. Ф. Р-87. Оп. 1. Д. 37. Л. 5, 8, 9. РГВА. Ф. 39696. Оп. 1. Д. 22. Л. 27 об.–28; Д. 54. Л. 3–7. ГА РФ. Ф. Р-5881. Оп. 2. Д. 596. Л. 7, 12. Эти реквизиты воспроизведены по Кручинину (2016, с. 99–100); самостоятельный осмотр листов и актуализация шифров не производились.

Дата завершения внутренней редакции: 13 ноября 2026 года. Статус текста: окончательная научная рукопись на основании обозначенного корпуса источников; публичная публикация не выполнялась.