Аннотация. Исследована нормативная конструкция Государственной стражи Вооружённых сил Юга России (ВСЮР) и документально наблюдаемая деятельность её учреждений в Таврической губернии с июня 1919 года до перехода верховного командования в апреле 1920 года. Исследование основано на приложении к журналу Особого совещания № 44а, опубликованном в 1919 году «Временном положении о государственной страже», материалах архивного путеводителя, документах, воспроизведённых в симферопольском сборнике 1961 года, и опубликованной исследовательской литературе. Разобраны устройство гражданской и вооружённой части охраны порядка, подчинение губернских и городских команд, отношения с губернатором, прокурором, военным гарнизоном, судебным следствием и уголовным розыском. Сопоставлены документы о нападении на первый участок Симферополя, сообщения о забастовках в Евпатории и Симферополе и приказ об охране железных дорог. Особое внимание уделено разночтению дат 29 февраля и 1 марта 1920 года, датам по старому стилю, различению сообщения должностного лица и самостоятельно подтверждённого обстоятельства. Выделены пределы фактической изученности по сохранившимся доступным публикациям, составлен маршрут адресного архивного поиска. Рапорты мая—сентября 1920 года рассмотрены лишь в отдельном послесловии как материал другого политико-административного периода.
Ключевые слова. Крым; Таврическая губерния; ВСЮР; Государственная стража; Особое совещание; А. И. Деникин; Таврическая губернская бригада; Симферополь; Евпатория; полковник Лалекин; полковник Пертгольдт; уголовный розыск; охрана железных дорог; март 1920 года; исторические документы; архив.
Введение
Государственная стража являлась учреждением охраны порядка в системе гражданского управления территорий, находившихся под властью Главнокомандующего ВСЮР. Правовое основание этого учреждения и характер его организации известны по [приложению к журналу Особого совещания № 44а](https://docs.historyrussia.org/ru/nodes/30239) и по [архивному путеводителю учреждений ВСЮР](https://guides.rusarchives.ru/terms/7/854/otdely-i-upravleniya-pravitelstva). В Таврической губернии стража выступает в источниках как губернская бригада, городские и уездные команды, участковые надзиратели и стражники. Разные обозначения соответствуют разным уровням служебной организации; название губернской бригады не следует переносить на любой городской участок.
Хронологическая рамка досье — июнь 1919 — апрель 1920 года. Нормативные акты марта—мая 1919 года введены в исследование как правовая предыстория, необходимая для установления полномочий учреждений после занятия Крыма войсками ВСЮР. Документы о деятельности той же организационной сети после апреля 1920 года относятся к связанному периоду, который начался с переменой Главнокомандующего.
Предметный результат исследования состоит в сопоставлении нормативно предписанной структуры и отдельных служебных действий, непосредственно зафиксированных датированными рапортами. Наличие установленных норм обозначает полномочие, а рапорт должностного лица — источник сведений о конкретной практике; вопрос исполнения нормы по всем городам и уездам требует собственных документов.
Источники и принципы установления фактов
Первый корпус — нормативное делопроизводство Особого совещания при А. И. Деникине. Электронный каталог фиксирует [Временное положение о государственной страже](https://docs.historyrussia.org/ru/nodes/30239) как приложение к журналу № 44а заседаний 8, 12 и 15 марта 1919 года; архивный оригинал: ГА РФ, ф. Р-439, оп. 1, д. 87, л. 107–128; официальное печатное воспроизведение: «Собрание узаконений и распоряжений правительства, издаваемое Особым совещанием», 1919, отдел первый, ст. 28, с. 94–116. Даты обсуждения в журнале и дата утверждения положения являются отдельными хронологическими реквизитами.
Второй корпус — [путеводитель по фондам учреждений ВСЮР](https://guides.rusarchives.ru/terms/7/854/otdely-i-upravleniya-pravitelstva). Он сообщает о принятии положения 4 апреля 1919 года, его задачах, двойном подчинении гражданской стражи и штатном решении 7 мая. В перечне учреждений указан фонд начальника гражданской части Государственной стражи: ГА РФ, Р-3510, одна опись, 11 единиц хранения, 1919–1920 годы. Эти сведения характеризуют состав фонда и историю учреждения; сами дела данного фонда по листам в работе не просмотрены.
Третий корпус — [сборник «Борьба за Советскую власть в Крыму»](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2), том II, Симферополь, Крымиздат, 1961. Он печатает документы с заголовками, датами, архивными шифрами, отметками «подлинник», «заверенная копия» и редакционными примечаниями. Для монографии проверены текстовые воспроизведения отдельных документов, размещённые в электронной версии издания; номера страниц даны по печатной пагинации. Они не равнозначны независимому осмотру архивного оригинала.
Четвёртый корпус — [исследование А. В. Ишина](https://ru.djvu.online/file/e2Xcycj9dzbcP) 2012 года, содержащее выдержки из местных актов и ссылки на архивные дела. Используется для обозначения соответствующей публикации и её архивного маршрута, с различением воспроизведённого первоисточника и выводов автора. Дополнительный ретроспективный источник — [журнал «Революция в Крыму» за 1930 год](https://ru.djvu.online/file/ve04XfJVdbIHg); его сообщения отражают позднейшую организацию памяти о подполье.
Статус свидетельств в тексте обозначается содержательно: «акт устанавливал», «рапорт сообщал», «по версии», «в издании имеются две даты». Архивные шифры проверены по электронным описаниям и опубликованному сборнику; просмотр соответствующих дел в архиве отдельно не заявляется.
Правовая предыстория: март—май 1919 года
Приложение к журналу № 44а фиксирует нормативный проект, рассматривавшийся Особым совещанием 8, 12 и 15 марта. Каталожное описание связывает его с [официальной публикацией в статье 28](https://docs.historyrussia.org/ru/nodes/30239) за первое полугодие 1919 года. В [описании учреждения Государственной стражи](https://guides.rusarchives.ru/terms/7/854/otdely-i-upravleniya-pravitelstva) датой принятия Временного положения названо 4 апреля 1919 года. Эти сообщения относятся к различным стадиям нормативного прохождения и поэтому фиксируются раздельно.
В монографии А. В. Ишина правовая мера названа «законом от 25 марта 1919 г.» ([раздел о государственном аппарате ВСЮР](https://ru.djvu.online/file/e2Xcycj9dzbcP), с. 198–199). Для установления того, обозначает ли 25 марта дату по старому стилю, стадию визирования или другой акт, необходимо сопоставление текста официального Собрания узаконений с подлинными резолюциями на журнале. Нормативные следы сохранены в реестре как разночтение, без вывода о тождестве дат.
Постановление Особого совещания 7 мая 1919 года, согласно [архивной справке о Государственной страже](https://guides.rusarchives.ru/terms/7/854/otdely-i-upravleniya-pravitelstva), утвердило расписание должностей и табель окладов в губерниях и градоначальствах. Наличие такого решения подтверждает штатную регламентацию. По одному этому свидетельству невозможно установить, сколько должностей фактически было замещено в Симферополе, Евпатории либо в других населённых пунктах Таврии.
Нормативное назначение Государственной стражи
Архивный [путеводитель по гражданской стражe](https://guides.rusarchives.ru/terms/7/854/otdely-i-upravleniya-pravitelstva) формулирует её предназначение как охрану государственного порядка, общественной и личной безопасности и спокойствия граждан. В опубликованном А. В. Ишиным тексте местного акта от 22 июня 1919 года дополнительно упоминается имущественная безопасность и служба вместо прежней полиции ([положение о гражданском управлении Таврической губернии](https://ru.djvu.online/file/e2Xcycj9dzbcP), с. 197–198). Здесь нормативная компетенция охватывала правопорядок, охрану людей и имущества и административное содействие гражданским властям.
Нормативный перечень определяет полномочия учреждения; оценка результата его применения основывается на конкретных рапортах, приказах и судебных делах. Сведения о задержании, досмотре, конвоировании и охране железной дороги выявляются в документах февраля—марта 1920 года. Вопрос о полном объёме патрульной работы в каждом уезде при этом остаётся отдельным предметом архивного учёта.
Двойное подчинение
По [описанию структуры Государственной стражи](https://guides.rusarchives.ru/terms/7/854/otdely-i-upravleniya-pravitelstva), гражданская стража имела полувоенную организацию и находилась в двойном подчинении. На месте она подчинялась гражданским начальникам; служебная вертикаль шла через командиров губернских бригад к командующему Государственной стражей, который являлся помощником начальника Управления внутренних дел.
В исследовании [А. В. Ишина о гражданском аппарате](https://ru.djvu.online/file/e2Xcycj9dzbcP) разъясняется распределение назначения командиров: губернаторы или градоначальники представляли кандидатов на должности командиров губернских и городских бригад, а соответствующий приказ издавал командующий стражей. Железнодорожные бригады подчинялись непосредственно командующему стражей; права губернатора на них не распространялись в том же объёме.
Это нормативное распределение важно для чтения крымских документов. Донесение полковника Лалекина прокурору и донесение Евпаторийской городской стражи губернской бригаде показывают разные служебные адреса. Адресат рапорта свидетельствует о направлении конкретного документа, а не обязательно об исчерпывающем распределении всех прав управления.
Губернатор, главноначальствующий и начальник уезда
Публикуемый [текст положения о гражданском управлении](https://ru.djvu.online/file/e2Xcycj9dzbcP) от 22 июня 1919 года определял власть Главнокомандующего, Особого совещания, главноначальствующего, губернатора и начальника уезда. В нём прямо указано, что начальник уезда соединяет компетенции прежних уездных исправников и комиссаров Временного правительства, а главное начальствование над частями Государственной стражи в губернии принадлежит губернатору, в уездах — начальникам уездов.
Под актом назван исполняющий обязанности таврического губернатора Татищев. В исследовании указан архивный след: ГААРК, ф. Р-2235, оп. 1, д. 13, л. 4 ([архивная ссылка на акт 22 июня](https://ru.djvu.online/file/e2Xcycj9dzbcP), с. 220, примеч. 16). Лист в ходе данной сессии непосредственно не осматривался; его реквизит воспроизведён из научной публикации.
Распределение компетенций в акте позволяет документально установить, кому губернские и уездные чины должны были адресовать вопросы местной охраны порядка. Конкретная практика вмешательства военной власти прослеживается по приказу Я. А. Слащёва и евпаторийскому рапорту.
Пространственные рамки
В опубликованном исследовании [А. В. Ишина](https://ru.djvu.online/file/e2Xcycj9dzbcP) административная конструкция Таврической губернии при ВСЮР рассматривается с восстановленными Бердянским, Мелитопольским и Днепровским уездами (с. 198–199). Данное указание относится к заявленному административному устройству и не устанавливает одновременного фактического контроля над каждым уездом в любой момент исследуемого периода.
Из непосредственно доступных рапортов подробно представлены Симферополь и Евпатория. Наличие губернской вертикали не даёт оснований автоматически предполагать одинаковые городские штаты, одну систему участков либо равномерную интенсивность политического наблюдения во всех центрах губернии. Для северных уездов и градоначальств необходим отдельный комплект местных приказов и штатных ведомостей.
Учреждение местной системы в июне 1919 года
Датированный 22 июня 1919 года акт, воспроизведённый [в монографии Ишина](https://ru.djvu.online/file/e2Xcycj9dzbcP) по фонду Р-2235, содержит нормативную формулу учреждения Государственной стражи в ведении Управления внутренних дел. Подпись исполняющего обязанности губернатора Татищева связывает общеюжную систему управления с местным губернским правопорядком.
Юридическая возможность сформировать стражу вытекала из решений Особого совещания, предшествовавших июню. Для подтверждения фактической даты вступления в службу первой губернской команды и первого приказа по каждому городу требуются приказы о назначениях, списки личного состава и документы о приёме старой милиции. Акт июня удостоверяет установленную структуру, а рапорты 1920 года — наличие реально действующих команд к соответствующим датам.
Система бригад и специальных команд
Архивное описание подразделений Государственной стражи перечисляет управление стражи; бригады губерний, областей и градоначальств; железнодорожные бригады; портовые, речные и крепостные команды; уголовно-розыскные управления гражданской части. Перечень представляет общеюжную организационную систему.
Расположение портовых и речных команд внутри бригад и отдельное подчинение крепостных подразделений разъясняются [в исследовании структуры охраны](https://ru.djvu.online/file/e2Xcycj9dzbcP), с. 199. Для утверждения о фактически существовавшей в определённый месяц «Таврической портовой команде» необходим её собственный приказ или штат; в проверенных документах настоящего досье этот реквизит не установлен.
Фраза «Таврическая губернская бригада государственной стражи» непосредственно засвидетельствована как адресат [евпаторийского рапорта 2 апреля 1920 года](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2), документ № 285, с. 242. Это подтверждение действующего губернского звена, хотя документ относится уже к переходной границе исследовательского периода.
Штаты, довольствие и персональный учёт
Постановление Особого совещания 7 мая 1919 года ввело расписание должностей и оклады для губерний и градоначальств. В путеводителе отмечено, что штаты отдельных бригад и уголовно-розыскных управлений принимались отдельными решениями. Документальный вопрос о числе симферопольских городских стражников решается на основании соответствующей городской штатной ведомости, а не умножением общего типового расписания.
Отдельный состав известен по донесению Лалекина: надзиратель Бурлаков, несколько дежурных и часовой при воротах, помощник командира штабс-капитан Кулицкий ([донесение об участке 1 марта 1920 года](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2), № 274, с. 231–233). Это именованный состав одного участка, находившийся на месте конкретного происшествия; он не равняется штатной или списочной численности всей городской стражи.
Городские и уездные учреждения
Симферопольский рапорт подписан временно исполняющим должность командира городской государственной стражи полковником Лалекиным. Евпаторийский документ подписан полковником Пертгольдтом, командиром городской стражи; позднейший рапорт того же лица назван адресованным губернской бригаде. В обоих городах наличие должности командира установлено по первичным служебным документам ([симферопольский и евпаторийский рапорты](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2), № 274 и № 279).
Евпаторийский рапорт позволяет установить и наличие уездной государственной стражи: при описании подавления собрания названы пешая сотня под командованием штабс-капитана Чалого и конная сотня, из которой Пертгольдт привлёк 20 конных стражников под командованием поручика Ракова ([рапорт о евпаторийских событиях](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2), № 285, с. 243). Участие этого подразделения в городской операции не означает организационного слияния городской и уездной команд.
Уголовный розыск и судебное следствие
В § о системе органов архивный путеводитель прямо называет [уголовно-розыскные управления при гражданской части](https://guides.rusarchives.ru/terms/7/854/otdely-i-upravleniya-pravitelstva) Государственной стражи. Симферопольский документ № 274 показывает несколько самостоятельных оснований содержания задержанных: распоряжения начальника гарнизона, начальника уголовно-розыскного отделения, судебного следователя, пристава и городского командира стражи.
Это перечисление позволяет восстановить конкретную практику распределения заключённых между ведомствами. Место содержания — камеры первого участка стражи — было одним, тогда как правовые основания отдельных задержаний исходили от разных учреждений. Документ не устанавливает единый процессуальный статус всех двадцати освобождённых лиц.
Рапорт командира городской стражи прокурору показывает также направление служебных сведений в прокуратуру Симферопольского окружного суда. Межведомственная переписка имеет особое значение для реконструкции следов расследования: исходный рапорт и реакция прокурора должны рассматриваться как разные документы.
Военная охрана железнодорожных сооружений
27 февраля 1920 года командир 3-го корпуса генерал Я. А. Слащёв издал приказ № 1244 об усилении охраны крымских железных дорог ([приказ Слащёва об охране железных дорог](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2), № 273, с. 231). Издание воспроизводит заверенную копию: ГАКО, ф. Р-695, оп. 1, д. 6, л. 7.
Приказ требовал от начальников районов представить схемы охраны и решения об усилении охранения мостов и других сооружений. В отдельном пункте он возлагал на Государственную стражу контроль над непрерывной и тщательной охраной пути и сооружений. Одновременно документ предусматривал привлечение местного населения и угрозу суровых санкций за невыполнение повинности.
Документ удостоверяет приказанное действие и границы полномочия военного начальника. Фактическое исполнение в каждом районе железной дороги из самого текста не устанавливается. В частности, сведения об отдельных проверках путей и докладах стражи нуждаются в рапортах охранных участков.
Симферопольский первый участок: 29 февраля 1920 года
По [донесению полковника Лалекина](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2), вечером 29 февраля, в 22 часа 40 минут, к первому участку Симферополя подошла группа из девяти человек. Пять были в офицерской форме, четверо — в гражданской одежде; среди последних находилась женщина. Группа представила приведённых с собой лиц как задержанных без документов, добиваясь их приёма участковым надзирателем Бурлаковым.
После входа в дежурное помещение вооружённые участники обезоружили надзирателя и стражников. Рапорт перечисляет приём захвата: под видом передачи задержанных нападавшие вошли в участок, получили доступ к дежурной комнате и затем потребовали ключи от камер. Данное описание представляет версию командира и основано на его сообщении прокурору Симферопольского окружного суда, а не на показаниях всех участников.
Освобождение заключённых и оружие
Тот же [рапорт № 274](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2) сообщает, что нападавшие открыли камеры, выкрикивая фамилии Володина и Гуревича. В помещении были обезоружены командир и находившиеся в дежурной комнате чины. После освобождения заключённых группу стражников заперли в одной из камер. Помощник командира штабс-капитан Кулицкий, по докладу Лалекина, участвовал в последующем освобождении сотрудников.
Лалекин указал число ушедших арестованных — двадцать человек; один заключённый, названный Никелем Капом, остался. В тексте перечислены похищенные револьверы и винтовки, в том числе револьвер надзирателя Бурлакова системы «наган» с заводским номером, а также карабин, переделанный из русской винтовки.
Для идентификации оружия воспроизводятся номера из издания, но часть типографского текста в электронной копии искажена распознаванием; для инвентарного учёта буквенно-цифровые последовательности нуждаются в осмотре соответствующего листа ГАКО. Архивный реквизит рапорта: ф. 483, оп. 4, д. 1388, л. 294–295, обозначен издателями как подлинник.
Персональный состав симферопольского донесения
В [тексте рапорта об освобождении арестованных](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2) названы временно исполняющий должность командира полковник Лалекин, секретарь Слухаевский, помощник штабс-капитан Кулицкий и надзиратель Бурлаков. Среди стражников упомянуты Малахов, Нугис, Семёнов, Кирпсу, Веревкин, Самойленко и Маров.
Для этих лиц установлен именно факт упоминания в первичном служебном документе. Их возраст, прежняя служба, персональные дела, дальнейшее участие в событиях и тождество лиц в иных архивных корпусах остаются предметом отдельного именного поиска. Указание «временно исполняющий должность» не превращается в утверждение о назначении Лалекина постоянным командиром города.
Датировка нападения: два свидетельства
Датированный 1 марта 1920 года [рапорт Симферопольской городской стражи](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2) относит нападение к 29 февраля. Напротив, [приказ Симферопольского военно-революционного комитета](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2) от 5 марта, документ № 276, сообщает, что боевая дружина захватила первый участок «в 9 час. вечера 1 марта» после ареста члена комитета 27 февраля. Публикация этого приказа: с. 234–235; архивная характеристика: ГАКО, ф. 483, оп. 4, д. 1388, л. 292, печатный экземпляр.
Описание двух документов совпадает в существенных признаках: первый участок, освобождение заключённых, заключение командира стражи под замок. При этом имеются два несовпадения — дата (29 февраля / 1 марта) и время (22:40 / 21:00). Для разграничения явных фактов и разночтений важно не выбирать одну из дат на основании позднейшего редакционного пересказа.
По существующему корпусу установлено, что обе стороны описали операцию освобождения. Точная дата и время действия остаются предметом проверки оригинальных документов, журналов участка и газетных сообщений. Поскольку даты записаны в документах одного времени и стиля в рамках одного издания, их расхождение не разрешается простым календарным прибавлением 13 дней.
Евпатория: политическая обстановка в сообщении 16 марта
Рапорт полковника Пертгольдта от 16 марта 1920 года, документ № 279, с. 238, адресован товарищу прокурора Симферопольского окружного суда. В нём командир Евпаторийской городской государственной стражи сообщал о прокламациях подпольных большевистских организаций, слухах о предстоящем выступлении и агитации против мобилизации.
Автор оценивал перспективы мобилизации отрицательно. Эта оценка представляет мнение командира, сформулированное в докладе, и не заменяет статистики фактически состоявшихся призывов. Источник сообщает об агитационных действиях и массовых ожиданиях, наблюдаемых или известных составителю; личность каждого распространителя прокламаций в напечатанном отрывке не названа.
Под документом стоит подпись «Полковник Пертгольдт»; архивный реквизит: ГАКО, ф. 483, оп. 4, д. 1388, л. 236, подлинник. Дата документа не должна подменяться датой описываемых в нём слухов.
Евпатория: забастовка и её участники
Рапорт Евпаторийской городской стражи от 2 апреля, документ № 285, с. 242–244, указывает, что 16 марта город был объявлен на военном положении распоряжением коменданта и начальника гарнизона. С утра 17 марта, по сообщению командира, началась политическая забастовка, решение о которой приняла конференция профессиональных союзов.
Отмечено закрытие магазинов, остановка электрической станции и прекращение работы ряда учреждений, включая земскую управу, управление уполномоченного по продовольствию и Государственный банк. Профсоюзные решения отражены также в [сообщении Евпаторийского стачечного комитета](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2) от 14 марта, документ № 278, с. 236–238; это отдельное письменное свидетельство стороны, организовавшей забастовку.
Сопоставление приказа городских властей, рапорта стражи и обращения профсоюза позволяет отделить три предмета: объявленные забастовочные действия, мероприятия власти и оценку происходящего должностным лицом. Полный состав участников и число прекративших работу предприятий из представленных документов не вычисляется.
Евпатория: собрание на Александровской площади
В [рапорте Пертгольдта о забастовке](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2) сообщается, что около двух часов дня 17 марта на Александровской площади у управления уездного воинского начальника собрались женщины и бывшие военнопленные, прибывшие из Германии. Автор передаёт их требования прекращения войны, возражения против мобилизации мужей и сыновей, а также требования освобождения арестованных.
Пертгольдт сообщает, что прибыл на площадь вместе с штабс-капитаном Чалым и двадцатью конными стражниками уездной стражи под командованием поручика Ракова. Показания командира о собственных распоряжениях и о настроениях людей нужно рассматривать как один источник: эмоциональные характеристики толпы являются авторской оценкой рапорта, тогда как перечисление должностей, состава прибывшего подразделения и места действия представляет конкретные заявленные сведения.
Разгон и движение к уездной тюрьме
После требования разойтись командир, по его [донесению о событиях на площади](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2), распорядился оттеснить собравшихся конным отрядом. Когда часть толпы двинулась в сторону уездной тюрьмы, отряд поручика Ракова занял позицию на её пути. Рапорт сообщает об ударе нагайками, рассеянии собравшихся и о караульной команде тюрьмы численностью 45 человек.
Число 45 относится в документе к охране тюрьмы, а не к общей численности городской Государственной стражи. Описание насилия и задержаний исходит от командира, который одновременно участвовал в принятии решений. Для независимой реконструкции числа пострадавших необходимы медицинские материалы, жалобы и документы судебного надзора; в проверенной публикации такой совокупности нет.
Прибытие транспортов в Евпаторию
Донесение [евпаторийского командира](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2) дополнительно фиксирует ожидание транспортов с казачьими и добровольческими частями. По его словам, вечером 17 марта на рейде находился транспорт с войсками, на котором прибыл командующий Донской армией генерал-лейтенант Сидорин; после совещания с начальниками гарнизона и уезда была осуществлена высадка юнкеров Донского военного училища.
Сообщение о планируемых «до 12 000» человек обозначает ожидание, а не доказанное число высадившихся. В рапорте называются «свыше 2 000» человек на первом транспорте, но независимого судового журнала и списка высадки при исследовании не обнаружено. Сведения о последующем прекращении забастовки и восьми арестованных изложены на основании того же рапорта.
Симферополь: закрытие учреждений и точность дат
Донесение полковника Лалекина 30 марта 1920 года, документ № 282, с. 240, адресовано таврическому губернатору. В нём сообщается, что 16 марта в районе первой части Симферополя не работали городская управа и её базарное отделение, Азовско-Донской банк, типография губернского земства; служащие губернской земской управы разошлись в час дня.
Архивная ссылка в издании: ГАКО, ф. 483, оп. 4, д. 1385, л. 197, подлинник. Полковник Лалекин назван временно исполняющим должность командира. В примечании к соседнему документу № 281 издатели прямо указывают, что в тексте сохранён старый стиль; к № 282 также помещена помета о сохранении старого стиля.
Из этого следует, что 16 марта в тексте документа следует цитировать как 16 марта по старому стилю, сопоставляя с 29 марта по новому стилю при необходимости общеисторической синхронизации. Дата самого донесения — 30 марта — сохранена в заголовке редакции и не должна автоматически превращаться в дату закрытия перечисленных учреждений. В первоисточнике различимы день наблюдаемого события и дата сообщения губернатору.
Служебный язык и характер рапортов
Командиры используют разные жанры: краткое сообщение прокурору об арестах и наблюдении; подробный рапорт о забастовке с оценками настроения населения; донесение губернатору о работе учреждений; рапорт об освобождении заключённых с перечислением оружия и фамилий. Жанр документа влияет на объём сообщения и способ установления обстоятельств.
В [рапорте Пертгольдта от 16 марта](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2) присутствуют предположения о возможном митинге и суждение о невозможности успешной мобилизации. В [рапорте от 2 апреля](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2) указаны наблюдаемые действия отдельных должностных лиц, но повествование также содержит объяснения автора о мотивах населения. В научной реконструкции такие объяснения атрибутируются командиру, а не выдаются за непосредственно доказанные причины поведения людей.
Архивное происхождение и достоверность воспроизведений
Документ № 274 печатное издание характеризует как подлинник из ГАКО, ф. 483, оп. 4, д. 1388, л. 294–295; № 279 — как подлинник из того же дела, л. 236; № 282 — как подлинник из д. 1385, л. 197. Документ № 285 опубликован по заверенной копии того же д. 1388, л. 248–253. [Редакционная публикация тома II](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2) содержит фрагментирование отдельных рапортов знаком пропуска.
Эти обозначения следует сохранять без повышения удостоверительного уровня: слово «подлинник» отражает редакционную археографическую характеристику опубликованного экземпляра, а настоящий исследовательский пакет опирается на электронный текст издания. Фрагментированный рапорт не позволяет воспроизвести пропущенные части; поисковая процедура должна начинаться с архивного дела по номеру и листам.
Хронологический реестр основных свидетельств
| Дата, принятая в источнике | Документальное событие | Установленный статус |
|---|---|---|
| 8, 12, 15 марта 1919 | Рассмотрение положения в журнале № 44а | Каталожное описание первичного документа |
| 4 апреля 1919 | Принятие положения согласно архивному путеводителю | Сообщение официального путеводителя |
| 7 мая 1919 | Расписание должностей и оклады | Сообщение архивного путеводителя |
| 22 июня 1919 | Положение об управлении губернией, подписано Татищевым | Текст акта в научной публикации |
| 27 февраля 1920 | Приказ Слащёва № 1244 об охране железных дорог | Опубликованная заверенная копия |
| 29 февраля / 1 марта 1920 | Освобождение задержанных из первого участка | Датировочное расхождение двух документов |
| 1 марта 1920 | Донесение Лалекина прокурору | Опубликованный подлинник по архивной ссылке |
| 5 марта 1920 | Приказ подпольного Симферопольского ревкома | Опубликованный печатный экземпляр |
| 14 марта 1920 | Сообщение евпаторийского стачкома | Опубликованный подлинник по архивной ссылке |
| 16 марта 1920 | Рапорт Пертгольдта о подпольной агитации | Опубликованный подлинник |
| 16–17 марта 1920 | Евпаторийские забастовка и события на площади | Сообщение последующего рапорта |
| 16 марта ст. ст. 1920 | Закрытие отдельных учреждений Симферополя | Сообщение донесения 30 марта |
| 30 марта 1920 | Донесение Лалекина губернатору | Опубликованный подлинник |
| 2 апреля 1920 | Донесение Пертгольдта губернской бригаде | Опубликованная заверенная копия |
Здесь даты печатной публикации 1961 года и архивного отражения 1919–1920 годов разведены. Оперативные события из рапортов не пересчитываются по календарному правилу без указания стиля соответствующей записи.
Лица, должности, ведомства
Полковник Лалекин — временно исполняющий должность командира Симферопольской городской государственной стражи; подписи под документами № 274 и № 282. Полковник Пертгольдт — командир Евпаторийской городской государственной стражи, автор рапортов № 279 и № 285. Штабс-капитан Кулицкий — помощник симферопольского командира в рапорте № 274. Надзиратель Бурлаков — служащий первого участка. Секретарь Слухаевский — подписант симферопольского сообщения.
Штабс-капитан Чалый и поручик Раков названы в рапорте № 285 при описании евпаторийского разгона; второй командовал выделенным конным отрядом. Генерал Я. А. Слащёв подписал приказ № 1244 как командир третьего корпуса. Татищев подписал акт 22 июня 1919 года как исполняющий обязанности губернатора; генерал-лейтенант Сидорин упоминается в рапорте Пертгольдта как прибывший с войсками.
Компетенции учреждений реконструируются по адресации и содержанию документов: губернский губернатор, начальник уезда, городской командир, губернская бригада, прокуратура окружного суда, судебный следователь, уголовный розыск, военный гарнизон, подразделения железнодорожной охраны. Перечень отражает выявленные институциональные связи.
Территориальный реестр
Симферополь — городской первый участок и губернский центр, место служебных сообщений Лалекина. Евпатория — городская стража, Александровская площадь, управление уездного воинского начальника, уездная тюрьма и рейд. Джанкой — место подписания приказа Слащёва 27 февраля. Северные уезды Таврической губернии входят в круг указанной административной реконструкции по исследованию Ишина, но локальные документы Государственной стражи на них в данной выборке непосредственно не представлены.
Каждый локус фиксируется в той форме, в какой он упомянут в документе; современное название не подставляется на место исторической географической привязки при цитировании.
Сопоставление показаний и открытые разночтения
Первое разночтение — нормативная хронология. [Каталожная карточка положения](https://docs.historyrussia.org/ru/nodes/30239) фиксирует рассмотрение в марте и официальное печатное издание; [путеводитель учреждения](https://guides.rusarchives.ru/terms/7/854/otdely-i-upravleniya-pravitelstva) называет принятие 4 апреля; [Ишин](https://ru.djvu.online/file/e2Xcycj9dzbcP) пишет о законе 25 марта. Они должны быть сопоставлены по оригинальным резолюциям и календарному стилю прежде, чем эти даты можно будет объединить в единое событие утверждения.
Второе разночтение — событие в первом участке. [Полицейский рапорт № 274](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2) указывает вечер 29 февраля и 22:40; [приказ ревкома № 276](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2) — 1 марта и 21:00. Третье различие касается описания участников: полицейский документ подробно перечисляет приметы и имена освобождённых, приказ ревкома сообщает о действии боевой дружины. Версия второй стороны не служит прямым подтверждением каждой детали первой.
Четвёртое различие — эвпаторийская забастовка: сообщение профсоюзного комитета № 278, относящееся к 14 марта, и поздний рапорт Пертгольдта № 285 описывают разные стадии и аспекты конфликта. Без дополнительных рабочих протоколов нельзя определить состав участников и причинную связь между всеми решениями.
Пятое — помета о старом стиле рядом с текстами о симферопольской забастовке. Событие 16 марта старого стиля соответствует 29 марта нового; повествование о нём следует вести с двустильной датой, если сопоставляются внешние хронологические источники.
Граница апреля 1920 года
Период исследуемой Государственной стражи «при ВСЮР» установлен в проектном реестре как июнь 1919 — апрель 1920 года. Переход высшего командования от Деникина к Врангелю относится к границе следующего исторического периода. При этом служебные учреждения могли сохранять названия, кадры и имущество после политико-командной перемены.
Донесение Пертгольдта от 2 апреля подтверждает действие Евпаторийской стражи у этой границы; продолжение существования губернской организации в мае—сентябре документируется другими актами того же сборника. Для научного досье главнокомандования ВСЮР это предел основной реконструкции, а позднейшие сообщения отнесены к сопутствующему периоду.
Послесловие: документы Государственной стражи после апреля 1920 года
В [томе II документального сборника](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2) имеются многочисленные последующие сообщения: рапорт начальника Симферопольской уездной стражи от 25 мая (№ 289, с. 247–248), донесения военно-судной части Таврической губернской бригады от 13 июня (№ 293, № 294, с. 251–252), рапорт о задержаниях в Ялте в июле, феодосийские сообщения сентября. Эти документы подтверждают продолжение деятельности организационных наименований после апреля и относятся к отдельному периоду главнокомандования Врангеля.
Данные этого раздела используются исключительно для установления преемственности учреждений и маршрута будущего исследования. Результаты майских, июньских и сентябрьских операций не включаются в хронологию действий Государственной стражи при Деникине и не меняют верхнюю границу основного периода.
Итоги документального исследования
Нормативная организация Государственной стражи ВСЮР установлена на основании опубликованного приложения к журналу № 44а, официального Собрания узаконений и архивного путеводителя. Система включала губернские, городские, уездные и специальные звенья, сочетала гражданское и командное подчинение, была связана с Управлением внутренних дел. В Таврической губернии связь этой нормы с местной властью документируется воспроизведённым положением 22 июня 1919 года за подписью Татищева.
Для Симферополя документально выявлены городской командир Лалекин, подчинённый персонал первого участка, круг учреждений, распоряжавшихся содержанием заключённых, и два конкурирующих свидетельства об их освобождении. Для Евпатории установлены командир Пертгольдт, обращение к прокурору, наличие городского и уездного звеньев, сообщения о забастовке и действиях конного подразделения. В приказе Слащёва содержится прямое возложение контроля охраны железнодорожных сооружений на Государственную стражу.
Открытыми остаются: точная последовательность нормативного утверждения в марте—апреле 1919 года; первый местный приказ об учреждении таврической бригады; список её командиров и численность по месяцам; штатные ведомости Симферополя и Евпатории; календарный и фактический смысл дат 29 февраля/1 марта; полная документация евпаторийских событий; распоряжения и отчёты по северным уездам, портам и железным дорогам; границы персонального и имущественного правопреемства после апреля 1920 года. Эти вопросы определены как конкретные адреса архивного исследования. Их наличие отражено в доказательном реестре; выводы выше ограничены прямо проверенным кругом источников.
Источники и литература
Нормативные акты и архивные описания
Особое совещание при Главнокомандующем ВСЮР. Временное положение о государственной страже: приложение к журналу № 44а заседаний 8, 12, 15 марта 1919 г. ГА РФ, ф. Р-439, оп. 1, д. 87, л. 107–128 (описание подлинника). Собрание узаконений и распоряжений правительства, издаваемое Особым совещанием. Екатеринодар, 1919. Отд. первый, ст. 28, с. 94–116. Опубликовано также в: Журналы заседаний Особого совещания при Главнокомандующем ВСЮР А. И. Деникине. Сентябрь 1918 — декабрь 1919. Москва: РОССПЭН, 2008. [Электронная карточка документа](https://docs.historyrussia.org/ru/nodes/30239).
Отделы и управления правительства при Главнокомандующем ВСЮР. Начальник гражданской части Государственной стражи. Описание фонда ГА РФ Р-3510 (1919–1920; одна опись, 11 дел) и нормативных решений 4 апреля и 7 мая 1919 г. [База «Путеводители по российским архивам»](https://guides.rusarchives.ru/terms/7/854/otdely-i-upravleniya-pravitelstva).
Отдел внутренних дел Особого совещания при Главнокомандующем ВСЮР: архивно-справочное описание учреждения и его переписки. [Электронное воспроизведение путеводителя](https://libinfo.org/index/index.php?id=1327); текст путеводителя, исследованный как поисковый, а не первичный архивный лист.
Опубликованные архивные документы
Слащёв Я. А. Приказ № 1244 об усилении охраны крымских железных дорог, 27 февраля 1920 г. // Борьба за Советскую власть в Крыму: документы и материалы. Т. II: Май 1918 — ноябрь 1920. Симферополь: Крымиздат, 1961. Док. № 273, с. 231. ГАКО, ф. Р-695, оп. 1, д. 6, л. 7, заверенная копия. [Электронный текст сборника](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2).
Лалекин. Сообщение командира Симферопольской городской Государственной стражи прокурору Симферопольского окружного суда об освобождении заключённых, 1 марта 1920 г. // Там же. Док. № 274, с. 231–233. ГАКО, ф. 483, оп. 4, д. 1388, л. 294–295, подлинник по характеристике издателей. [Текст документа № 274](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2).
Симферопольский военно-революционный комитет. Приказ об активизации борьбы с контрразведчиками, 5 марта 1920 г. // Там же. Док. № 276, с. 234–235. ГАКО, ф. 483, оп. 4, д. 1388, л. 292, печатный экземпляр. [Текст документа № 276](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2).
Евпаторийский стачечный комитет. Сообщение о забастовке, 14 марта 1920 г. // Там же. Док. № 278, с. 236–238. ГАКО, ф. 681, оп. 2, д. 865, л. 87–89, подлинник. [Текст документа № 278](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2).
Пертгольдт. Из рапорта командира Евпаторийской городской Государственной стражи товарищу прокурора Симферопольского окружного суда, 16 марта 1920 г. // Там же. Док. № 279, с. 238. ГАКО, ф. 483, оп. 4, д. 1388, л. 236, подлинник. [Текст документа № 279](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2).
Лалекин. Донесение Симферопольской Государственной стражи таврическому губернатору о закрытии учреждений, 30 марта 1920 г. // Там же. Док. № 282, с. 240. ГАКО, ф. 483, оп. 4, д. 1385, л. 197, подлинник. [Текст документа № 282](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2).
Пертгольдт. Из рапорта Евпаторийской городской Государственной стражи Таврической губернской бригаде о забастовке, 2 апреля 1920 г. // Там же. Док. № 285, с. 242–244. ГАКО, ф. 483, оп. 4, д. 1388, л. 248–253, заверенная копия. [Текст документа № 285](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2).
Начальник Симферопольской уездной Государственной стражи. Рапорт о событиях в районе Айтодора и Шули, 25 мая 1920 г. // Там же. Док. № 289, с. 247–248. [Текст позднейшего документа](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2). Приведён только как свидетельство преемственности после апреля.
Начальник военно-судной части Таврической губернской бригады Государственной стражи. Донесения от 13 июня 1920 г. // Там же. Док. № 293–294, с. 251–252; для № 293 издание называет ГАКО, ф. 483, оп. 4, д. 1344, л. 15, копия. [Текст позднейших донесений](https://djvu.online/file/fvJfbA4NGlsp2).
Исследования и периодика
Ишин А. В. Проблемы государственного строительства в Крыму в 1917–1922 годах. 2012. Глава V «Основные направления деятельности крымского госаппарата», с. 196–200; примечания на с. 220. Публикация акта 22 июня 1919 г. со ссылкой на ГААРК, ф. Р-2235, оп. 1, д. 13, л. 4. [Электронное издание исследования](https://ru.djvu.online/file/e2Xcycj9dzbcP).
Революция в Крыму. 1930. № 9. Исторические материалы о подпольных организациях Крыма в 1919–1920 гг. [Электронное воспроизведение номера](https://ru.djvu.online/file/ve04XfJVdbIHg). Источник поздней ретроспекции, непосредственно не подтверждающий штат или приказ Государственной стражи.
Бутаков Я. А. «Государственная стража (1919–1920 гг.)» // Антибольшевистская Россия: энциклопедический словарь. Библиографическое указание по: Ишин А. В. Проблемы государственного строительства в Крыму в 1917–1922 годах. 2012. С. 220, примеч. 18–19. [Библиографические сведения исследования](https://ru.djvu.online/file/e2Xcycj9dzbcP). Отдельный авторский оригинал статьи в данной сессии не осмотрен.