Аннотация. Представлена документальная реконструкция отношений Крымского краевого правительства, Курултая, Крымскотатарской национальной директории и связанных национальных общественных учреждений в мае—ноябре 1918 года. На основании опубликованных актов, архивных карточек, исторической печати и исследований восстановлены майский проект власти, состав первого краевого кабинета, июльский меморандум германскому правительству, сообщение о признании культурно-национальной автономии, октябрьские совещания и ноябрьский переход к новому кабинету. Сопоставлены даты заседаний, публикаций и правительственных документов, персональные полномочия подписантов, источниковые расхождения и документально открытые вопросы.
Ключевые слова. Крым; революция; 1918 год; Курултай; Татарский парламент; Крымскотатарская национальная директория; Крымское краевое правительство; Сулейман Сулькевич; Джафер Сейдамет; Хасан Сабри; А. Хильми; «Миллет»; культурно-национальная автономия; вакуфы; документы; историческая хронология.
Метод источниковой проверки
Установленный факт обозначает наличие проверенного текста опубликованного акта либо документально установленный реквизит. Сообщение отдельного источника атрибутируется его автору. Расхождение фиксируется, когда дата, название, должность или содержание расходятся между публикациями. Архивная карточка подтверждает описание единицы хранения, но не полное содержание непроверенных листов. Зависимые перепечатки одного документа учитываются как одна линия.
1. Введение и предмет исследования
Предмет монографии образуют документы и документированные действия Крымского краевого правительства, Курултая, Крымскотатарской национальной директории и связанных с ними представительских учреждений в мае—ноябре 1918 года. Восстановлению подлежат порядок институциональных решений, персональный состав, компетенции, административные контакты и точные адресаты политических заявлений. Правительство Сулеймана Сулькевича выступает в документах как орган краевой исполнительной власти, тогда как Курултай принимал решения национального парламентского собрания, а Директория действовала как исполнительное национальное учреждение. Эти институциональные названия проверяются по официальным формулам, должностным подписям и датированным актам.
Основной период исследования — германское военное присутствие и Первое Крымское краевое правительство, апрель—ноябрь 1918 года. В качестве связанного периода рассматривается переход к правительству Соломона Крыма в ноябре. Предыстория национальных учреждений декабря 1917 года необходима для проверки преемственности названий и полномочий. В центре источникового корпуса находятся декларация кабинета Сулькевича, меморандум двух национальных руководителей, парламентские документы, газета «Миллет», библиографически идентифицированные архивные дела и исследования, в которых опубликованы фрагменты ранее недоступных материалов.
Реконструкция различает фактически обнародованный акт, газетное сообщение об акте и историческое изложение о нём. Реквизиты фондов и листов приведены лишь тогда, когда они указаны в документальных каталогах или в научной публикации. Содержание недоступного оригинала не восстанавливается на основании названия архивной карточки.
2. Календарь, обозначения и правила атрибуции
В декларации первого кабинета дата напечатана как 12/25 июня 1918 года. Это документально удостоверенное параллельное обозначение старого и нового календарного стиля, сохраняемое в настоящей работе без повторного пересчёта. Даты майских заседаний Курултая, июльского меморандума и октябрьских газетных материалов приводятся согласно датировке использованной публикации. При отсутствии в конкретном документе прямого указания календаря автоматически добавлять 13 суток нельзя. Различия между днем заседания и днем газетной публикации также сохраняются.
Написания «Джафер Сейдамет», «Сейдаметов» и Cafer Seydamet отражают одну персоналию в разных источниковых традициях. В июньской декларации употреблено имя Джафер Сейдамет, в воспроизведениях майских решений встречается та же фамилия с русским окончанием. Сулейман Сулькевич в различных исследованиях называется также Матвеем Александровичем. В историческом реестре применяются имена, указанные конкретными первичными актами, без произвольного объединения фамилий других участников.
Термины «Татарский парламент» и «Крымскотатарский парламент» относятся к национальному собранию. Национальная директория определяется по собственным должностным подписям, особенно в обращении от 21 июля. «Краевое правительство» — отдельный орган, подписавший акт об организации общекраевой власти. Выражение «крымское правительство», встречающееся в майском проекте Курултая, следует отличать от июньского кабинета: юридическая идентичность не устанавливается совпадением слов.
3. Декабрьские учреждения и предшествующий правовой корпус
Документальный каталог фиксирует Конституцию Крымской Народной Республики от 13 декабря 1917 года, принадлежащую предыстории национального учредительного движения. Декабрьский Курултай сформировал национальные институты, чьи названия и политические функции позднее снова появились в майских и июльских документах. Отдельное национальное правительственное обращение декабря 1917 года воспроизведено в приложении к исследованию С. А. Ефимова. В нём перечислены должностные руководители национального исполнительного органа, включая направления финансов, вакуфов и образования.
Обнаружение в документах 1917 и 1918 годов одного слова «Директория» не даёт основания объявлять все кадровые списки и распоряжения неизменными. В период января—апреля 1918 года менялись режим управления, условия заседаний и местонахождение политических участников. Для юридического доказательства непрерывности отдельных должностей требуются документы о назначении, прекращении полномочий и последующем восстановлении работы.
В данном исследовании конституционный документ декабря представлен проверенной библиографической карточкой; его отдельные статьи не используются для доказательства конкретного объёма полномочий учреждений в июле 1918 года. Историографическое сообщение о существовании национального исполнительного органа отделяется от его собственных актов и от общекраевого органа, позднее сформированного Сулькевичем.
4. Апрельский переход и возобновление парламентской работы
После апрельских военных событий и установления германского военного присутствия в Крыму возобновилась деятельность национальных представительных органов. Украинская историческая публикация 2024 года относит восстановление работы Курултая к маю и рассматривает его вместе с деятельностью земских политических объединений. Это исторический обзор, содержащий датированную реконструкцию, но не самостоятельный журнал заседаний парламента.
Более определённую документальную опору даёт протокол восьмого заседания третьей сессии от 16 мая. Электронная библиотека исторических документов приводит архивный шифр: РГАСПИ, фонд 71, опись 33, дело 1528, листы 4–6. Указан заверенный перевод с крымскотатарского языка Я. Шамаша и публикация в газете «Миллет» 19 мая. Это два разных события: датированное заседание и известная дата печатной передачи его текста.
Протокол подтверждает наличие последовательной нумерованной парламентской работы ещё до июня. В то же время первоначальную повестку восьмого заседания нельзя полностью выводить из названия карточки. Дальнейшее описание содержания майских резолюций опирается на опубликованные историко-документальные сборники 1924 и 1927 годов с чётким указанием их ретроспективного характера.
5. Майская парламентская инициатива
В сборнике «Революция в Крыму» 1924 года приведено изложение проекта организации власти, рассмотренного Курултаем. В его первом параграфе национальный парламент объявлял себя временным крымским государственным парламентом и принимал инициативу образования краевого правительства. Указано постатейное рассмотрение проекта и предусмотренное им формирование исполнительного кабинета, ответственного перед парламентом.
М. Ф. Бунегин в книге 1927 года датирует 18 мая решение о приглашении Джафера Сейдамета на пост премьера проектируемого правительства и воспроизводит грамоту, вручённую ему от имени национального парламента. Текст грамоты выражает веру собрания в поддержку других народностей Крыма. Это атрибутированное политическое заявление самого собрания, не отдельное документальное согласие этих народностей.
В современной хронологии формирования первого кабинета 18 мая также указано как день провозглашения Курултая временным крымским парламентом. Совпадающая дата нескольких публикаций поддерживает историческое датирование, но не делает зависящие друг от друга пересказы независимыми свидетельствами. Необходимо различать сам проект, вручённую грамоту и реально созданное государственное ведомство. Министерские приказы действующего кабинета не следуют автоматически из парламентского обращения.
6. Положение о выборах депутатов
Одновременно с майскими заседаниями существовал нормативный комплекс о национальном депутатском представительстве. Положение о выборах депутатов в электронной библиотеке датировано «не ранее середины мая 1918 года». В качестве исходных носителей названы машинописный текст в Bakhmeteff Archive Колумбийского университета, General Manuscript Collection, Edige Kirimal Manuscript, 1918, страницы 1–18, и отдельное печатное издание в Ак-Меджите 1918 года объёмом 23 страницы на тюркском языке арабской графикой.
Отдельная электронная запись положения в Russian Perspectives on Islam относится к той же публикационной линии. Существование цифрового описания и оригинального тюркского печатного издания подтверждает работу по нормативному оформлению выборного национального представительства. Однако установление правил распределения мандатов, число кандидатов и фактические результаты выборов требуют проверки статей документа, протоколов голосования и депутатских удостоверений.
Нижняя граница датировки не равна удостоверенной дате принятия каждой статьи. Исследование не выдаёт библиографические сведения о положении за доказательство фактической реализации полного избирательного процесса. Это особенно важно при обсуждении обще-крымских политических претензий Курултая: полномочия, провозглашённые в проекте, и исполненный мандат являются разными предметами архивной проверки.
7. Проект правительства и проблема подотчётности
В майском проекте, пересказанном документальным изданием 1924 года, предусмотрена ответственность будущего кабинета перед избирающим его парламентом. Такое положение относилось к предлагаемому порядку образования власти. Правительственное учреждение, которое позже подписало декларацию 12/25 июня, описало иной порядок собственного формирования — премьером при согласовании с германским военным командованием.
Исследование Бунегина 1927 года передаёт обсуждавшиеся при переговорах с представителями кадетских и земских кругов разногласия о кандидатуре премьера, о необходимости ответственного перед парламентом правительства и о месте министерства иностранных дел. Эти сообщения следует цитировать как реконструкцию автора; конкретные условия каждого совещания требуют протокола и подписанного списка участников.
Достоверный юридический результат сравнения состоит в различии двух формул: майское собрание выдвигало модель кабинета, подотчётного Курултаю; июньская декларация фиксировала состав правительства, организованного Сулькевичем по согласованию с германским командованием. Меморандум от 21 июля содержит существенное уточнение от имени руководителей национальных учреждений. Его подписанты сообщают, что Крымскотатарский парламент согласился на образование уже действовавшего Крымского правительства временно, до обращения к германскому правительству по вопросу о судьбе Крыма. Тем самым документировано публичное заявление руководителей Курултая и Директории о согласии с существованием временного кабинета. Полноту парламентского голосования должен установить самостоятельный протокол.
Прямой акт передачи Курултаем всех собственных полномочий новому кабинету в использованном корпусе не предъявлен. Поэтому сообщение о временном согласии отличается от акта передачи компетенций и юридического тождества двух органов.
8. Переговоры с земскими и политическими организациями
Представители национального парламента и другие политические объединения обсуждали устройство будущей краевой власти в мае и начале июня. Бунегин приводит последовательность консультаций Сейдамета, включая требования отдельных участников о характере правительства и его юридической подотчётности. Документы переговоров представлены в этой книге преимущественно в пересказе и с фрагментами цитат.
Информационный исторический обзор сообщает о прекращении переговоров в начале июня и о перерыве в работе Курултая с 5 июня, когда германское командование стало согласовывать создание кабинета Сулькевича. Сопоставление двух источников устанавливает смену организации переговорного процесса, но не полную цепочку официальных германских приказов.
Для проверки конкретных переговорных решений необходимы журналы земского собрания, письма политических организаций, протоколы Курултая и германская документация. Вопрос о том, какое условие оказало решающее влияние на конкретное назначение, требует свидетельства участника или распорядительного документа. В данном исследовании фиксируются предъявленные участниками условия и последовавший опубликованный правительственный состав, без самостоятельного приписывания мотивов сторонам.
9. Июньские публикации газеты «Миллет»
Статья «Татарский парламент охраняет свое положение» датирована 3 июня 1918 года. В её архивной карточке указаны «Миллет», РГАСПИ, фонд 71, опись 33, дело 1528, листы 7–8, перевод Я. Шамаша. Статья «Пессимизм» от 12 июня идентифицирована в том же деле на листах 9–10, также в заверенном переводе. Обе публикации предшествуют официальной дате июньской декларации.
Из этих сведений устанавливаются датированные источниковые позиции национальной периодики и наличие самостоятельной цепочки сохранения номеров газеты. Нельзя из одного заглавия воспроизводить редакционную позицию полностью или выводить протокол решения Курултая. Газета выступает историческим участником политической дискуссии и источником сообщений, а не юридической заменой парламентского собрания.
Для текстологического сопоставления должны быть прочитаны русский перевод, первоначальная крымскотатарская публикация, редакционные примечания и соседние номера. В настоящей реконструкции публикации 3 и 12 июня удостоверены на уровне каталожных метаданных; подробно характеризовать их аргументацию без чтения текста не следует. Сам факт выхода статей показывает продолжение обсуждения парламентского статуса накануне официального оформления кабинета.
10. Декларация Краевого правительства 12/25 июня
Правительственное сообщение «К населению Крыма», опубликованное полностью в приложении к исследованию С. А. Ефимова, датировано 12/25 июня 1918 года. Источник описан как печатная прокламация Феодосийского уездного комиссара, оригинальный экземпляр которой находится в Центральном музее Тавриды. В библиографическом аппарате Ефимова указан инвентарный реквизит прокламации: КП-11978_99_Д-666. В тексте премьер Сулькевич сообщает об окончании переговоров с представителями германского правительства; сама декларация определяет согласие германского военного командования как обстоятельство организации краевой исполнительной власти.
Кабинет именует себя верховной властью в Крыму и заявляет временное сохранение законоположений, правомерно изданных до 25 октября 1917 года, с правом собственного пересмотра и издания новых норм. Он объявляет распущенными действующие земские собрания и городские думы, сохраняя деятельность исполнительных управ до нового устройства выборов. Отдельные положения касаются службы, суда, налогов, военных вопросов, собственности, местных учреждений и порядка обращения населения.
Декларация сохраняет право решать вопрос о будущем ответственном выборном правительстве в согласовании с германским командованием. Это собственная нормативная формула кабинета, отличная от майского проекта ответственности перед Курултаем. Политические объяснения, изложенные самими авторами декларации, атрибутируются правительству и не заменяют самостоятельного установления фактических обстоятельств.
11. Полный именованный состав июньского кабинета
Под официальным текстом декларации перечислены семь подписантов с должностями. Сулейман Сулькевич — премьер-министр, министр внутренних, военных и морских дел; князь Сергей Горчаков — товарищ министра внутренних дел и заступающий министра; Томас Рапп — министр земледелия, краевых имуществ и снабжения; Джафер Сейдамет — министр иностранных дел; Владимир Налбандов — краевой контролёр, краевой секретарь и временно управляющий исповеданиями и народным просвещением; Лев Фриман — министр путей сообщения, общественных работ, почт и телеграфов; граф Владимир Татищев — министр финансов, промышленности, торговли и труда, временно управляющий юстицией.
Эта подпись устанавливает участие Сейдамета в краевом кабинете после его майского выдвижения в другой парламентской процедуре. Участие не свидетельствует о полном подчинении правительства Курултаю. Для каждого министра дальнейшая история службы подлежит проверке по приказам об увольнении, назначении и перераспределении портфелей; июньский список удостоверяет состав на дату опубликованного акта.
Экземпляр, воспроизведённый у Ефимова, содержит феодосийскую заверительную отметку полковника Биакая, временно исполнявшего обязанности уездного комиссара. Это дополнительный след распространения правительственного текста в уездном делопроизводстве. Без журналов доставки нельзя утверждать одинаковую дату фактического поступления декларации в каждый уезд Крыма.
12. Государственный язык и обращения граждан
В декларации 12/25 июня русский назван государственным языком Крыма, а сношения с государственными и общественными учреждениями допускались на русском, татарском и немецком языках. Эти два предписания следует анализировать отдельно. Первое определяло объявленный статус языка в системе власти; второе обеспечивало возможность обращения к учреждениям на нескольких языках.
Декларация не является реестром практики повседневного делопроизводства. Не установлено по одному этому акту, в каких ведомствах фактически существовали переводчики и как быстро рассматривались заявления на татарском языке. Вопрос следует исследовать по заявкам, протоколам, переводам, канцелярским циркулярам и обращениям национальных организаций.
Документально важна связь языковой нормы с национально-общественными полномочиями, о которых говорится в июльских материалах. Возможность подачи обращения на языке и право национальной Директории управлять собственными организациями представляют разные административные нормы. Их практическая связь должна прослеживаться по конкретным делам, а не выводиться из общего понятия автономии.
13. Два национальных учреждения: парламент и Директория
Самостоятельность представительного и исполнительного национальных учреждений особенно наглядно выражена в меморандуме от 21 июля. Документ подписан Хасаном Сабри как председателем Крымскотатарского парламента и А. Хильми как руководителем Совета директоров Национальной директории. Такие должностные обозначения устанавливают существование как минимум двух отдельных учрежденческих линий, совместно выступивших с политическим обращением.
Парламент продолжал существовать в качестве представительного собрания с бюро и депутатами. Директория выступала как национальный исполнительный орган, позднее названный в сообщениях о правительственном распоряжении полиции. Между ними могли существовать внутренние нормы подотчётности, но их конкретную июльскую редакцию нужно проверять по уставу и протоколам.
Известные персональные подписи подтверждают участие конкретных руководителей; их нельзя приписывать всем депутатам без отдельного постановления. Сложная терминология самого документа — «Совет директоров», «Национальная директория», «национальный совет» в вариантах переводов — требует параллельного чтения немецкого и крымскотатарского текстов. Русская опубликованная версия сохраняется как определённый исторический текст, не как универсальный словарь всех учреждений.
14. Июльский меморандум германскому правительству: внешний вид и происхождение
Транскрипция меморандума № 38 датирована 21 июля 1918 года, местом составления назван Ак-Меджид. Адресатом указано германское правительство. В опубликованной русской редакции присутствуют подписи Сабри и Хильми. Архивный реквизит: ГА РФ, фонд Р-446, опись 2, дело 47, листы 5–7 оборот, заверенный перевод с немецкого языка.
Электронная библиотека исторических документов содержит самостоятельную карточку этого же акта с теми же реквизитами и ссылкой на публикацию в документальном сборнике Исхакова 2014 года. Транскрипция и библиографическая карточка принадлежат одной документальной линии и не считаются двумя независимыми свидетельствами содержания. Сам меморандум содержит датированное сообщение подписантов о решении Крымскотатарского парламента от 18 мая и о последующем временном согласии парламента на учреждение уже образованного краевого правительства. В источнике это передано Сабри и Хильми как позиция парламента, тогда как протокол соответствующего голосования непосредственно не прочитан.
Путь передачи оригинала и сведения о дипломатической регистрации требуют изучения подлинного архивного листа и германской входящей переписки. Прочитанный перевод удостоверяет текст опубликованной редакции, дату, форму обращения и список подписантов. Он не доказывает фактического получения письма лично германскими министрами или принятия правительством конкретного решения по требованиям авторов.
15. Программа национальных руководителей в меморандуме
Содержание меморандума 21 июля включает собственные исторические и политические утверждения авторов и обращения к германской стороне. Среди шести заявленных требований фигурируют преобразование Крыма в независимое нейтральное ханство, международное признание его независимости, создание татарского правительства, возвращение служащих и офицеров из-за рубежа, формирование национальных вооружённых сил и обеспечение возвращающихся политических эмигрантов. Документ содержит демографические оценки и упоминания о прошлом переселении населения.
Все перечисленные положения являются требованиями подписантов и отражают их программу. Из наличия программы не следует, что она была осуществлена. Количественные сведения, указанные авторами в политическом обращении, не становятся в этой монографии проверенной статистикой без просмотра использованных ими учётных таблиц и правил подсчёта.
Факт обращения показывает, что национальные руководители продолжали выступать от имени своих учреждений уже после учреждения кабинета Сулькевича. Само письмо подписано не министром иностранных дел краевого правительства, а председателями национальных органов. Вопрос о согласованности этого обращения с другими политическими участниками требует отдельной переписки и мандатов. В имеющемся корпусе прямого официального ответа германского правительства на все пункты меморандума не выявлено.
16. Признание культурно-национальной автономии 30 июля
Историческое исследование В. Г. Зарубина сообщает, что 30 июля Сулькевич уведомил возобновившую деятельность Национальную директорию о признании правительством культурно-национальной автономии крымских татар. В пересказе также названы распоряжение вакуфным имуществом и заверение о свободе утверждения уставов национально-общественных организаций в краевом министерстве внутренних дел.
Исходящий текст уведомления, число экземпляров и регистрационный номер непосредственно не просмотрены. Поэтому формула признания передаётся как сообщение исследователя об официальном акте, не как самостоятельно осмотренная архивная копия. Содержание сообщения позволяет определить предмет отношений кабинета с Директорией, но не юридический объём каждого имущественного и образовательного полномочия.
Меморандум национальных руководителей предшествовал этому сообщению на девять дней. Последовательность дат документальна в пределах двух публикаций, тогда как причинная связь между ними не подтверждена отдельным актом. Признание национально-культурной сферы нельзя отождествлять с принятием всех требований о государственном устройстве, изложенных 21 июля.
17. Распоряжение полиции от 31 июля
Согласно публикации Зарубина, на следующий день после июльского уведомления — 31 июля — уездным и окружным начальникам, а также руководителям городских полицейских отделений было адресовано распоряжение о содействии должностным лицам Национальной директории. Цитируемый исследователем текст связывает приказ с сообщениями о вмешательстве полицейских чинов в её дела.
Это свидетельство позволяет установить направление правительственной нормативной рассылки. Для доказательства наличия конкретного исходящего оригинала следует отыскать книгу приказов и зарегистрированный экземпляр. Для доказательства исполнения в отдельных городах необходимы журналы местных управлений. Наличие адресованной всем начальникам нормы само по себе не удостоверяет исполнение каждого распоряжения.
Материал указывает на практическую административную границу между краевой полицией и национальной Директорией. Документально обоснованный вывод состоит в сообщении о предписании сотрудничества и признании факта ранее возникших разногласий, который был упомянут в тексте приказа. Количество этих инцидентов, фамилии полицейских чиновников и результаты рассмотрения жалоб не установлены.
18. Вакуфное имущество и финансовые полномочия
Вопрос о вакуфах прослеживается с документа национального правительства 1917 года, где имеется должность директора финансов и вакуфов, до июльских сообщений о деятельности возобновившейся Директории. Зарубин связывает её компетенцию с управлением вакуфным имуществом и национальными общественными организациями.
Юридическое право распоряжения имуществом и фактическое получение дохода требуют разного доказательства. Первое проверяется уставом, нормативным актом и именным полномочием, второе — бухгалтерскими книгами, квитанциями, перепиской о передаче земель и зданий. В доступных публикациях указаны направления деятельности, но здесь не установлены суммы поступлений и полный перечень объектов.
Особенно важно не смешивать имущественные фонды религиозных учреждений с бюджетом Краевого правительства. Их возможные платежи, ссуды и передачи должны иметь документальную основу. Наличие общего слова «вакуфы» в документах разных лет не образует доказательства непрерывности прав на конкретные участки. Для такого вывода нужны инвентарные описи и акты фактической передачи.
19. Образование, исповедания и национальные организации
В декларации первого кабинета временное руководство сферой исповеданий и народного просвещения поручалось Владимиру Налбандову. Директория и крымскотатарские общественные организации имели собственные национальные направления деятельности; изложение июльского уведомления связывает их уставы с компетенцией министерства внутренних дел.
В этих сведениях присутствуют разные административные уровни: краевой орган образования и исповеданий, регистрирующее ведомство внутренних дел и национальные общественные объединения. Их фактическое взаимодействие надлежит устанавливать по заявлениям об утверждении уставов, разрешениям школ, ведомственным письмам, денежным отчётам и решениям национального исполнительного органа.
Имеющийся материал достаточен для постановки документального вопроса, но не для создания полного списка школ, конфессиональных сотрудников и образовательных учреждений на основании косвенных упоминаний. Всякая конкретная школа требует отдельного документа об учреждении, финансировании и действовавшем учебном режиме.
20. Военное ведомство и религиозное обслуживание частей
В исторической публикации Зарубина сообщается о прикомандировании мусульманских священнослужителей к военному ведомству и об утверждении штата причта полковой мечети Крымского конного полка. В правительственной декларации военное ведомство находилось в ведении премьер-министра Сулькевича, а сфера исповеданий временно была передана Налбандову.
Сообщение о штате свидетельствует о возможном пересечении военных и конфессиональных компетенций. Но численность личного состава, размеры жалования и распорядительные номера должны определяться только приказами соответствующего министерства. Не следует выводить из этой деятельности реализацию программы национальной армии, предъявленной в июльском меморандуме.
Меморандум Сабри и Хильми действительно содержит предложение об образовании татарских воинских сил. Это политическое требование адресовано германскому правительству. Реальные военные части и их подчинение в 1918 году проверяются по штатам, спискам личного состава и приказам, а не по тексту политической программы.
21. Джафер Сейдамет и разграничение политических ролей
Джафер Сейдамет фигурирует в нескольких документальных качествах. Майская публикационная традиция описывает его приглашение парламентом на должность главы предполагаемого краевого кабинета. В декларации Сулькевича Сейдамет занимает должность министра иностранных дел действующего первого Краевого правительства. Эти роли отделены переговорами мая—июня и разными процедурами учреждения власти. Бунегин в издании 1927 года сообщает о предложении Сулькевича, сделанном Директории до обнародования декларации, выдвинуть кандидата на должность статс-секретаря по татарским делам из делегатов Курултая для связи с Директорией, с содержанием за государственный счёт. Это сообщение историка о предложенном устройстве ведомственной связи; оно само по себе не удостоверяет назначение определённого лица без соответствующего приказа.
Отдельно меморандум 21 июля показывает внешнее политическое обращение других национальных руководителей к германскому правительству. Его подписание Сабри и Хильми не позволяет объявить этот документ официальной нотой министерства иностранных дел Сейдамета. Для определения связей между каналами внешней переписки следует выявить мандаты, согласования и регистрационные отметки соответствующих канцелярий.
Историческая точность состоит в персональном и институциональном разделении: должность в краевом кабинете, избрание или выдвижение в национальном парламенте и участие в национальной Директории удостоверяются самостоятельными актами. Личная связь с несколькими организациями не означает автоматической передачи ими друг другу формальных полномочий.
22. Германское командование и отдельные каналы контактов
Июньская декларация прямо фиксирует согласование создания кабинета Сулькевича с германским военным командованием. Будущие выборные органы, разрешения на оружие и отдельные административные решения в тексте также связаны с германскими властями. Это свидетельство о процедуре, записанной самим кабинетом, а не доказательство всех не опубликованных соглашений.
Другой канал представляет июльское письмо национальных руководителей германскому правительству. Оно составлено от имени парламента и Директории. Адресование письма правительству Германии следует отличать от контакта с военным начальником в Крыму. Для проверки возможного согласования этих коммуникаций необходимы входящие журналы, резолюции и ответы.
Два канала существовали в одном историческом периоде, но отличались подписантами и предметом. Сопоставление позволяет определить круг германских учреждений для архивного поиска, не приписывая германскому командованию мотивов по материалам, которые в данной сессии не исследованы непосредственно.
23. Осенние отношения и различие представительств
Зарубин рассматривает осеннюю ситуацию в связи с деятельностью Краевого правительства и земских политических организаций. Отдельные переговоры и конфликты фиксируются у него в контексте германского присутствия и формирующейся замены кабинета. В настоящем досье эти сведения имеют статус исследовательской реконструкции, а не полного прочитанного протокола каждого совещания.
Представительство Курултая, бюро парламента, Директории, земских собраний и министерств следует определять отдельно. Для установления воли учреждения требуется его резолюция, утверждённый мандат либо подписанное коллективное обращение. Позиция одного министра не может быть приравнена к позиции всего Курултая, а газетное сообщение — к официальному протоколу без дополнительных источников.
Осенние события подводят к документу, содержащему наиболее точное свидетельство о совещаниях национальных групп в октябре. Но даже его содержание следует читать как газетное сообщение, а не как регистр решений всех национальных учреждений.
24. Газета «Миллет» от 28 октября и совещания групп
В статье «Все понятно… все объединились» газета «Миллет» от 28 октября 1918 года сообщает о специальных совещаниях членов бюро крымскотатарского парламента и делегатов от мурзаков и мулл. Редакция сообщает, что между участниками было достигнуто согласие по национальным и политическим вопросам. Транскрипция снабжена реквизитами: РГАСПИ, фонд 71, опись 33, дело 1528, лист 21; перевод с крымскотатарского языка Я. Шамаша.
Таким образом, подтверждено существование датированного сообщения национальной газеты о состоявшихся совещаниях. Фактические решения этих совещаний требуют протокола, перечня присутствовавших и подписанного итогового соглашения. Сообщение о согласии не даёт оснований утверждать единогласную позицию всех крымских татар или доказанный переход полномочий к новому органу.
Существование в тексте бюро парламента важно для институциональной истории: это указание на отдельный рабочий орган внутри национального представительства. Его состав и полномочия в октябре должны проверяться протоколами бюро и постановлениями Курултая. В настоящем корпусе они не прочитаны полностью.
25. Переход к правительству Соломона Крыма в ноябре
В исследовании С. А. Ефимова воспроизведена декларация второго Краевого правительства, сформированного согласно решению земских представителей от 18 октября 1918 года с дополнениями от 10 ноября. Этот документ имеет другого субъекта политического уполномочивания, чем майская инициатива Курултая. Программа нового кабинета содержит отдельное упоминание интересов разных национальностей и татарской части населения.
Публикация сообщает также, что 14 ноября германское командование уведомило земскую управу об устранении кабинета Сулькевича, а 15 ноября Сулькевич довёл до населения сообщение о передаче управления правительству Соломона Крыма. Различаются уведомление, заявление об уходе и собственный акт нового правительства. Для точной последовательности необходимы отдельные архивные документы.
Из появления нового кабинета не следует автоматического прекращения работы всех национальных органов. Для судьбы Курултая и Директории в середине ноября нужны их собственные протоколы и обращения. Исследование сохраняет этот момент как границу между основным и связанным историческими периодами.
26. Письмо Сулькевича Хойскому и дипломатическая переписка
Карточка письма Сулькевича Ф. Х. Хойскому датирует документ «не позднее 15 ноября 1918 года» и сообщает его предмет: установление дипломатических отношений с Азербайджанской Демократической Республикой. Указаны архивные реквизиты Государственного архива Азербайджанской Республики: фонд 970, опись 1, дело 40, лист 1. Известна публикация текста в сборнике «Азербайджанская Демократическая Республика. Внешняя политика. Документы и материалы» (Баку, 1998), страницы 102–103.
Эта карточка позволяет идентифицировать документ и определить верхнюю дату его составления либо оформления. Она не позволяет самостоятельно установить точную дату отправки и получения, если соответствующие штампы не прочитаны. В настоящем исследовании эти ограничения сохраняются прямо.
Письмо иллюстрирует существование внешней переписки Краевого правительства в его собственном официальном качестве. В июле национальные учреждения направили отдельный меморандум германскому правительству. Разделение этих двух типов дипломатического действия составляет одно из необходимых условий для достоверного описания политической истории 1918 года.
27. География учреждений и вопросы местного исполнения
Июньская декларация Краевого правительства определяет Симферополь местопребыванием кабинета. В июльском меморандуме указано место Ак-Меджид — крымскотатарское название Симферополя, что фиксирует город составления обращения национальных руководителей. Эти данные не свидетельствуют о размещении разных канцелярий в одном здании.
Ссылка на полицейское распоряжение 31 июля предполагает рассылку по уездам, округам и городским полицейским учреждениям. Но отправка по вертикали управления и реальное получение в конкретной местности — разные события. Для проверки необходимы входящие книги уездных начальников, канцелярские отметки и отчёты о рассмотрении жалоб национальных организаций.
Феодосия представлена феодосийской прокламацией с заверительной отметкой уездного комиссара. Бахчисарай появляется в историографической истории заседаний Курултая. Более подробная карта исполнительных контактов требует местных архивных дел; в неё нельзя включать фактически не подтверждённые местные решения.
28. Документальная хронология
Декабрь 1917 года — предыстория Курултая и Конституция Крымской Народной Республики.
Апрель 1918 года — военный и административный переход к германскому присутствию в историческом обзоре 2024 года.
16 мая — восьмое заседание третьей сессии; 19 мая — зафиксированная дата его публикации в «Миллет».
18 мая — провозглашение временного краевого парламента и приглашение Сейдамета в передаче сборника 1924 года.
Не ранее середины мая — редакторская датировка положения о выборах.
3 июня — статья «Татарский парламент охраняет свое положение»; 12 июня — газетная статья «Пессимизм».
5 июня — перерыв и переход к другому правительственному проекту в изложении украинского исторического обзора.
12/25 июня — официальная декларация правительства Сулькевича, фиксирующая состав кабинета.
21 июля — меморандум Сабри и Хильми германскому правительству, включающий заявление подписантов о временном согласии парламента на учреждение действующего Краевого правительства.
30 июля — сообщение о признании культурно-национальной автономии; 31 июля — распоряжение о содействии полиции в изложении Зарубина.
28 октября — статья «Миллет» о совещаниях бюро парламента и общественных групп.
14–15 ноября — передача краевой власти кабинету Соломона Крыма по исследовательской публикации Ефимова; не позднее 15 ноября — письмо Сулькевича Хойскому.
29. Расхождения и уровни документальной проверки
Даты 16, 18 и 19 мая иногда оказываются сведёнными в одну строку позднейших очерков. Архивный протокол датирован 16 мая, его газетная публикация — 19 мая, а политическое выдвижение Сейдамета сообщается как событие 18 мая. До проверки полных листов эти события следует различать.
Майский парламентский проект и июньская декларация имеют разные институциональные формулы. При этом июльский меморандум прямо передаёт утверждение о временном согласии парламента на существование образованного кабинета. Такое согласие, выраженное в политическом обращении к германскому правительству, следует отличать от юридического акта передачи полномочий Курултая. Последний остаётся предметом отдельной документальной проверки.
Июльский меморандум содержит предложения национальных руководителей, тогда как сообщение о правительственном решении 30–31 июля касается культурно-национальной автономии и полицейского содействия. Предложения и осуществлённые правительственные распоряжения не заменяют друг друга.
Наконец, газетная статья 28 октября — сообщение редакции о согласии участников переговоров. Оно не равно подписанному протоколу парламента или Директории. Отдельной проверке подлежат публикационные цепочки одного документа: архивная карточка и его электронная транскрипция не дают двух независимых свидетельств.
30. Итоги документального исследования
В исследовании установлена документальная последовательность национально-парламентской работы и образования общекраевой власти весной 1918 года: заседание 16 мая, майская парламентская инициатива и выдвижение Сейдамета, самостоятельное оформление кабинета Сулькевича 12/25 июня. Воспроизведённый правительственный акт позволяет точно назвать подписантов, ведомственные полномочия и языковые нормы.
Меморандум 21 июля устанавливает самостоятельное обращение председателя парламента и руководителя Директории к германскому правительству. Его текст передаёт заявление подписантов о временном согласии парламента на существование действующего кабинета и содержит шесть политических предложений, не удостоверяющих сами по себе их исполнение. Июльское признание культурно-национальной автономии и полицейское распоряжение известны из исследовательского сообщения Зарубина; степень их исполнения в отдельных учреждениях остаётся самостоятельным предметом проверки.
Публикация «Миллет» от 28 октября фиксирует газетное сообщение о переговорах бюро парламента с группами мурзаков и духовенства. Ноябрьский переход к кабинету Соломона Крыма определяется по опубликованной декларации и сообщениям о смене власти. Названные эпизоды устанавливают несколько самостоятельных, последовательно документируемых учрежденческих линий.
Открытые вопросы сосредоточены на прочтении оригинальных майских протоколов, немецкой и русской версий июльского меморандума, исходящих актов краевого правительства от 30–31 июля, финансово-вакуфных дел, полномочий представителей на октябрьских совещаниях, германских ответов и местной регистрации распоряжений. Полные архивные листы и вещественные оригиналы в рамках данной сессии не осмотрены; все незакрытые проверки перечисляются в исследовательском реестре.
Источники и литература
С. А. Ефимов. Административно-территориальные преобразования и опыты крымской государственности в годы Первой мировой войны // Первая мировая война и Крым / под ред. А. В. Мальгина. Прил. 1–3; прил. 2: «Правительственное сообщение. К населению Крыма», 12/25 июня 1918 г. Печатный экземпляр Феодосийского уездного комиссара. Центральный музей Тавриды. КП-11978_99_Д-666 (инвентарный реквизит по библиографическому аппарату С. А. Ефимова). — Электронная запись источника.
Протокол 8-го заседания 3-й сессии Татарского парламента, 16 мая 1918 г. // Миллет. 1918. 19 мая; РГАСПИ. Ф. 71. Оп. 33. Д. 1528. Л. 4–6, заверенный перевод Я. Шамаша // Гражданская война в России и мусульмане / сост. С. М. Исхаков. М.: Центр стратегической конъюнктуры, 2014. Электронная карточка ЭБИД. — Электронная запись источника.
Положение о выборах депутатов Крымскотатарского парламента, не ранее середины мая 1918 г. // Columbia University, Bakhmeteff Archive, General Manuscript Collection, Edige Kirimal Manuscript, 1918. S. 1–18; Kırım Tatar meclis-i mebusanı saylav nizamnamesi. Ак-Месджит, 1918. 23 с.; Исхаков С. М. (сост.). Гражданская война в России и мусульмане. М., 2014. ЭБИД. — Электронная запись источника.
Татарский парламент охраняет свое положение // Миллет. 1918. 3 июня; РГАСПИ. Ф. 71. Оп. 33. Д. 1528. Л. 7–8. Перевод Я. Шамаша // Исхаков С. М. (сост.). Гражданская война в России и мусульмане. М., 2014. Электронная карточка ЭБИД. — Электронная запись источника.
Пессимизм // Миллет. 1918. 12 июня; РГАСПИ. Ф. 71. Оп. 33. Д. 1528. Л. 9–10. Заверенный перевод Я. Шамаша // Исхаков С. М. (сост.). Гражданская война в России и мусульмане. М., 2014. Электронная карточка ЭБИД. — Электронная запись источника.
Меморандум председателя Крымскотатарского парламента Хасана Сабри и главы Национальной директории А. Хильми германскому правительству, № 38, Ак-Меджид, 21 июля 1918 г. // ГА РФ. Ф. Р-446. Оп. 2. Д. 47. Л. 5–7 об. Заверенный перевод с немецкого языка; электронная русская и английская транскрипция Russian Perspectives on Islam / С. М. Исхаков. — Электронная запись источника.
Меморандум А. Сабри и А. Хильми, 21 июля 1918 г. // ГА РФ. Ф. Р-446. Оп. 2. Д. 47. Л. 5–7 об. // Исхаков С. М. (сост.). Гражданская война в России и мусульмане. М., 2014. Электронная карточка ЭБИД, зависимая библиографическая линия предыдущего документа. — Электронная запись источника.
Все понятно… все объединились // Миллет. 1918. 28 октября; РГАСПИ. Ф. 71. Оп. 33. Д. 1528. Л. 21. Перевод Я. Шамаша; русская транскрипция Russian Perspectives on Islam / С. М. Исхаков. — Электронная запись источника.
Зарубин В. Г. Крым в 1918–1919 гг.: интервенты, местные власти и население. 2004. Электронное воспроизведение исторического исследования о первом Краевом правительстве, Директории и событиях 30–31 июля 1918 г. — Электронная запись источника.
Бунегин М. Ф. Революция и гражданская война в Крыму (1917–1920). Симферополь, 1927. Электронное воспроизведение исследования с изложением майских переговоров и решений Курултая. — Электронная запись источника.
Революция в Крыму: историко-документальный сборник. Вып. 1(3). 1924. Электронное воспроизведение материала о проекте организации власти в мае 1918 г. — Электронная запись источника.
Представництво Президента України в Автономній Республіці Крим. 25 червня — створення Першого Кримського крайового уряду. 25 июня 2024 года. Украинский язык. — Электронная запись источника.
Письмо премьер-министра Крымского краевого правительства М. А. Сулькевича Ф. Х. Хойскому, не позднее 15 ноября 1918 г. // Государственный архив Азербайджанской Республики. Ф. 970. Оп. 1. Д. 40. Л. 1; Азербайджанская Демократическая Республика. Внешняя политика. Документы и материалы. Баку, 1998. С. 102–103. Карточка ЭБИД. — Электронная запись источника.
Конституция Крымской Народной Республики, 13 декабря 1917 г. // Гражданская война в России и мусульмане / сост. С. М. Исхаков. М., 2014. Электронная карточка ЭБИД. — Электронная запись источника.
Положение о выборах депутатов Крымскотатарского парламента, не ранее середины мая 1918 г. Российские и зарубежные источниковые собрания в Russian Perspectives on Islam / С. М. Исхаков. Цифровая запись того же положения, что описано в Бахметевском архиве. — Электронная запись источника.
Пределы источниковой проверки
В рамках исследования прочитаны опубликованные тексты декларации 12/25 июня, меморандума 21 июля, заметки «Миллет» 28 октября и доступные электронные воспроизведения исторических работ. Для ряда документов проверены только названия, датировки, архивные шифры и публикационные реквизиты в электронных библиографических карточках. Подлинные листы архивов, включая материалы РГАСПИ, ГА РФ и Бахметевского архива, непосредственно не просмотрены. Сетевой HTTP-аудит всех URL отдельными запросами не выполнялся. Проверена статическая согласованность ссылок в рукописи с приведённой библиографией; открытые архивные вопросы перечисляются в EVIDENCE.json.