Аннотация. В исследовании реконструированы документально наблюдаемые функции Крымского краевого казначейства в 1918 году в системе финансовых учреждений Первого Крымского краевого правительства. Рассмотрены организация финансового управления, правовое положение Крымского краевого банка, выпуск казначейских обязательств по постановлению Совета министров от 16 августа 1918 года, условия их погашения, приём в казённые и местные платежи, изготовление и оформление денежных документов, а также переход финансовой администрации к правительству Соломона Крыма в ноябре 1918 года. Опубликованные экземпляры обязательств номиналом 500, 1000 и 5000 рублей сопоставлены с исследованием И. Росбера (Н. Кардакова), впервые напечатанным в 1931 году, с позднейшими бонистическими описаниями и свидетельствами сохранившихся экземпляров. Впервые в составе данного досье раздельно сведены численность печатных листов, образцов, брака, подлежащих оформлению обязательств и фактически выданных платёжных документов. Выделены разночтение о сумме «500 рублей» внутри формуляров более крупных номиналов и различие между денежными знаками с датой «1918» и их введением в обращение в 1919 году. Открытые вопросы касаются подлинного текста нормативных постановлений, бухгалтерских книг, именных подписей на отдельных экземплярах, объёмов поступлений и погашений.
Ключевые слова. Крымское краевое казначейство; Крымское краевое правительство; 1918 год; Симферополь; Таврическая казённая палата; Крымский краевой банк; казначейские обязательства; закупка хлеба; 16 августа 1918 года; 1 сентября 1918 года; финансовая администрация; эмиссия; Н. Л. Грандмезон; В. С. Татищев; А. П. Барт; денежные знаки; источниковедение.
1. Предмет, хронологические границы и состав источников
Название «Крымское краевое казначейство» зафиксировано на казначейских обязательствах, составленных в Симферополе 1 сентября 1918 года. В их формуляре прямо названы Совет министров, Министерство финансов, Краевая казённая палата, отдельные крымские казначейства и отделения Краевого банка. Поэтому предметом досье является не одна разновидность исторических бон, а документируемая система отношений между правительственным решением, денежным обязательством, налоговым платежом, банковской операцией и казённым учётом. Функции определяются по формуляру обязательства 500 рублей и параллельным текстам других номиналов.
Основные временные границы — от формирования правительства в июне до смены кабинета в ноябре 1918 года. Для понимания банковского правопреемства используются сведения о марте 1918 года; для проверки сроков погашения и истории банкнот рассматриваются отдельные события января—апреля 1919 года. Последующие события служат проверкой судьбы документов 1918 года и не подменяют их датировку. Календарные обозначения сохраняются по использованным источникам: декларация 12/25 июня содержит оба стиля, а казначейские акты от 16 августа и 1 сентября воспроизводятся ровно так, как напечатаны на обязательствах.
Источниковую основу составляют воспроизведения самих денежных документов, библиографическая карточка опубликованного устава банка, официальный исторический очерк банковского учреждения, перепечатка исследования 1931 года, научная статья с архивными ссылками и работы о смене правительств. Опубликованное описание, типографский экземпляр, позднейший каталог и оригинальная бухгалтерская книга имеют разные доказательные возможности. В настоящей рукописи эти уровни разграничены.
2. Финансовые учреждения Крыма к лету 1918 года
Деятельность краевого казначейства развивалась на территории, где уже существовала сеть казённых и банковских учреждений Таврической губернии. По историческому очерку Банка России, Симферопольское отделение Государственного банка открылось в декабре 1915 года, принимало вклады, выдавало ссуды, учитывало векселя и обслуживало размен денежных знаков. В очерке приведены также имена отдельных должностных лиц учреждения и сведения о кредитовании хлебных заготовок в 1916 году. Эта предыстория устанавливает наличие кадровых и операционных банковских структур до образования правительства М. А. Сулькевича.
Тот же официальный очерк сообщает о создании в Симферополе в марте 1918 года Краевого государственного банка из отделений Государственного и Крестьянского поземельного банков. Для него названо помещение на Екатерининском проспекте, 14, и руководитель Николай Леонидович Грандмезон. Дата относится к предшествующей власти. Отдельного исследования юридического перехода мартовского учреждения в Крымский краевой банк июльского устава имеющиеся документы не дают. Поэтому мартовское образование банка и утверждение июльского устава в настоящем досье регистрируются как два самостоятельных документальных события.
Практическое значение этих сведений состоит в установлении учреждения, управляющего им и операций, из которых развивалась финансовая сеть. Установить точный состав кассы на июнь 1918 года по приведённому очерку нельзя: он не содержит ни инвентарной ведомости, ни помесячного баланса.
3. Учреждение Первого Крымского краевого правительства
Правительственная декларация датирована 12/25 июня 1918 года. Её текст опубликован в документальном приложении к работе А. В. Ишина «Проблемы государственного строительства». В списке членов правительства генерал-лейтенанта Матвея Александровича Сулькевича назван граф Владимир Сергеевич Татищев как министр финансов, промышленности, торговли и труда и временно управляющий Министерством юстиции. Местом объявления указан Симферополь. Это прямое документальное основание для атрибуции первоначального финансового ведомства.
В опубликованном сообщении «К населению Крыма» правительство заявляло о принятии власти и обнародовании декларации по завершении согласований с германскими военными представителями. Текст несёт официальный характер, но в использованной электронной копии воспроизводится через позднейшее сетевое издание. Для текстологического исследования важны первоначальный печатный выпуск декларации и его выходные данные; библиографическая цепочка указана в источниковом реестре.
Финансовое управление таким образом фиксируется в первом составе кабинета и затем непосредственно в документах об обязательствах августа—сентября. Сведения о каждом промежуточном изменении штатов и подчинённости требуют отдельных приказов и должностных списков.
4. Министерство финансов и должностная преемственность
Подписи и должностные обозначения на казначейских бумагах отражают несколько административных уровней. Июньская декларация называет В. С. Татищева. В историческом сообщении территориального органа Федерального казначейства об Александре Павловиче Барте сказано, что с октября по 15 ноября 1918 года он исполнял обязанности министра финансов, торговли, промышленности и труда правительства Сулькевича, сохраняя управление Таврической казённой палатой. С 15 ноября 1918 года до 16 апреля 1919 года источник относит его к министерству финансов второго правительства.
Опубликованный в 1931 году бонистический разбор эмиссии первого правительства называет печатную подпись управляющего Министерством финансов Д. Никифорова на обязательствах. Это свидетельство относится непосредственно к техническому описанию знаков. Для привязки каждой подписи к официальному акту назначения необходимо сверить подлинные экземпляры и приказы. Наличие нескольких названных лиц в источниках не служит основанием объединять их в одну хронологию без кадровой документации.
В исследовании поэтому различаются должность министра в правительственной декларации, обязанности управляющего по позднейшей биографической справке и имя, прочитанное автором статьи 1931 года на банкнотном документе. Устанавливаемый факт — существование каждого сообщения и его точное документальное происхождение.
5. Казначейство и Таврическая казённая палата
Формуляр обязательства 1918 года содержит три должностных строки: управляющий Министерством финансов, управляющий Краевой казённой палатой и казначей. В экземпляре номиналом 1000 рублей все три строки расположены под обязательственным текстом. Это позволяет документально установить участие исполнительного финансового ведомства, контрольной либо учётной палаты и казначейского должностного лица в удостоверении данного вида бумаг.
В статье И. Росбера 1931 года приводятся признаки дополнительного удостоверения: рукописные номера, две дописывавшиеся подписи и фиолетовый оттиск печати с текстом о Таврической казённой палате. Таким образом, в истории изготовления различаются типографский бланк и оформленный казённый документ. Подробности приведены в описании печати и подписей.
Словосочетания «Краевая казённая палата» на форме и «Таврическая казённая палата» на сообщённом оттиске печати следует сохранять при цитировании. Их одновременное присутствие показывает административно-терминологическую преемственность, но юридическое тождество на конкретную дату требует положения о переименовании и печатной книги палаты. Общая численность казначеев, касс и штатных контролёров этим источником не установлена.
6. Июльский устав Крымского краевого банка
В каталоге библиотеки Банка России зарегистрировано отдельное издание: «Устав Крымского краевого банка», утверждённый постановлением Совета министров Крымского краевого правительства 9 июля 1918 года, Симферополь, типография Е. И. Брошко-Брошковской, 1918, 41 страница. Каталожная аннотация характеризует банк как учреждение для облегчения денежных оборотов, краткосрочного кредита торговле, промышленности и сельскому хозяйству и укрепления денежной системы. Эти данные установлены по библиографической записи устава.
Для истории казначейства особенно значимо положение, переданное аннотацией: активы и пассивы крымских отделений Государственного банка вместе с документами, имуществом и обязательствами объявлялись переходящими Краевому банку со времени утверждения устава. Оно даёт прямую нормативную связь между новой краевой банковской администрацией и прежними банковскими балансами.
Полный текст 41-страничного устава в рамках этого исследования постранично не прочитан. Поэтому размеры капитала, детальный режим банковского надзора, полномочия правления, процедура открытия отделений и содержание отдельных параграфов здесь не реконструируются по аналогии. Достоверно фиксируются название, дата утверждения, издательские реквизиты и содержание доступной аннотации.
7. Имущество и обязательства прежних банковских учреждений
Передача активов и пассивов была сформулирована как действие, охватывавшее недвижимые вещи, движимое имущество, документы и долги. Источник данной формулы — каталог устава Краевого банка. В денежном управлении это означает объявленное уставом правопреемство по банковскому балансу, включая обе стороны финансовых отношений. Величина каждого актива и обязательства в аннотации отсутствует.
Официальная история симферопольского отделения дополняет банковскую картину сведениями об учреждении и руководстве Краевого государственного банка в марте 1918 года. Оба текста относятся к разным жанрам: один передаёт фрагмент нормативного положения, другой является поздним учрежденческим историческим очерком. Их объединение устанавливает общий контекст преемства, но не даёт инвентарной описи имущества, акта приёмки, даты физической передачи ценностей и состояния денежной наличности.
Дальнейшее исследование требует приложений к уставу, актов ревизии касс, корреспонденции банковских отделений, главной книги Краевого банка и ведомостей переданных обязательств. Отдельно необходимо разграничивать движение денежных средств по банку и исполнение казённых доходов через казначейства.
8. География финансовых операций и границы сведений
Местом составления трёх типов обязательств был Симферополь. Их текст обещает погашение в любом крымском казначействе или отделении Краевого банка. Таким образом, обязательство от 1 сентября рассчитано на приём предъявителя за пределами единственной центральной кассы. Документ не перечисляет конкретных населённых пунктов, где в сентябре 1918 года действовали соответствующие отделения.
Банк России помещает краевое банковское учреждение в Симферополе на Екатерининском проспекте, 14. Это подтверждение адреса центральной банковской организации из ретроспективного очерка, а не адресной книги всех казначейств в августе. Для определения фактической сети необходимы месячные объявления о приёме казённых платежей, банковские штатные списки и отчёты отдельных городов.
Имеющиеся географические наименования — Симферополь, Крым и Таврическая губерния — используют разные уровни территориального обозначения. Исследование сохраняет их применительно к каждому оригинальному источнику. Без ведомостей казначеев нельзя составить достоверную карту касс Ялты, Феодосии, Севастополя, Евпатории, Керчи и других городов именно на 1 сентября 1918 года.
9. Закупка хлеба как документированное основание обязательств
В текстах всех трёх номиналов основание выдачи сформулировано как платёж за приобретённый хлеб. Это даёт прямую предметную связь казначейских обязательств с государственными закупками продовольствия. В обязательстве 500 рублей указаны и цель платежа, и отсылка к постановлению Совета министров. Данные о хлебе следует относить к конкретному виду обязательственного документа, а не распространять автоматически на все расходы правительства.
Бонистическая статья И. Росбера сообщает, что обязательства предназначались для расчёта за покупаемый хлеб и различались по номиналу; позднейшая статья П. Рябченко повторяет сведения об эмиссии и её связи с хлебозаготовками. Эти публикации показывают исследовательскую традицию прочтения первых крымских обязательств, но не заменяют договоров с поставщиками.
Именные списки продавцов, количество купленного зерна, цены за пуд, хозяйственные адреса, даты фактической сдачи хлеба и ведомости оплат в доступных источниках не приведены. Определить по существованию банкнотного документа валовой размер закупки или доставленное зерно невозможно. Для этого нужны закупочные договоры, товарные накладные и расчётные книги.
10. Постановление Совета министров от 16 августа 1918 года
Дата 16 августа 1918 года указана непосредственно в казначейском обязательстве как основание выдачи. Эта отсылка напечатана в форме обязательства 500 рублей, а также в воспроизведениях 1000- и 5000-рублёвых документов. На основании трёх независимо каталогизированных номиналов установлено, что эмитент связывал свою обязанность с постановлением Совета министров данной даты.
Полный текст постановления, номер по правительственному реестру, подписи на оригинале и сведения об официальном опубликовании в открытой выборке непосредственно не прочитаны. Из текста обязательства можно извлечь те положения, которые составитель в него включил: закупка хлеба, отложенное погашение, приём в публичные платежи и операции с Краевым банком. Остальное содержание решения подлежит самостоятельному установлению.
И. Росбер в статье 1931 года также датирует решение 16 августа и называет обязательства выпуском первого правительства. Это внешнее свидетельство, которое совпадает с напечатанной датой документа, но не восполняет недостающие протоколы Совета министров. Точность источниковедческого вывода обеспечивается разграничением ссылки на акт и самого текста акта.
11. Формуляр обязательства от 1 сентября 1918 года
В трёх опубликованных вариантах присутствуют название эмитента, сумма, правовое основание, назначение выдачи, обещание погашения с установленной даты, режим принятия в платежи, Симферополь как место оформления и должностные подписи. Опорный пример — полный текст 500-рублёвого обязательства. Дата в формуляре — 1 сентября 1918 года — относится к обозначенной дате инструмента. Дата отдельного вручения поставщику может подтверждаться только реестром выдачи.
Обязательство на предъявителя вводило право требовать платежа начиная с 1 января 1919 года. Одновременно на время до этой даты ему назначалось употребление по нарицательной стоимости при расчётах с казной и при внесении предусмотренных местных налогов и сборов. Подобное сочетание требований позволяет описать документ как казённое долговое обязательство с закреплёнными платёжными функциями.
Формуляр сам по себе не устанавливает равенства с общегосударственными денежными знаками во всех частноправовых сделках. Объём приёма следует воспроизводить из конкретного перечня платежей, приведённого на документе. Вопрос общего обязательного хождения в отношениях между любыми частными лицами проверяется по отдельным нормативным распоряжениям.
12. Обязательства достоинством 500 рублей
Каталог исторических документов содержит отдельную запись «Обязательство, 500 рублей», передающую оригинальное правописание и адаптированный текст. Верхняя строка номинала соответствует указанной внутри основной денежной сумме. Для данной разновидности опубликованная передача не обнаруживает противоречия между обозначением достоинства и формулой платежа за хлеб.
И. Росбер характеризует готовые обязательства как листы со специально проставленными номерами, подписями и печатью палаты. В аукционной документации встречается завершённый 500-рублёвый экземпляр с номером 862, наряду с чистыми бланками. Поэтому описание нумерованного экземпляра доказывает существование такого предмета в более позднем обращении коллекционеров; оно само по себе не показывает дату платежа хлебному поставщику.
Число заготовленных листов данного достоинства — 3900 годных экземпляров — сообщено исследованием 1931 года. Название «годный» относится к пригодности листа для последующего оформления. Поступление в платёжный оборот определяется отдельно, по отметкам, подписи и данным выдачи.
13. Обязательства достоинством 1000 рублей
Верхняя строка документа, опубликованного как «Обязательство, 1000 рублей», прямо называет сумму в тысячу рублей. Остальная конструкция формуляра повторяет порядок хлебных расчётов, погашения и зачёта. По статье 1931 года 2000 листов этого номинала были отобраны как годные для обращения.
При сравнении двух частей текста обнаруживается особое разночтение: при номинале 1000 рублей внутри пояснения о платеже за хлеб в электронной передаче стоит сумма 500 рублей. Дословность чтения каталога проверяема по его двум размещённым вариантам; происхождение расхождения остаётся открытым до чтения качественного изображения подлинного листа и сопоставления с типографским оригиналом.
Сообщаемое в статье 1931 года число фактически оформленных и выданных 1000-рублёвых обязательств исчислялось десятками. П. Рябченко позднее приводит формулировку о числе немного больше ста. Эти оценки не совпадают и не позволяют выбрать одно бесспорное количество без реестра выдачи и серийных данных.
14. Обязательства достоинством 5000 рублей
Крупнейшее из трёх рассматриваемых достоинств представлено отдельным обязательством на 5000 рублей. В заглавной сумме документа указаны пять тысяч рублей. В основном параграфе о платеже за хлеб электронная передача снова содержит пятьсот рублей. Это второе свидетельство аналогичного текстового расхождения.
В перепечатанном исследовании 1931 года 200 листов данного номинала включены в число пригодных для оформления; количество фактически выданных подписанных листов приблизительно оценивается в 20. Там же упомянуты отдельные пронумерованные пяти-тысячные экземпляры без печатей и подписей. В позднейшем аукционном описании отмечен образец под номером 48 с оттиском печати и подписями. Сопоставление этого номера с оценкой «20 выданных» создаёт конкретный вопрос о последовательности нумерации и полноте учёта.
Сам номер 48 может относиться к пропускам в нумерационном ряду, предварительному оформлению или к иной практике; ни одно объяснение без платежной книги и осмотра экземпляра здесь не утверждается. Наличие более высокого серийного номера достаточно для отказа от механического приравнивания максимального номера и количества выданных знаков.
15. Приём обязательств в налоги, сборы и казённые расчёты
Текст обязательства предусматривал его приём по номинальной стоимости в расчётах по обязательствам с казной, при уплате казённых, земских и городских налогов, повинностей и сборов. Все три категории публичных платежей присутствуют в тексте 500-рублёвого документа. Таким образом, государственный эмитент объявлял возможность погашать определённые публичные денежные требования собственным долговым документом ещё до наступления срока денежной выплаты предъявителю.
Для казначейского учёта эта формула означала две возможные документальные операции: выдачу бумаги вместо немедленной уплаты деньгами за хлеб и принятие того же документа при внесении публичного платежа. Наличие в правовом тексте обеих операций установлено. Сколько фактически документов проходило через налоговые кассы, какие ставки применялись и каким образом казначейства взаимно зачитывали такие бумаги, опубликованные источники не сообщают.
Формуляры упоминают и казённые, и земские, и городские сборы; следовательно, предмет исследования затрагивает также счета местного самоуправления. Для проверки реального зачёта нужны не общие рассказы о денежном обращении, а кассовые отчёты городских управ, земские квитанции и ведомости переданных в казну обязательств.
16. Приём в залог и в операции Краевого банка
Помимо налоговых платежей обязательства допускались к приёму в залог по казённым подрядам и поставкам. Эта оговорка находится в обязательстве на 1000 рублей. Она вводила долговой документ в сферу обеспечения исполнения договоров казённого заказчика. Источник прямо указывает право представить бумагу в залог, но не даёт правил определения её залоговой стоимости при изменении рыночной цены.
Тот же текст устанавливал возможность использовать обязательства для платежей и внесения на текущий счёт в Краевой банк. Следовательно, Краевой банк фигурировал одновременно как возможное место будущего погашения и как участник текущих платёжно-счётных операций. Нормативная связь согласуется с заявленной в июльском уставе банка целью обслуживания денежных оборотов и краткосрочного кредита.
Реальные проводки по этим счетам остаются неизвлечёнными. Для исследования перехода требования от поставщика хлеба к держателю банковского текущего счёта необходимо установить договоры, ведомости залогов и журнал операций по облигационным документам.
17. Погашение с 1 января 1919 года
Один из основных реквизитов обязательства — наступление срока, с которого предъявитель мог требовать выплаты. Для всех трёх номиналов указана дата 1 января 1919 года и право обращения в любое крымское казначейство или отделение Краевого банка. Эти условия непосредственно засвидетельствованы в формуляре на 5000 рублей.
Дата наступления права требования отличается от даты фактической выплаты конкретному держателю. Между составлением формуляра 1 сентября 1918 года и намеченным началом погашения произошла смена краевого правительства. Поэтому погашение является отдельной сквозной темой, связывающей периоды IV и V в архитектуре проекта. Проверку продолжения обязательств после ноября необходимо вести по решениям второго кабинета, приходно-расходным ордерам 1919 года и банковским реестрам.
Ни опубликованный текст инструмента, ни исследование 1931 года не дают полного баланса погашенных номиналов на 1 января, 1 февраля или 1 апреля 1919 года. Достоверно устанавливается обещанный срок; объём его исполнения остаётся предметом архивного исследования.
18. Подписи, печать, нумерация и удостоверение
И. Росбер описывает устройство печатного знака: чёрный основной текст, зелёную муаровую сетку, символику с двуглавым орлом, напечатанную подпись управляющего финансами, рукописные номера и подписи двух других должностных лиц, а также фиолетовую печать с обозначением Таврической казённой палаты. Это описание опубликовано в 1931 году и относится к конкретной типографской серии.
Распределение напечатанных и рукописных реквизитов существенно для атрибуции. Оно показывает, почему безномерный лист может принадлежать к заготовленному тиражу, но не подтверждать состоявшуюся выдачу предъявителю. Вместе с тем наличие номера и печати ещё требует сопоставления с кассовой книгой: документ может быть оформлен и храниться в кассе до выдачи.
Сведения о печатной подписи «Д. Никифоров» приводятся как чтение исследователя 1931 года. Для окончательной персональной идентификации следует прочитать серию подлинных знаков, проверить одноимённых чиновников в штатных расписаниях и сопоставить датированные распоряжения министерства финансов. Имя казначея и управляющего палатой по одному печатному формуляру установить нельзя.
19. Печатание обязательств в Симферополе
Местом изготовления И. Росбер называет типографию Брешко-Брешковской в Симферополе. По его описанию, применялась тонкая бумага, односторонняя печать и зелёный орнаментальный фон. Размер листа указан как 213 на 150 миллиметров. В каталоге устава Краевого банка издательницей симферопольской брошюры 1918 года названа Е. И. Брошко-Брошковская. Орфографическое различие между «Брешко» и «Брошко» сохранено как принадлежность отдельных библиографических записей; тождество типографии определяется отдельной проверкой справочников и оригиналов.
В очерке Банка России сообщается об устройстве правительственной литографии при руководстве Н. Л. Грандмезона. Статья П. Рябченко связывает подготовку обязательств с управляющим банком. Оба сообщения относятся к организационной истории печатного производства, тогда как подробности самих обязательственных листов даны у Росбера.
Номер типографского заказа, стоимость бумаги, дата получения тиража казённой палатой и бухгалтерское распределение затрат пока документально не подтверждены. Эти вопросы не могут быть решены по художественным признакам сохранившихся бон.
20. Общий типографский выпуск и его внутренний счёт
Перепечатанное исследование 1931 года сообщает о первоначальном назначении выпуска на пять миллионов рублей и о 6300 отпечатанных листах. Из них отобрано 3900 листов номиналом 500 рублей, 2000 — номиналом 1000 рублей и 200 — номиналом 5000 рублей. В денежном выражении этот набор составляет 1 950 000 + 2 000 000 + 1 000 000 = 4 950 000 рублей. Эти числа прямо содержатся в статье И. Росбера.
Сумма 4 950 000 рублей характеризует номинальную стоимость годных бланков, а не подтверждённые кассовые расходы и не доказанное количество действовавших в обороте денежных требований. Арифметическая сверка важна потому, что крупный напечатанный выпуск может выглядеть как состоявшаяся эмиссия в финансовой статистике, хотя для действительности конкретного обязательства требовалось оформление.
Отдельный счёт листов устраняет видимое расхождение между общей цифрой 6300 и количеством 6100 годных экземпляров. Оставшиеся 200 листов должны быть учтены в группах «образцы» и «брак», приведённых тем же автором. Правильность составления полной таблицы проверяется в следующей главе.
21. Образцы и забракованные листы
В статье 1931 года в качестве образцов названы 82 листа по 500 рублей, 11 по 1000 рублей и четыре по 5000 рублей. Общее количество образцов — 97. Отдельно указаны 103 забракованных листа. Вместе 97 и 103 дают 200 экземпляров; прибавление 6100 годных листов приводит к общему числу 6300. Таким образом, все составляющие опубликованного типографского счёта арифметически согласуются с его итогом. Исходные данные приведены в описании выпуска 1931 года.
Образцы, по сообщению автора, отличались обозначением образцового характера и отсутствием ряда удостоверительных реквизитов. Брак был отобран ревизионной комиссией. Эти категории необходимо сохранять отдельно от годных, но незавершённых бланков и от подлинно выданных обязательств.
Не опубликованы поимённый состав комиссии, акт браковки, фактические условия хранения образцов и назначение каждой образцовой серии. По сохранившимся коллекционным экземплярам можно установить вещественные различия, однако полный типографский архив в рамках исследования не изучен.
22. Фактическая выдача обязательств: пределы цифр
Статья И. Росбера называет количество выданных завершённых знаков весьма небольшим: несколько сотен по 500 рублей, несколько десятков по 1000 рублей и 20 по 5000 рублей. Одновременно автор прямо признаёт отсутствие точных данных. Основанием его оценки служат известные ему номера и состояние знаков. Эту оговорку надлежит сохранять при любом использовании чисел из публикации 1931 года.
В статье П. Рябченко позднее повторены цифры изготовленных листов, но число фактически выданных 1000-рублёвых документов характеризуется как немного больше ста. Установить независимость расчёта или копирование предыдущего описания невозможно без полного ссылочного аппарата и доступной расчётной книги. Научно достоверная формула здесь — «в двух публикациях приведены различные оценки», а не выбор одной цифры.
Высокий номер единичного коллекционного экземпляра и сведения об образцовых выпусках создают дополнительный риск при подсчёте. До осмотра полного журнала передачи подписанных обязательств поставщикам нельзя назвать точную денежную сумму выплат хлебозаготовителям посредством данной бумаги.
23. Расхождения в опубликованных оценках обращения
Бонистические каталоги различаются в количественных характеристиках. В работе «Деньги белых армий» сообщение о 1000-рублёвых обязательствах указывает несколько больше сотни выдач. В статье «Денежные знаки Крыма» говорится о количестве до 150 штук; для 500-рублёвых приводится тысяча, для 5000-рублёвых — до двадцати. Эти цифры надо сопоставлять с более ранним текстом И. Росбера, где оценки основаны на номерах и прямо названы неточными.
Особую трудность представляет смешение терминов «отпечатано», «годно к обращению», «закончено», «выдано» и «находилось у населения». Указанные слова обозначают последовательные, но статистически разные события. Документ с печатью может остаться в хранилище; готовый к оформлению лист может вообще не получить номера; долговое обязательство после выдачи могло возвращаться в казну в виде платежа.
Исследовательский итог данной группы источников — установление максимального типографского объёма по публикации 1931 года и фиксация несовпадающих оценок выданного количества. Ни одна из позднейших оценок в настоящей редакции не объявляется проверенным бухгалтерским итогом.
24. Разночтение текста о пятистах рублях
Сопоставление трёх воспроизведённых формуляров выявляет устойчивую текстологическую проблему. В 500-рублёвом обязательстве основная сумма и пояснение о платеже за хлеб совпадают. В 1000-рублёвом варианте заглавный номинал составляет 1000 рублей, но внутри сообщения об оплате названо 500 рублей. В 5000-рублёвом варианте зафиксирована та же комбинация крупного номинала и меньшей суммы в тексте.
Возможны несколько документальных объяснений: механическое сохранение части исходного наборного текста, ошибка при каталогизации, нарушение при формировании типографского шаблона или индивидуальная разновидность бланков. Подтверждение любого варианта требует сравнения увеличенных фотографий нескольких оригиналов, проверки рукописного и печатного текста и обращения к изначальному печатному заказу.
В настоящей монографии разночтение регистрируется как факт электронной передачи источников. Устанавливать фактическую задолженность по 1000- и 5000-рублёвым листам на основании спорного внутреннего текста было бы преждевременно. Номиналы определяются по их заглавным удостоверенным обозначениям, а конфликт сохраняется в научном реестре.
25. Казначейские поступления, расходы и бухгалтерский учёт
Доступный корпус позволяет назвать категории операций, которые правительство предполагало проводить через казначейство: расчёт за хлеб, принятие долговых обязательств в казённые и местные платежи, залог при подрядах, расчёты с Краевым банком и последующее погашение предъявителю. Каждая категория непосредственно опирается на платёжный текст обязательств. Эти данные отражают опубликованные правила обращения документа.
Суммы налоговых поступлений, общая смета бюджета правительства, движение остатков по казначейским кассам, фактические перечисления городам и земствам, материальные расходы на аппарат и банковские корреспондентские остатки в изученных документах отсутствуют. Невозможно установить и долю казначейских обязательств в совокупном финансировании хлебных закупок. Поэтому исследование не подменяет отсутствующие отчёты арифметикой бонистического тиража.
Первостепенными источниками для такого раздела полного финансового баланса должны стать месячные ведомости Краевой казённой палаты, книги Симферопольского казначейства, приходно-расходные ордера, банковские авизо, списки выданных обязательств и отчёты Ревизионной комиссии. Сведения о наличии этих документальных классов не означают подтверждения конкретного архивного шифра.
26. Развитие проекта местных денежных знаков осенью 1918 года
Казначейские обязательства по хлебным закупкам следует отличать от программы изготовления мелких местных денежных знаков. В исследовании В. Г. Зарубина о втором краевом правительстве приводится ссылка на решение от 4 октября 1918 года, связанное с расходами по изготовлению денежных знаков на сумму 100 000 рублей. Декабрьское решение следующего правительства рассматривало дополнительное финансирование печатания.
Октябрьская запись устанавливает существование проекта изготовления казначейских денег ещё до ноябрьской смены кабинета. Из неё нельзя без дополнительных актов выводить дату фактической выдачи 5-, 10- и 25-рублёвых денежных знаков населению. На сохранившихся бумагах напечатан год «1918», однако время их обращения проверяется отдельно.
Сведения о подготовке денежного производства связаны и с описанной Банком России правительственной литографией. Нуждаются в сопоставлении счета за оборудование, типографские заказы, утверждённые образцы и финансовые постановления октября и декабря 1918 года.
27. Таврический коммерческий банк и его отдельный статус
В октябре 1918 года источники фиксируют ещё одно банковское учреждение — Таврический коммерческий банк. Его нельзя отождествлять с Крымским краевым банком, устав которого был утверждён 9 июля. Е. И. Сеитова в исследовании финансового положения Крыма сообщает, что устав Таврического коммерческого банка утверждён 17 октября 1918 года по новому стилю, а публикация появилась в № 38 «Вестника Крымского краевого правительства» от 25 октября 1918 года.
Статья рассматривает учредителей из круга семьи Рябушинских и последующее собрание акционеров в Ялте 25 января 1919 года. На собрании, по приведённым автором архивным сведениям, 24 участника представляли 19 034 акции на сумму 4 758 500 рублей; коммерческие операции банк начал 27 января 1919 года. Последние две даты приведены для объяснения продолжения октябрьского учреждения в следующий исторический период.
Е. И. Сеитова использует документы Государственного архива Республики Крым, фонд Р-4983, опись 2, дело 7, включая листы 21–22, 40–43. Архивные сведения в настоящем досье атрибутируются автору статьи: самостоятельный просмотр дела и сверка подлинных листов не выполнялись. Для казначейского исследования это отдельное направление банковской истории, связанное с общим денежным хозяйством края.
28. Ноябрьская смена правительства и продолжение финансовых дел
Переход власти от правительства М. А. Сулькевича к кабинету Соломона Самуиловича Крыма датируется серединой ноября 1918 года. Статья И. Росбера называет 17 ноября, публикация П. Рябченко — 15 ноября, а официальная биографическая справка А. П. Барта связывает начало его служения финансовым министром нового правительства с 15 ноября. Эти даты воспроизводятся как разные сообщения источников и нуждаются в согласовании с актами передачи полномочий.
Опубликованная в сборнике А. В. Мальгина декларация нового правительства представляет самостоятельный источник для определения политической и административной преемственности, но не содержит полного казначейского передаточного баланса. После смены кабинета на новом правительстве лежала необходимость решать вопрос об обязательствах, предусматривавших предъявление к платежу уже с января следующего года.
Правовая обязанность эмитента установлена в документах сентября. Фактическая передача остатков касс, счетов и нереализованных бланков от одного кабинета к другому требует акта инвентаризации и финансовой переписки ноября—декабря. Без этих документов нельзя определить первоначальные остатки второго правительства по обязательствам первого.
29. Денежные знаки 5, 10 и 25 рублей с датой «1918»
Сохранившиеся изображения денежных знаков с наименованием Крымского краевого казначейства охватывают достоинства 5, 10 и 25 рублей. В каталогах опубликованы отдельные 5-рублёвый знак, 10-рублёвый знак и 25-рублёвый знак. В их тексте обозначено обеспечение всем достоянием Крыма, обязательность приёма в платежи и ответственность за подделку. На знаках указан 1918 год.
Тип документа отличается от сентябрьского обязательства по хлебным расчётам. У знаков малых достоинств присутствует формула денежного знака с обязательностью приёма, тогда как обязательства содержат конкретное обещание выплатить предъявителю сумму с 1 января 1919 года и детализированный список публичных платежей. Различие устанавливается по сопоставлению опубликованных текстов самих объектов.
Датировка печатного клише 1918 годом служит свидетельством оформления дизайна или обозначения года эмиссионного типа. Она не доказывает поступление бумажных знаков в свободное обращение в 1918 году. Нужны правительственное объявление о выпуске и отчёты о передаче знаков из типографии в банковскую кассу.
30. Выпуск денежных знаков в 1919 году
По исследованию П. Рябченко, объявление о выпуске 5-, 10- и 25-рублёвых казначейских денежных знаков относится к 26 февраля 1919 года. Автор указывает, что клише были подготовлены в 1918 году. В изложении В. Г. Зарубина приведены планы печатания после выделения дополнительных денежных средств по постановлению от 7 декабря 1918 года и в феврале 1919 года. Эти сообщения формируют последовательность «подготовка — дополнительный кредит — введение в оборот».
Зарубин приводит планы изготовления 25-рублёвых денежных знаков на 40 млн рублей, 10-рублёвых на 10 млн рублей, 5-рублёвых на 5 млн рублей и 3-рублёвых на 6 млн рублей. Эти суммы представлены как намерения по производству, а не как подтверждённый факт обращения или кассовый баланс. Рябченко даёт собственную оценку напечатанных сумм за 1919 год, методика которой требует проверки.
Таким образом, денежные знаки с напечатанной датой 1918 года в настоящем досье учитываются как подготовленный при первом правительстве тип, финансовая история которого непосредственно продолжается при втором. Отдельная полноценная реконструкция эмиссии 1919 года относится к связанному исследовательскому периоду.
31. Лица, учреждения и документированная география
Матвей Александрович Сулькевич — председатель первого правительства, названного в опубликованной июньской декларации. Владимир Сергеевич Татищев — министр финансов, промышленности, торговли и труда в первоначальном составе кабинета. Николай Леонидович Грандмезон — руководитель краевого банковского учреждения, названный в очерке Банка России. Александр Павлович Барт — управляющий Таврической казённой палатой и финансовый министр в соответствующие месяцы по справке Федерального казначейства. Д. Никифоров — имя, прочитанное на печатной подписи в публикации 1931 года. Соломон Самуилович Крым — председатель второго правительства.
К числу удостоверенных учреждений относятся Совет министров Крымского краевого правительства, Министерство финансов, Крымское краевое казначейство, Краевая и Таврическая казённые палаты, Краевой банк, прежние отделения Государственного банка. Таврический коммерческий банк относится к отдельному частному банковскому предприятию; его октябрьский устав и январское открытие рассмотрены на основании статьи Сеитовой.
Центральная география документов связана с Симферополем и расположением банка на Екатерининском проспекте. К объектам проверки за пределами главного временного периода относятся Ялта как место январского собрания коммерческого банка и Константинополь, куда, согласно исследованию 1931 года, вывезли часть казначейских бланков в апреле 1919 года. Упоминание позднейших мест фиксирует судьбу бумаг, а не расширяет границы собственно учрежденческого исследования 1918 года.
32. Сводная хронология
| Дата по источнику | Документально наблюдаемое событие | Источниковый статус |
|---|---|---|
| Март 1918 | Сообщается об учреждении Краевого государственного банка в Симферополе | Ретроспективный официальный очерк Банка России |
| 12/25 июня 1918 | Декларация правительства М. А. Сулькевича; В. С. Татищев назван финансовым министром | Опубликованный текст исторического документа |
| 9 июля 1918 | Утверждение устава Крымского краевого банка | Библиографическая карточка издания 1918 года |
| 16 августа 1918 | Постановление о выпуске обязательств для расчёта за хлеб | Прямая ссылка на акт в трёх обязательствах |
| 1 сентября 1918 | Дата на формулярах 500, 1000 и 5000 рублей | Печатный реквизит исторических документов |
| Октябрь — 15 ноября 1918 | Служебный период А. П. Барта в качестве исполняющего обязанности министра финансов | Официальная биографическая справка |
| 4 октября 1918 | Упоминание расходов на подготовку местных денежных знаков | Передача содержания акта у В. Г. Зарубина |
| 17 октября 1918, новый стиль | Утверждение устава Таврического коммерческого банка | Архивное сообщение, опубликованное Е. И. Сеитовой |
| 25 октября 1918 | Публикация устава Таврического коммерческого банка в «Вестнике» № 38 | Библиографическое свидетельство в статье Е. И. Сеитовой |
| 15–17 ноября 1918 | Передача полномочий второму Крымскому краевому правительству | Разночтение дат в исследовательских и учрежденческих источниках |
| 1 января 1919 | Начало предусмотренного обязательствами срока предъявления к выплате | Печатный срок в документах сентября |
| 26 февраля 1919 | Объявление о введении в обращение малых казначейских денежных знаков | Сообщение П. Рябченко, требующее сверки с объявлением |
| 15 апреля 1919 | Эвакуация части бланков на пароходе «Надежда» согласно статье 1931 года | Позднейшее свидетельство о судьбе невыданных бланков |
Сводная таблица показывает логические границы документальной последовательности. Для июньской декларации оба календарных обозначения сохранены как часть самого исторического текста; остальные даты даны по соответствующим публикациям и не подвергались автоматическому пересчёту. События 1919 года отмечают дальнейшую судьбу инструментов 1918 года.
33. Источниковедческие ограничения и программа архивной проверки
Первый источниковедческий приоритет — найти полный текст постановления Совета министров от 16 августа 1918 года, установить его номер, первоначальную публикацию и редакцию. Следующая задача — обнаружить типографский заказ, акт ревизионной комиссии и расписку о принятии 6300 листов, поскольку именно эти документы должны подтвердить сведения И. Росбера о количественном составе выпуска. Подлинный номерной реестр выдачи поставщикам хлеба необходим для сопоставления количественных оценок 1931 года, Рябченко и бонистических каталогов.
Второй приоритет — сверить качественные изображения всех трёх номиналов, особенно внутреннюю формулу «500 рублей» на 1000- и 5000-рублёвых листах. Необходимо проверить подписи Д. Никифорова, управляющего палатой и казначея, состав и использование печатей. Аукционные номера и доступные электронные воспроизведения используются только как ориентиры для поиска подлинных экземпляров.
Третий приоритет — бухгалтерские ведомости Краевой казённой палаты, кассовые журналы Симферопольского и иных казначейств, реестры налоговых поступлений, счётные книги банка, ведомости залогов и погашения обязательств в январе—апреле 1919 года. Результаты поиска пока фиксируют отсутствие прямого чтения этих документов, а не историческое отсутствие самих дел.
Четвёртый приоритет — постраничное изучение 41-страничного устава Крымского краевого банка, правительственной периодики, в особенности № 38 «Вестника Крымского краевого правительства», а также документов Таврического коммерческого банка. Архивные реквизиты, встречающиеся в работе Е. И. Сеитовой, принадлежат её ссылочному аппарату. В частности, Государственный архив Республики Крым, ф. Р-4983, оп. 2, д. 7, л. 21–22 и 40–43, используется здесь как проверяемый маршрут, а не как якобы осмотренный оригинал. Даты и имена, извлечённые из этой публикации, сохраняют её атрибуцию.
34. Итоги документального исследования
Первое. Название Крымского краевого казначейства удостоверено непосредственно на денежных обязательствах 1918 года. В их текстах определены его отношения с Советом министров, Министерством финансов, Краевой казённой палатой, Краевым банком и территориальными казначействами.
Второе. Июньская декларация правительства называет В. С. Татищева министром финансов. Июльский устав Краевого банка засвидетельствован самостоятельным 41-страничным изданием 1918 года. Банк представлен в денежной операции как будущий плательщик по обязательству и как учреждение, принимающее его на текущий счёт.
Третье. На обязательствах указан акт Совета министров от 16 августа 1918 года и печатная дата 1 сентября. Документы номиналами 500, 1000 и 5000 рублей предназначались для расчётов за приобретённый хлеб; они предусматривали погашение с 1 января 1919 года, приём в определённые публичные платежи и залог по казённым поставкам.
Четвёртое. Сведения И. Росбера, опубликованные в 1931 году, дают целостный типографский счёт: 6300 листов, в том числе 6100 годных, 97 образцов и 103 забракованных. Номинальная сумма годных листов по его данным составляет 4 950 000 рублей. Эти величины относятся к изготовлению и подготовке, а размер фактической выдачи остаётся приблизительным и спорным в научной литературе.
Пятое. Опубликованные передачи 1000- и 5000-рублёвых обязательств содержат разночтение между заглавным номиналом и указанием на платёж в 500 рублей. Оно зарегистрировано как отдельная текстологическая задача. Сведения о нумерованном 5000-рублёвом экземпляре № 48 требуют отдельной проверки метода оценки выданных обязательств.
Шестое. Денежные знаки малых достоинств, несущие дату 1918 года, составляют другую группу документов. Публикация П. Рябченко относит объявление об их выпуске к 26 февраля 1919 года; сведения об изготовлении и ассигнованиях конца 1918 года раскрывают этап предварительной подготовки. Сохранено хронологическое различие между выпуском обязательств и дальнейшей историей денежных знаков.
Седьмое. Таврический коммерческий банк по опубликованной научной статье имел устав от 17 октября 1918 года и начал коммерческие операции в январе 1919 года. Он выделен как самостоятельное учреждение, отличное от Крымского краевого банка.
Восьмое. Общие суммы бюджета края, налоговых сборов, фактических закупок зерна, банковских остатков и погашений обязательств открыты для дальнейшей архивной проверки. Доступные документы подтверждают функции и форму финансовой операции, тогда как полный финансовый баланс требует недоступных в просмотренном корпусе книг и актов. Такой предел положен в основу настоящего научного заключения.
35. Источники и литература
Опубликованные исторические документы и карточки их воспроизведений
Крымское краевое правительство. «К населению Крыма». Декларация от 12/25 июня 1918 года. Публикация текста в документальном приложении: Ишин А. В. Проблемы государственного строительства в Крыму в 1917–1922 годах. Симферополь, 2012. С. 127–128. Электронная публикация текста.
Правительственное сообщение премьер-министра М. А. Сулькевича и обращение «К населению Крыма», 12/25 июня 1918 года. Электронное воспроизведение исторического документа. Публикация текста декларации.
Крымское краевое правительство. Устав Крымского краевого банка: утверждён постановлением Совета министров 9 июля 1918 года. Симферополь: Типография Е. И. Брошко-Брошковской, 1918. 41 с. Каталог библиотеки Банка России. Библиографическая карточка устава. Полный устав в текущем исследовании постранично не просмотрен.
Крымское краевое казначейство. Обязательство на 500 рублей. Симферополь, 1 сентября 1918 года. Исторический бланк; опубликованы текст в оригинальном правописании и адаптированное чтение. Электронное воспроизведение обязательства.
Крымское краевое казначейство. Обязательство на 1000 рублей. Симферополь, 1 сентября 1918 года. Исторический бланк; оригинальное и адаптированное чтения. Электронное воспроизведение обязательства.
Крымское краевое казначейство. Обязательство на 5000 рублей. Симферополь, 1 сентября 1918 года. Исторический бланк; оригинальное и адаптированное чтения. Электронное воспроизведение обязательства.
Крымское краевое казначейство. Денежный знак 5 рублей с обозначением 1918 года. Симферополь. Электронный каталог HisDoc. Карточка 5-рублёвого знака.
Крымское краевое казначейство. Денежный знак 10 рублей с обозначением 1918 года. Симферополь. Электронный каталог HisDoc. Карточка 10-рублёвого знака.
Крымское краевое казначейство. Денежный знак 25 рублей с обозначением 1918 года. Симферополь. Электронный каталог HisDoc. Карточка 25-рублёвого знака.
Крымское краевое правительство под председательством С. С. Крыма. Декларация, составленная в связи с решениями губернских гласных 1918 года. Опубликовано в: Мальгин А. В. (ред.). Первая мировая война и Крым. Приложение 3 к исследованию С. А. Ефимова. Электронный текст документа.
Исследования, учрежденческие справки и коллекционные описания
Росбер И. (Кардаков Н.). Эмиссия первого Крымского правительства // Россика: орган Русского общества филателистов в Югославии. 1931. № 6. С. 32–34. Републикация с дореформенным правописанием: «Монеты и медали», 2022. Текст исследования 1931 года.
Рябченко П. Деньги белых армий: регионы, эмитенты. Публикация бонистического исследования; электронная копия на портале «Чтиво», без удостоверенных в просмотренном фрагменте выходных данных издания. Текст исследования.
Зарубин В. Г. Проект «Украина». Крым в годы смуты (1917–1921 гг.). Глава VI: Второе Крымское краевое правительство. Электронное книжное воспроизведение. Глава о финансовых решениях.
Сеитова Е. И. Отдельные аспекты финансового положения Крыма в годы Гражданской войны // Учёные записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского. Исторические науки. 2021. Т. 7 (73). № 3. С. 122–132. DOI: 10.37279/2413-1741-2021-7-3-122-132. Архивные ссылки автора, в частности: ГАРК, ф. Р-4983, оп. 2, д. 7. Полный текст и метаданные.
Банк России. Отделение по Республике Крым: историческая справка об учреждениях Государственного банка и Краевом банке в Симферополе. Официальный исторический очерк.
Федеральное казначейство, территориальный орган по Республике Крым. Барт Александр Павлович: биографическая справка управляющего Таврической казённой палатой. Учрежденческая справка. На момент научной сверки основной URL отвечал ошибкой сервера; сведения установлены по индексированному фрагменту страницы и требуют повторного просмотра.
«Денежные знаки Крыма и Северного Кавказа», № 308. Antiqueland. Коллекционно-исторический обзор с оценками обращения обязательств. Электронная статья.
Аукционный дом «Знакъ». Собрание № 17.2. Региональные выпуски Крыма, обязательства 500, 1000 и 5000 рублей 1918 года; бланки и нумерованные экземпляры. Торги 16 апреля 2022 года. Описание предметов аукциона.
«Монеты и медали». Аукцион 140. Нумерованные и ненумерованные экземпляры обязательств Крымского краевого казначейства, включая 5000 рублей № 48. Каталожное описание лотов.
Источниковедческая помета. В перечень включены только источники, тексты или библиографические сведения которых были доступны в рассматриваемом электронном корпусе. Ссылки на архивные дела из публикации Е. И. Сеитовой сохраняют атрибуцию этому исследователю. Полное чтение оригинальных архивных дел, регистрационных книг и неизвлечённых газетных номеров не заявляется.