Германские войска и Черноморский флот в 1918 году

1. Предмет исследования и источниковая база

В пределах данного досье под взаимоотношениями германских войск с Черноморским флотом понимаются действия военно-морского и сухопутного командования Германии, непосредственно затрагивавшие стоянку, передвижение, принадлежность, разоружение, ремонт и возможное использование русских боевых кораблей, а также портовое управление в Севастополе. Хронологический центр исследования — апрель–ноябрь 1918 года. Март привлекается для установления нормативной и документальной предыстории, декабрьское донесение — как синхронное описание состоявшейся 26 ноября встречи.

Документальный корпус неоднороден. Договор и телеграммы американского консульства содержат зафиксированные дипломатические позиции. Архивные карточки морских документов подтверждают существование документов, их названия и реквизиты, однако сами по себе не воспроизводят распоряжения целиком. Записки Владимира Кукеля дают последовательное свидетельство офицера-участника; автор прямо предупреждал, что не вёл дневника и мог ошибаться в датах. Публикация Александра Ватлина использует дипломатические и германские источники и служит путеводителем к части архивных шифров, с сохранением различия между пересказом и документом.

В отдельную группу входят германские дневниковые свидетельства Альберта Хопмана и британское донесение Сомерсета Кальторпа, составленное 12 декабря по результатам ноябрьского пребывания союзной эскадры. Эти комплексы позволяют проследить развитие германского военно-морского управления вплоть до заключительного периода войны.

2. Условные обозначения, календарь и критерии доказанности

Все даты 1918 года даны по григорианскому календарю, когда исходное издание использует новый стиль. Российские документы, исходящие от органов РСФСР после февральского календарного перехода, рассматриваются согласно явно напечатанной дате. Даты из архивных карточек сохраняют издательскую форму. Старый стиль отдельно оговаривался бы при наличии прямого источникового указания; механическое прибавление тринадцати дней к каждому числу исключено.

«Документально подтверждённый факт» означает установленное содержание или событие в непосредственно прочитанном документе с известным происхождением. «Сообщение источника» означает факт самой записи или утверждения автора, включая разведывательные сведения, наблюдения корреспондента и воспоминания; истинность каждого внешнего сообщения требует сопоставления. «Расхождение свидетельств» обозначает несовпадающие перечни, оценки времени, численности или целей в нескольких текстах.

Уровень проверки V3 относится к непосредственно просмотренному архивному оригиналу или его качественному скану; V2 — к полному тексту опубликованного документа; V1 — к каталожной карточке или библиографически установленному документу, текст которого не прочитан; V0 — к неподтверждённой ссылке. По доказательной силе A означает синхронный документ с прямым отношением к событию, B — участническое или близкое по времени свидетельство, C — позднее исследование и D — поисковую гипотезу. Уровни V и классы A–D оценивают разные характеристики: статус первичного текста не подменяет качество доступа к нему.

3. Международно-правовой контекст: статья V Брестского мира

Мирный договор от 3 марта 1918 года закреплял прекращение состояния войны России с державами Четверного союза и обязательства в отношении вооружённых сил. Для черноморских кораблей непосредственно значима статья V Брестского договора, предусматривавшая перевод русских военных судов в русские порты и оставление их там до всеобщего мира либо немедленное разоружение. Формулировка статьи стала предметом последующих дипломатических разногласий: указывала ли она лишь место и состояние пребывания флота или также позволяла Германии потребовать его фактического перехода под собственный контроль.

Текст договора устанавливает обязательство в отношении кораблей. Из него не следует без отдельного акта конкретный порядок принятия командования немецким офицером на каждом судне, снабжение русских команд или передача корабля германскому экипажу. Эти процедуры устанавливаются по более поздней корреспонденции и местным распоряжениям. Майская и июньская дипломатическая документация показывает, что российская и германская стороны ссылались на одну статью, делая разные выводы о правах германского командования.

В германском ответе, опубликованном 9 мая, занятия Крыма и вопрос флота обсуждались совместно, но разделялись по предмету. В июньской телеграмме консула Пула германская ссылка на статью V сопровождалась гарантиями будущего возврата кораблей России. Таким образом, договорные слова и позднее согласованный режим применения кораблей в источниках являются двумя разными слоями.

4. Военно-морские учреждения и компетенция распоряжений

В апреле решения о флоте могли исходить от российского Народного комиссариата по морским делам, Морского генерального штаба, Высшего военного совета, центральных флотских представительских органов, командующего флотом и командиров отдельных кораблей. Для выявления юридического и служебного статуса каждого акта существенны его заглавие, адресат, способ передачи и статус утверждения.

Записка Морского генерального штаба от 2 апреля адресовалась Высшему военному совету и имеет в наименовании резолюцию последнего. Радиограмма Центрофлота Совнаркому характеризует сообщение представительного флотского органа высшему советскому правительству. Их адресаты и служебные функции различались. Решение моряков или сообщение представительного органа нельзя автоматически отождествлять с приказом командующего о выходе кораблей.

В опубликованном сборнике документов 1957 года расположены телеграммы, телефонограммы, обращения и постановления разных инстанций за 21–25 апреля. В исследовательской хронологии их объединяет обстоятельство германского наступления, но каждый сохраняет собственное происхождение. Для апреля это существенно ещё и потому, что общие распоряжения из центра требовали выполнения на многочисленных кораблях и в портах, действовавших в условиях переменчивой связи.

5. Мартовская постановка вопроса о сохранении флота

В электронной библиотеке исторических документов зарегистрирована записка морского комиссариата от 30 марта о тяжёлом положении Черноморского флота в связи с предполагаемым германским захватом. Её заглавие удостоверяет, что угроза сохранности кораблей была зафиксирована в ведомственном документообороте до начала апрельского выхода из Севастополя. По карточке указан источник: ЦГАВМФ, фонд Р-55, опись 1, дело 1, листы 9–10, копия.

Содержание документа необходимо устанавливать по листам, а не выводить из редакционного заглавия электронной карточки. В частности, сама карточка не сообщает точный перечень судов, для которых предлагались меры, сроки исполнения или достигнутое межведомственное согласие. Для фактической линии монографии установлен факт существования и датировки документа; подробности решения остаются открытой проверкой.

Уже наличие мартовского акта даёт хронологическую нижнюю границу служебному обсуждению. Оно предшествовало германскому фактическому вступлению в Севастополь и не должно датироваться по позднему военному исходу.

6. Записка Морского генерального штаба от 2 апреля

Докладная записка от 2 апреля прямо названа документом об эвакуации Черноморского флота из Севастополя в Новороссийск. Согласно каталожной записи, она поступила в Высший военный совет, на ней находилась резолюция совета. Архивная ссылка в публикации: ЦГАВМФ, ф. Р-55, оп. 1, д. 1, л. 4–6, копия.

Для научной хронологии это дата постановки вопроса об эвакуации в центральном военном учреждении. Она отличается от дня фактического выхода кораблей, который устанавливается по воспоминанию Кукеля и другим источникам конца апреля. Дата документа не доказывает немедленного единогласного согласия командиров, технической готовности всей эскадры или исполнения предполагаемого плана.

При оценке преемственности решений существенны три самостоятельных события: возникновение письменного предложения, решение уполномоченного учреждения и оперативная команда судну. Непосредственно прочитанным материалом в данной работе подтверждено библиографическое существование первого и факт указанной в заглавии резолюции; её точные слова предстоит сверить с копией.

7. Германское продвижение в Крыму и морские сообщения апреля

Военное продвижение германских частей на Крымский полуостров в апреле 1918 года поставило Севастополь перед вероятностью смены сухопутной военной власти. Его география включает северные направления входа в Крым, железнодорожные узлы, подступы к Севастополю и порты побережья. Военно-морской вопрос затрагивал как стоявшие в главной базе корабли, так и суда, находившиеся у других крымских пристаней.

В майском сообщении консула Пула, которое воспроизводило опубликованный в советской официальной газете германский ответ, германская сторона обосновывала продвижение нападениями кораблей, вышедших из Севастополя, на Херсон и Николаев. Это изложение официально заявленного германского основания. Советская дипломатическая нота, также переданная Пулом, оспаривала применение соответствующей ответственности ко всему Черноморскому флоту.

Радиограмма Центрофлота, датированная редактором каталога «не ранее 22 апреля», обозначает одновременно германское занятие территории и меры спасения флота. Датировка «не ранее» означает нижнюю границу составления; при последовательном изложении она не превращается в достоверное «22 апреля». По существу радиограммы надлежит читать сам экземпляр: ЦГАВМФ, ф. Р-183, оп. 1, д. 22, л. 385.

8. Распоряжения 21–25 апреля в опубликованных документах

В первом томе сборника «Борьба за Советскую власть в Крыму» приведены телеграмма Кноруса от 21 апреля (документ № 340, с. 267), сообщение Басенко от 22 апреля (№ 341, с. 267–268), телеграмма об образовании военной коллегии от 22 апреля (№ 342, с. 268) и телеграмма Г. В. Чичерина от 23 апреля (№ 343, с. 268). Эти опубликованные акты образуют апрельский документальный ряд, отражающий как оперативные сведения, так и дипломатическую переписку.

Далее в том же издании стоят постановление Севастопольского Совета 23 апреля о формировании отрядов (№ 344, с. 269), радиограмма с эсминца «Пронзительный» 24 апреля (№ 345, с. 269–270), телефонограмма Шашкова 25 апреля о двух миноносцах для Евпатории (№ 346, с. 270), воззвание комиссии от 25 апреля (№ 347, с. 270–271) и обращение морского комиссариата без точно установленной даты апреля (№ 348, с. 271–272).

По текстуально установленным редакционным заглавиям видно распределение задач: передача сведений, создание органов управления, обращение к населению и морякам, запросы о кораблях. Указание о необходимости направить два миноносца ещё не устанавливает их фактического прибытия в Евпаторию. Для этого необходимы ответная телеграмма, журнал движения либо портовая запись.

Ссылки на архивные шифры, приведённые редакторами сборника, относятся к происхождению опубликованных копий. Например, для телеграммы Чичерина указан ЦГАВМФ, ф. Р-342, оп. 1, д. 8, л. 146; для сообщения о военной коллегии — ЦГАВМФ, ф. Р-183, оп. 1, д. 20, л. 221. В данной монографии эти листы не выданы за непосредственно просмотренные архивные оригиналы.

9. Состав флота и проблема точного корабельного учёта

Черноморский флот весной 1918 года представлял совокупность линейных кораблей, крейсеров, эскадренных миноносцев, подводных лодок, вспомогательных и портовых судов. Для установления его судьбы нужно разделять корабли на действовавшие и находившиеся в ремонте, оставшиеся у крымских берегов, выведенные в Новороссийск, позднее возвращённые в Севастополь и уничтоженные командами.

Британская военно-морская разведывательная сводка, переданная американской стороне в начале июня, приводила две группы: русские суда у Новороссийска и корабли под германским контролем в Севастополе. Переданные цифры следует читать как разведывательное сообщение на определённую дату, а не как окончательный флотский формуляр. Сама сводка ещё не удостоверяет техническую готовность перечисленного судна или наличие на нём экипажа, способного немедленно выйти в море.

Позднейший июньский дипломатический обзор и исследование по июньскому возвращению приводят неодинаковые числа эсминцев и вспомогательных единиц. Различия могут соответствовать разным категориям кораблей, моментам подсчёта и источникам сведений. Без судовых журналов точная сквозная таблица по всем единицам флота должна считаться задачей исследования, а не готовым фактом.

10. Вопрос украинских флагов 29 апреля

В отдельных источниковых традициях 29 апреля 1918 года связывается с поднятием украинских флагов на кораблях Черноморского флота. Публикация Украинского института национальной памяти рассматривает поднятие флагов как событие украинской морской истории; она является поздней институциональной реконструкцией. При описании конкретного решения следует устанавливать, на каком корабле, кем и в какое время был поднят флаг, какому приказу он соответствовал и сохранялся ли он после принятия решения о выходе.

Кукель как участник описывает обстановку в эскадре и взаимоотношения офицеров, собраний и командиров, но сознательно предупреждает об относительности дат. Его текст даёт дополнительную линию свидетельства; он не превращает любой акт поднятия флага в подтверждённое изменение государственной принадлежности всего флота.

В пределах документальной истории германо-флотских отношений флаг имеет несколько значений: опознавательный символ военной принадлежности, обращение к германскому командованию, выражение решения корабельной команды и позднее предмет памяти. Сведения об этих функциях в каждом случае имеют собственную атрибуцию. Для официального юридического статуса требуется акт соответствующей власти, а для факта применения — судовой журнал либо синхронное донесение.

11. Приготовления 27–29 апреля в свидетельстве Кукеля

Командир эсминца «Керчь» В. А. Кукель в записках о гибели флота сообщает, что к полудню 27 апреля кораблям была назначена готовность к походу, определены порядок выхода и конвой транспортов. Затем, по его описанию, сигналом около часа дня поход отменили. Это источник о восприятии приказов и о фактических действиях внутри эскадры.

Кукель прямо отмечает, что записки составлялись спустя некоторое время и без ведения дневника. Следовательно, точно названные им часы являются участническим сообщением, пока они не сопоставлены с сигналами и вахтенными журналами. Особую ценность имеют его различения подготовки к выходу, отмены готового порядка и новой обстановки 29 апреля. Эти три стадии позволяют не сводить всю эвакуацию к одному приказу, якобы немедленно выполненному всеми кораблями.

Согласно тому же рассказу, 29 апреля моряки получили сведения о приближении германских войск к Севастополю. Реальная удалённость германских передовых частей и момент получения известия на каждом судне требуют оперативных журналов сухопутных и морских штабов. Из текста Кукеля надёжно устанавливается его собственное сообщение о восприятии этих сведений на флоте.

12. Выход из Севастополя и прибытие в Новороссийск

По непосредственному рассказу Кукеля, часть кораблей вышла из Севастополя поздно вечером 29 апреля, а другие вышли позднее. В изложении участника первая группа прибыла в Новороссийск 1 мая; два линейных корабля и сопровождавшие их миноносцы прибыли на следующий день. Хронология у разных авторов может расходиться на сутки при отсчёте ночного перехода, поэтому отдельно обозначаются начало выхода, прохождение рейда и прибытие.

В данном эпизоде следует различать решение командующего флотом, индивидуальные действия командиров и фактическую возможность выхода каждого корабля. Мемуарный рассказ командира «Керчи» содержит сведения о конвоировании транспортов, подводных лодках, оставленных в главной базе, и отдельных сложностях выхода. Они приведены как утверждения участника, а не как полная портовая ведомость за ночь.

Дипломатическое сообщение 19 июня впоследствии фиксирует германское требование вернуть в Севастополь ту часть флота, которая ушла в Новороссийск. Тем самым наличие отдельной новороссийской группы засвидетельствовано и синхронной дипломатической корреспонденцией, независимо от позднейших воспоминаний.

13. Корабли, оставшиеся в Севастополе

Смена сухопутной власти в Севастополе застала в порту суда разного технического состояния, в том числе корабли, которые не могли присоединиться к уходившей группе. Американское донесение 19 июня называет в числе ремонтируемых германскими властями «Оча́ков», «Алмаз» и «Георгий Победоносец», а также корабль, обозначенный в английской передаче как «Gochen» — по контексту речь об «Гебене» (в османском флоте «Явуз Султан Селим»); такой вариант написания сохранён как характеристика текста сообщения.

Донесение устанавливает содержание сведений, полученных американским консулом от возвратившегося наблюдателя. Оно ещё не даёт по каждому русскому кораблю даты фактического захвата, документа приёмки, участия немецкой команды и продолжительности ремонта. Тем не менее оно фиксирует германские судоремонтные работы в Севастополе к середине июня и конкретные наименования судов в наблюдательском отчёте.

Фотографическая карточка Имперского военного музея относится к германскому присутствию в Севастополе весной 1918 года. Её значение состоит в отдельном визуальном подтверждении присутствия войск; по музейному описанию фотографии невозможно автоматически определить состав трофейных кораблей и правовые основания их использования.

14. Германская дипломатическая нота и российский протест

В американском донесении от 9 мая 1918 года воспроизведены существенные части германского ответа, опубликованного в советском официальном издании, и российской ответной ноты. Германия заявляла, что ввод войск в Крым объяснялся боевыми действиями кораблей у Херсона и Николаева и что занятие Севастополя имело военно-операционное значение. В том же ответе фигурировало предложение решить вопрос политической принадлежности полуострова в ходе российско-украинских переговоров.

Российский наркомат иностранных дел, согласно той же телеграмме, возражал против возложения ответственности на весь Черноморский флот за действия отдельных кораблей и считал захват флота противоречащим статье V мирного договора. Это подтверждает факт существования дипломатического спора о толковании договора. Оно не является самостоятельным установлением законности или незаконности действий какой-либо стороны.

Указанное документальное воспроизведение нот проходит через цепочку: исходные германские и советские тексты, официальная русская газетная публикация, пересказ консула Пула на английском языке и печатное издание FRUS. Для филологически точной цитаты на русском необходимо восстановить первичную публикацию и дипломатические подлинники; в этой монографии передано содержание, удостоверенное опубликованной американской телеграммой.

15. Устройство германского военно-морского командования

Ключевой представитель германского военно-морского командования на Чёрном море — вице-адмирал Альберт Хопман (Albert Hopman). Исследование Винфрида Баумгарта связывает его пребывание в южном регионе с межсоюзнической военно-морской комиссией и с перемещением германского военно-морского управления к Севастополю. В биографическом аппарате опубликованного британского рапорта Хопман указан как руководитель военно-морских сил на Чёрном море и комиссии, занимавшейся русским Черноморским флотом после занятия Крыма.

Наличие в Севастополе германского морского начальства не следует механически отождествлять с командованием германской сухопутной группировкой. В документах ноября фигурирует также германский генерал Георг граф фон Вальдерзее (Georg Graf von Waldersee), с которым вместе Хопман обсуждал с британским командующим условия перемирия. Разные должностные лица представляли соответствующие роды вооружённых сил.

Исследовательская задача для каждой записи — указать, выступал ли Хопман как морской командующий, руководитель специальной комиссии, уполномоченный по условиям перемирия или автор дневниковой записи. Должность и полномочие устанавливаются в конкретный месяц; поздние биографические обобщения служат справочным ориентиром.

16. Порт, судоремонт и судоходство в майском и июньском донесениях

В телеграмме Пула от 19 июня сообщалось о ремонте гавани, судоремонтных работах, перемещениях малых судов с грузами и нахождении германских войск в Крыму. Американский консул не представлял эти сведения как собственное непосредственное посещение порта; он передавал содержание сообщения лица, прибывшего из Крыма.

По следующему донесению о ситуации в июле, полученному 4 августа от наблюдателя, покинувшего Крым 10 июля, в Севастополе сохранялись интенсивные работы в порту и ремонт военных кораблей. Текст сообщает также о комиссии представителей держав Четверного союза, предметом которой был раздел остатков бывшего Черноморского флота. Наличие комиссии документально подтверждено как сообщение источника; результат раздела не удостоверен этим сообщением.

Судоремонт и перемещение грузовых судов представляют самостоятельную хозяйственно-военную сторону германского контроля над базой. Указания на перевозимые продукты и число малых судов относятся к оценкам осведомителя, поэтому в исследовательском реестре сохраняется степень их достоверности. Описание порта в американских документах не заменяет немецких эксплуатационных журналов, ведомостей докования и грузовых книг.

17. Требование возвращения флота и германские гарантии

К середине июня германские требования распространялись на суда, выведенные в Новороссийск. Американский дипломатический обзор 19 июня сообщал, что германская сторона ссылалась на статью V Брестского мира, добиваясь возвращения кораблей в Севастополь. Это известие подтверждает международный характер вопроса, поскольку возвращение обсуждалось между правительствами и передавалось по дипломатическим каналам.

Телеграмма Пула от 25 июня сообщает о германских обязательствах не использовать вернувшиеся корабли Германией или её союзниками до окончания войны и вернуть их России после всеобщего мира. В той же передаче содержится обещание ограничить дальнейшее продвижение германских войск определённой линией при условии возврата флота. Таким образом, источники конца июня связывают режим кораблей с сухопутно-военными гарантиями.

Оценку выполнения гарантий следует отделять от факта их сообщения. Позднее, в августе, появилась новая секретная договорная нота, предусматривавшая возможности использования германским командованием тех же кораблей. Различие июньской и августовской формулировок является установленной последовательностью двух документальных состояний, которые нельзя объединять в одно неизменное обязательство.

18. Разделение новороссийской эскадры 17–19 июня

Исследование Александра Ватлина о вернувшихся судах датирует уход из Новороссийска группы кораблей 17 июня 1918 года и указывает на её последующее прибытие в Севастополь. Возглавил группу капитан 1-го ранга Александр Тихменев. В её составе исследователь называет линейный корабль «Воля», шесть эсминцев и вспомогательные суда.

Одновременно часть судов осталась в Новороссийске и была затоплена командами 18–19 июня, что отражается в музейной публикации о Цемесской бухте. При детальной атрибуции необходимо различать день начала уничтожения, действия каждого корабля и итоговое состояние судна. Упоминание двух суток отражает процесс, а не единый момент гибели всей эскадры.

Сообщение Пула 25 июня передаёт сходное разделение флота, но называет иной состав оставшихся и вернувшихся миноносцев. Следовательно, конкретная цифра и тип каждого судна должны опираться на соответствующую ведомость. Исследовательская хронология достоверно фиксирует само разъединение сил и различие действий командиров, а точный поштучный баланс остаётся предметом дальнейшего сопоставления.

19. Суда, вернувшиеся под командованием Тихменева

Корабли, отправившиеся из Новороссийска в Севастополь под командованием А. И. Тихменева, составили отдельную группу с дальнейшей германской историей. Историческое исследование Ватлина перечисляет «Волю», шесть эсминцев и суда обеспечения; оно использует материалы советско-германской переписки и германского морского управления. В телеграмме Пула на основании доступной консульству информации названы «Воля», четыре эсминца и два малых миноносца.

Такие обозначения не складываются арифметически без учёта классификации. Слово «эсминец» в русской историографии и слова «destroyer» и «torpedo boat» в английском донесении могли служить передаче различных обозначений; помимо этого, состав наблюдался в разные моменты. В научной записи оба списка сохраняются с именами авторов и датой каждого документа.

При возвращении кораблей в главную базу не произошло автоматически их беспрепятственного включения в боевой состав германского флота. Дальнейшие события показывают промежуточный режим стоянки, ограничение оружия, ремонт, сохранение русских команд и продолжение переговоров между Берлином и Москвой. Именно поэтому июньский акт возвращения следует различать с октябрьским размещением германских экипажей.

20. Затопление части кораблей и различие перечней

Американское сообщение от 25 июня называет среди уничтоженных линейный корабль «Свободная Россия», четыре эсминца, два крупных и два малых торпедных корабля и отмечает уход двух миноносцев в Туапсе. Эти цифры переданы в виде информации, которой консул располагал через советские сообщения, и требуют проверки по судовым спискам.

Музейная ретроспектива июньских событий и участнические записки командира «Керчи» дают дополнительные именные сведения, но различаются происхождением: первое — современный музейный текст, второе — свидетельство непосредственного участника, составленное после происшедшего. Сводить их к одному источнику или считать музейную страницу оригинальным приказом невозможно.

Факт уничтожения существенной части новороссийских кораблей документирован несколькими линиями публикаций. Действия отдельных командиров и мотивы выводятся только из прямых сообщений участников или распорядительных бумаг. В официальных донесениях разъяснения о причинах и вынужденности возвращения представлены как позиция Совнаркома и наркома иностранных дел, а не как общий голос всех моряков.

21. Правовой режим возвращённых судов

По изложению Ватлина, Хопман после прибытия кораблей ограничился их разоружением и ремонтом; русские команды продолжали находиться при судах и получать довольствие. Эта реконструкция основана на германских источниках и советско-германской переписке, но сама статья остаётся поздней научно-исторической публикацией. Для полной юридической экспертизы нужны германские приказы об обращении с кораблями и акты их приёмки.

Обещание Германии в июньском донесении содержало положение о сохранении кораблей до всеобщего мира и последующем возврате России. Из этого можно установить официально заявленный режим, в то время как реальное исполнение находилось в руках германских морских властей, располагавшихся в Севастополе.

В июле и августе возник вопрос о том, кто способен удостоверить согласие на передачу кораблей, если на них остаются русские офицеры и матросы. Переписка советского полпредства в Берлине свидетельствует о поиске представителя, чьё удостоверение германская сторона могла предъявить командам. Наличие потребности в отдельном мандате показывает, что практическая передача судов не исчерпывалась общими словами договора.

22. Июльские переговоры и проблема полномочий экипажей

В публикации «Морской узел полпреда Иоффе» использована телеграмма Чичерина от 10 июля 1918 года с обсуждением жалованья экипажам и возможного направления в Севастополь специального уполномоченного. Исследователь указывает архивный реквизит АВП РФ, ф. 82, оп. 1, папка 5, дело 28, лист 58. Реквизит воспроизведён по печатной работе; сам архивный лист в рамках досье не просматривался.

Разрешение вопроса об экипажах включало денежное довольствие, право нахождения на корабле, возможность общения советских представителей с моряками и предъявление официальной бумаги германскому командованию. Документы, описанные Ватлиным, свидетельствуют о том, что обсуждение продолжалось после фактического возвращения части флота.

Этот дипломатический процесс соотносился с практической деятельностью германского комендантского и морского управления в Севастополе. Для выявления прямых последствий каждого берлинского решения нужны соответствующие телеграммы из Берлина в Крым и ответные сообщения Хопмана.

23. Четверной союз и сообщения о портовой комиссии

Американская телеграмма 4 августа передаёт содержание сведений наблюдателя, покинувшего Крым 10 июля. В Севастополе, по этим сведениям, находилась комиссия представителей Четверного союза, которой приписывалась задача распределения остававшихся русских кораблей. Сообщалось о продолжающемся ремонте военных судов.

Слово «раздел» в консульской телеграмме характеризует поставленную перед комиссией цель со слов наблюдателя. Чтобы установить юридический результат, необходимы протоколы её заседаний, перечень распределённых кораблей, даты передачи и подписи. При отсутствии таких бумаг неправомерно приписывать конкретные суда Германии, Австро-Венгрии, Османской империи или Болгарии лишь на основании одного дипломатического сообщения.

Параллельные данные о ремонте и судоходстве показывают, что порт использовался в оперативных и хозяйственных целях. Но эксплуатационные отчёты конкретных верфей и ремонтных мастерских в данной сессии не читались, поэтому не приводятся оценочные сведения о числе восстановленных машин, артиллерийских установок или личного состава.

24. Добавочный договор 27 августа и тайная нота

27 августа 1918 года Россия и Германия подписали Добавочный договор к Брестскому миру, сопровождавшийся секретными положениями. Историческое исследование Ватлина воспроизводит содержание тайной ноты: Германия сохраняла право использовать черноморские корабли, включая вернувшиеся из Новороссийска, для мирных портовых работ, траления мин, полицейских функций, а при военной необходимости и для иных военных задач.

В опубликованной статье точная научная опора дана со ссылкой на работу А. Ю. Ватлина и Л. В. Ланника «Тайные ноты к Добавочному договору 27 августа 1918 г.: неизвестный сюжет из истории советско-германских отношений на исходе Первой мировой войны», «Новая и новейшая история», 2021, № 5, с. 208–230, для конкретной цитаты с. 223. Эти реквизиты пригодны для обратной проверки. Полный текст указанной статьи и собственноручно подписанная дипломатическая нота здесь не просматривались, поэтому цитата атрибутируется публикации 2024 года.

Содержание ноты отличается от июньских гарантий в телеграмме Пула. В июне фиксировались обязательства не использовать суда германскими силами в войне; в августовском соглашении появился оговорённый режим использования. Сопоставление этих текстов устанавливает последовательное изменение дипломатических формулировок. Правовое значение каждого документа определяется текстом, датой и составом сторон, а не поздней оценкой мотивов.

25. Иоффе, Чичерин и сентябрьское оформление передачи

По реконструкции Ватлина на основании переписки, в середине сентября 1918 года в Москве обсуждалась кандидатура уполномоченного для присутствия при передаче кораблей. В статье названы В. А. Антонов-Овсеенко и М. С. Кедров; источником обозначены материалы Бюро ЦК и дипломатического архива. В письмах Иоффе и Чичерина прослеживается различие между согласованным правом германских представителей принять суда и обращением российского должностного лица непосредственно к корабельным командам.

Переписка 23–25 сентября отражает поиск формы письменного удостоверения. Ватлин приводит телеграмму Иоффе № 80 от 23 сентября, № 83 от 24 сентября и ответ Чичерина № 485 от 24 сентября; опубликованные реквизиты: «Берлинская миссия полпреда Иоффе 1918 г.», Москва, 2023, с. 455 и 457, и АВП РФ, ф. 82, оп. 1, п. 7, д. 34, л. 40. На 25 сентября исследователь датирует вручение удостоверения германской стороне.

Результат этих переговоров следует описывать отдельно от фактической передачи управления судами в Севастополе. Политический мандат фиксировал письменную позицию. Для проверки того, когда он был получен в порту и доведён до моряков, значимы немецкие записи приёмки и сигнальные журналы кораблей.

26. Германские команды на кораблях в октябре

Согласно исследованию Ватлина со ссылкой на дневниковые записи Хопмана, к концу сентября германские власти приступили к смене русских команд; 1 октября Хопман посетил три корабля, на которых разместили германские экипажи. В статье сообщается также об обращении Хопмана к морякам на пристани и о денежных обещаниях русским командам.

Для этого раздела наиболее прямой источниковый ориентир — публикация «Tagebuch und Aufzeichnungen Albert Hopmans» в сборнике «Von Brest-Litovsk zur deutschen Novemberrevolution», Göttingen, 1971, с. 604–605, 608–611, на которые ссылается Ватлин. Полные страницы немецкого издания здесь не просмотрены, поэтому изложение действий относится к атрибутированному исследовательскому сообщению. Немецкая биографическая публикация подтверждает самостоятельную значимость дневникового корпуса Хопмана как служебного и личного источника.

Размещение немецкой команды означает конкретный шаг в управлении судном, требующий именного журнала экипажа. Исследование 2024 года называет число посещённых Хопманом кораблей, однако не содержит в цитируемом фрагменте полного перечня всех переданных единиц. Поэтому нельзя распространять факт замены команд на все суда Севастополя в одинаковый день.

27. Дневниковые записи Хопмана и германские ведомственные разногласия

Винфрид Баумгарт в публикации о немецких дневниках 1918 года рассматривает записи Хопмана как совмещение оперативных отметок, входящих и исходящих распоряжений и личных суждений. Он отмечает расхождение в вопросе черноморской политики между руководителями сухопутного верховного командования и некоторыми германскими военно-морскими должностными лицами. Это характеристика позиции по источникам, а не доказательство однородности всех учреждений Германии.

Ватлин со ссылкой на исследование Баумгарта сообщает о стремлении Людендорфа рассматривать возвращённые корабли как военную добычу и о другом подходе Хопмана к их фактическому обращению. Цитируемая научная работа: Baumgart W. «Neue Quellen zur Beurteilung Ludendorffs: der Konflikt mit dem Admiralstabschef über die deutsche Schwarzmeerpolitik im Sommer 1918», «Militärgeschichtliche Mitteilungen», 1969, № 2, S. 161–177. Для уточнения того, какие распоряжения действительно вступили в силу, необходимы приказы соответствующих органов.

Исследование Баумгарта о немецкой документации содержит данные о перемещении Хопмана в Одессу, затем Севастополь, и о его последующем назначении уполномоченным по перемирию. Дневник германского участника и донесение союзного командующего в ноябре сходятся в идентификации Хопмана как действующего немецкого военно-морского представителя на Чёрном море.

28. Ноябрьское перемирие и подготовка смены военно-морского контроля

11 ноября 1918 года вступило в действие перемирие, завершившее боевые действия Германии с державами Антанты на Западном фронте. Для Севастополя это дата изменения международно-военных условий германского присутствия, после которой следовало решить вопрос вывода германских частей, охраны портов, складов и кораблей. Фактическая эвакуация войск продолжалась позднее.

Электронный архивный указатель содержит радиограмму германского командира от 21 ноября к командованию военно-морских сил Антанты о необходимости занятия союзниками черноморских портов. Карточка отсылает к опубликованному документу «Гражданская война на Украине. 1918–1920», том I, книга 2 (1967), а также к ЦГАВМФ, ф. Р-363, д. 2775, л. 2, переводная копия. Полный текст радиограммы здесь не прочитан, поэтому конкретные условия и перечень запрошенных портов оставлены на проверку оригинала или полного печатного документа.

К 26 ноября в Севастополе ещё находились германские сухопутные и военно-морские руководители. Этот факт установлен непосредственно по рапорту британского командующего, составленному вскоре после события. Поэтому формула об окончательном исчезновении германского военного присутствия с полуострова непосредственно 11 ноября документально неверна для всей территории Крыма.

29. Встреча германских и союзных командующих 26 ноября

В официальном донесении вице-адмирала Сомерсета Артура Гоф-Кальторпа (Somerset Arthur Gough-Calthorpe), датированном 12 декабря 1918 года, прямо указано, что союзная эскадра прибыла 26 ноября в Севастополь около 10 часов утра. В тот же день командующий принял представителей русских и крымских учреждений, германского вице-адмирала Альберта Хопмана и германского генерала графа фон Вальдерзее. Рапорт сохранился как ADM 137/2281; издан в «The Mediterranean Fleet, 1919–1929», ред. Paul G. Halpern, Navy Records Society, т. 158, 2011, с. 12–13.

В следующей части доклада Кальторпа сообщается о совещании с германским адмиралом и генералом по вопросам осуществления перемирия. Британский командующий оценивал численность германских войск, остававшихся в Севастополе и других крымских городах, приблизительно в 11 тысяч человек. Это его современная служебная оценка, а не именная ведомость германских полков; для окончательной цифры нужны немецкие списки наличного состава.

В том же документе фигурируют контр-адмирал Клочковский, русский представитель войск Деникина генерал де Боде, делегации украинского и крымского правительств, городского управления и польского населения. Такое перечисление отражает круг визитов к союзному флагману, а не признание равного правового статуса всех делегаций. Наличие в одном порту указанных представителей удостоверяет сложный административный переходный момент.

Кальторп также сообщал о согласовании средств вывоза остававшихся германских частей морем и о необходимости обеспечить охрану складов и портовых объектов после их ухода. В заключительных пунктах его рапорта содержится просьба направить десять крупных германских транспортов. Эта запись позволяет реконструировать практическое содержание переговоров между германским и союзным морским командованием в конце ноября.

30. География учреждений, кораблей и источников

Севастополь в данном досье является главной базой флота, местом германского морского командования и портового ремонта, а в конце ноября — точкой встречи командования Германии и Антанты. Июньская телеграмма Пула относится непосредственно к севастопольским докам и гавани; донесение Кальторпа — к стоянке союзной эскадры и переговорам на рейде.

Новороссийск выступает местом прибытия эвакуированной части флота в начале мая и местом его нового разделения в июне. Туапсе фигурирует в июньском дипломатическом сообщении как место, куда отправились некоторые суда, и в германо-советских заявлениях об угрозах прибрежным портам. Херсон и Николаев названы в германской ноте, обнародованной 9 мая в связи с инцидентами, которыми германская сторона объясняла военное продвижение.

Одесса, Браила и Бухарест присутствуют в германском биографическом обзоре Хопмана как прежние места деятельности комиссии. Берлин и Москва представляют дипломатическую часть исследования по переписке Иоффе и Чичерина. Такая география помогает отличить местный севастопольский приказ от международного соглашения, заключённого вне Крыма.

31. Сводная документальная хронология

3 марта 1918 года — заключён Брестский мир; статья V определяет судьбу российских военных кораблей до всеобщего мира.

30 марта — в каталоге зарегистрирована записка морского комиссариата о положении флота; сведения о её содержании ограничены карточкой.

2 апреля — датирована записка Морского генерального штаба об эвакуации из Севастополя и резолюция Высшего военного совета; полный текст в рамках работы не просмотрен.

21–25 апреля — опубликована группа синхронных сообщений и решений флотских, военных и севастопольских учреждений.

Не ранее 22 апреля — составлена радиограмма Центрофлота Совнаркому, датированная составителями каталога нижней хронологической границей.

27 апреля — согласно Кукелю, готовился выход флота, затем поступил сигнал об отмене назначенного похода.

29 апреля — в мемуарном свидетельстве отмечается известие о приближении германских сил и ночной выход части судов; поздняя украинская публикация связывает дату с поднятием флагов.

1–2 мая — даты прибытия групп в Новороссийск по запискам Кукеля.

9 мая — консул Пул передал германский ответ и российские возражения относительно Крыма и флота.

17 июня — Ватлин датирует уход группы Тихменева из Новороссийска в Севастополь.

18–19 июня — в Новороссийске затоплена часть судов; музейная хроника относится к этой самостоятельной последовательности действий.

19 июня — телеграмма консула Пула содержит сообщение о немецком управлении Севастопольским портом, судоремонте и требовании возврата флота.

25 июня — американская телеграмма передаёт германские гарантии и различные судьбы кораблей новороссийской группы.

10 июля — в реконструкции Ватлина Чичерин обсуждает оплату экипажей и направление уполномоченного.

4 августа — дипломатическая телеграмма воспроизводит июльское сообщение о комиссии Четверного союза и ремонтах в Севастополе.

27 августа — подписан Добавочный договор к Брестскому миру; по публикации тайной ноты появляется договорное право Германии на оговорённое использование кораблей.

16–25 сентября — по изданной Ватлиным реконструкции переписки решается вопрос об уполномоченном и письменном мандате Иоффе.

1 октября — по германским дневниковым материалам в передаче Ватлина Хопман посетил суда после размещения немецких команд.

11 ноября — вступило в действие перемирие с Германией; физическое германское присутствие в Севастополе сохранялось и позднее.

21 ноября — датирована каталожная запись германской радиограммы союзному морскому командованию.

26 ноября — рапорт Кальторпа фиксирует прибытие союзной эскадры и переговоры с Хопманом и Вальдерзее.

12 декабря — составлен британский служебный отчёт, служащий синхронным письменным свидетельством ноябрьских событий.

32. Итоги документального исследования

Документально установлено, что судьба Черноморского флота весной 1918 года обсуждалась в центральных морских учреждениях ещё до вступления германских сил в Севастополь. Зарегистрированы мартовская служебная записка о положении флота и апрельский документ об эвакуации в Новороссийск. Из опубликованного комплекса 21–25 апреля устанавливается наличие нескольких параллельных каналов распоряжений и донесений.

Установлено существование фактического разделения кораблей между Севастополем и Новороссийском в конце апреля — начале мая; конкретные часы выхода в данной работе сохраняют статус свидетельства Владимира Кукеля. Ночной выход и последующее прибытие в Новороссийск реконструированы по участническому тексту, с его собственным предупреждением о возможных погрешностях дат. Поздние публикации о поднятии украинских флагов не смешаны с документами о распоряжениях командования и с вопросом государственного титула на весь флот.

Из непосредственно опубликованных дипломатических телеграмм установлен спор Германии и России о применении статьи V Брестского мира. Германская нота, переданная 9 мая, объясняла занятие Севастополя военными обстоятельствами; советская ответная позиция отрицала правомерность захвата флота. Июньские документы подтверждают требование возврата кораблей из Новороссийска и содержание заявленных германских гарантий их будущей судьбы.

Зафиксировано различие между возвращением группы Тихменева 17 июня и уничтожением других кораблей 18–19 июня. Перечень судов, приведённый Ватлиным, и численность, переданная американским консулом, не полностью совпадают; это разночтение сохранено. Операция по возвращению не приравнена к последующему октябрьскому комплектованию кораблей германскими экипажами.

Для летнего периода установлено наличие сообщений о германских ремонтных работах, движении судов и комиссии Четверного союза. Августовская секретная нота, опубликованная в позднейших научных работах, определяет новый режим допустимого использования кораблей; она отличается от ранее переданных июньских гарантий. По исследованию архивной переписки выявлена последовательность сентябрьских переговоров о мандате Иоффе. Уточнена роль германского вице-адмирала Альберта Хопмана.

Наконец, непосредственно опубликованный британский рапорт удостоверяет присутствие Хопмана и генерала Вальдерзее в Севастополе 26 ноября, встречи с союзным военно-морским командованием и сообщение британского адмирала о примерно одиннадцати тысячах остававшихся германских военнослужащих в Крыму. Таким образом, дату перемирия 11 ноября и фактический вывод немецких сил необходимо рассматривать отдельно; ноябрьское взаимодействие Германии и Антанты представляет самостоятельную заключительную фазу германо-черноморской истории 1918 года.

Самостоятельный авторский вклад исследования состоит в сведении многоязычных источников по одной теме, разграничении полномочий флотских органов, установлении нескольких документально разных переходов контроля над кораблями, атрибуции июньских списков к различным корреспондентам, сопоставлении июньских гарантий с августовской секретной нотой и восстановлении поздней ноябрьской хронологии по британскому первичному документу.

33. Открытые архивные вопросы и пределы реконструкции

Открытая задача первой очереди — прямое чтение ЦГАВМФ, ф. Р-55, оп. 1, д. 1, л. 4–6 и 9–10, с проверкой текста резолюции Высшего военного совета, регистрационных признаков и авторства служебной записки. Для второй очереди нужны ЦГАВМФ, ф. Р-183, оп. 1, д. 22, л. 385 и оригинальные постановления Центрофлота, а также приказы морского командования 27–30 апреля.

Для сверки выхода кораблей требуются вахтенные журналы «Воли», «Свободной России», «Керчи» и других судов, сигнальные книги главной базы, журналы лоцманской службы, ведомости портовых сборов и поимённые списки экипажей. Для июньской развязки — приказы командования в Новороссийске, акты затопления, перечни уцелевших кораблей и донесения о выходе в Туапсе. Без этих документов невозможно установить окончательные точные количества по всем классам кораблей.

В германских архивах требуют проверки распоряжения об установлении военно-морского контроля над Севастополем, документы комиссии Хопмана, журналы докования и переписка между военным верховным командованием, Адмиралштабом и Министерством иностранных дел. По дипломатической линии необходимы оригиналы германского ответа, переданного Пулом 9 мая, заверенная тайная нота 27 августа и бумаги советского полпредства сентября 1918 года. Архивные реквизиты АВП РФ и ГА РФ, выявленные в статье Ватлина, в данном досье приведены как исследовательские указатели и не выдаются за прочитанные листы.

Для ноября необходимы полный текст германской радиограммы 21 ноября, германские эвакуационные списки частей, акты передачи портовых складов и документы союзных флотских офицеров. Британский отчёт ADM 137/2281 подтверждён в полном опубликованном тексте, но архивный оригинал не осмотрен. Его численность остающихся германских войск имеет статус оценки современного командующего. Прочтение этих дополнительных комплексов может изменить отдельные числа и формулировки, сохраняя опубликованную последовательность основных дат.

Научная граница настоящей редакции — корпус документальных публикаций и достоверно идентифицированных карточек, доступных для исследования 10 ноября 2026 года. Цифровая карточка свидетельствует о существовании документа; библиографическая сноска научной статьи позволяет установить направление поиска; мемуар подтверждает сообщение участника; только чтение полного оригинала устанавливает формулировку акта. Эти границы применены к каждому существенному выводу.

34. Источники и литература

Нормативные документы, дипломатическая корреспонденция и служебные донесения

Брест-Литовский мирный договор. 3 марта 1918 г. Ст. V. Английская публикация: Yale Law School, The Avalon Project, «The Peace Treaty of Brest-Litovsk, 1918», полный текст договора. Электронная копия договора; уровень доступа V2.

«The Consul at Moscow (Poole) to the Secretary of State». Москва, 9 мая 1918 г. File No. 861.00/1775 // Papers Relating to the Foreign Relations of the United States, 1918, Russia. Vol. II. Док. 801, с. 684–685. Германская и российская ноты. Полный опубликованный текст, V2; передача через консульский пересказ.

«The Consul at Moscow (Poole) to the Secretary of State». Москва, 19 июня 1918 г. File No. 861.00/2197 // Papers Relating to the Foreign Relations of the United States, 1918, Russia. Vol. II. Док. 811, с. 695–696. Сообщение наблюдателя из Крыма. V2; косвенное современное свидетельство.

«The Consul at Moscow (Poole) to the Secretary of State». Москва, 25 июня 1918 г. File No. 861.00/2235 // Papers Relating to the Foreign Relations of the United States, 1918, Russia. Vol. I. Док. 560, с. 566–567. Возвращение части флота. V2; современная дипломатическая передача.

«The Consul at Moscow (Poole) to the Secretary of State». Москва, 4 августа 1918 г. File No. 861.00/2495 // Papers Relating to the Foreign Relations of the United States, 1918, Russia. Vol. II. Док. 812. Июльская обстановка Севастополя. V2; отчет наблюдателя, пересказанный консулом.

Gough-Calthorpe S. A. Vice Admiral Calthorpe to Admiralty, HMS Superb, 12 December 1918, confidential, Z.44/50322, General Letter // Halpern P. G. (ed.). The Mediterranean Fleet, 1919–1929. Publications of the Navy Records Society. Vol. 158. Farnham: Ashgate, 2011. P. 12–14. Архивная основа: The National Archives (UK), ADM 137/2281. Опубликованный британский рапорт. V2.

«Докладная записка Народного комиссариата по морским делам в Высший военный совет о тяжёлом положении Черноморского флота…», 30 марта 1918 г. ЦГАВМФ, ф. Р-55, оп. 1, д. 1, л. 9–10, копия. Каталожная запись ЭБИД. V1: идентифицированы метаданные, полный текст не прочитан.

«Докладная записка Морского генерального штаба в Высший военный совет об эвакуации Черноморского флота из Севастополя в Новороссийск и резолюция», 2 апреля 1918 г. ЦГАВМФ, ф. Р-55, оп. 1, д. 1, л. 4–6, копия. Каталожная запись ЭБИД. V1.

«Радиограмма Центрофлота Совнаркому РСФСР о захвате германскими войсками Крыма и о мерах для спасения Черноморского флота», не ранее 22 апреля 1918 г. ЦГАВМФ, ф. Р-183, оп. 1, д. 22, л. 385, ротаторный экземпляр. Электронная карточка документа. V1.

«Радиограмма командующего германскими войсками в Севастополе командованию морскими силами Антанты о необходимости занятия союзниками портов Черноморского побережья», 21 ноября 1918 г. // Гражданская война на Украине. 1918–1920: Сборник документов и материалов. Т. I, кн. 2. Киев: Наукова думка, 1967. Архивная основа по карточке: ЦГАВМФ, ф. Р-363, д. 2775, л. 2, переводная копия. Карточка публикации радиограммы. V1, страницу сборника сверить.

Сборники документов и свидетельства участников

Борьба за Советскую власть в Крыму: Документы и материалы. Т. I. Симферополь, 1957. Док. № 340–348, с. 267–272. Электронное издание первого тома. Даты и номера используются по изданной публикации; непосредственная повторная постраничная сверка каждого листа в этой сессии не выполнялась.

Борьба за Советскую власть в Крыму: Документы и материалы. Т. II. Симферополь, 1961. Электронное издание второго тома. Корпус для проверки деятельности германских учреждений и последующей хронологии; сплошная проверка документов и страниц не заявляется.

Кукель В. А. Правда о гибели Черноморского флота: Записки командира эскадренного миноносца «Керчь». Авторские воспоминания о событиях 1918 года. Электронная публикация текста // Военная литература. V2; ретроспективные записки участника, дата исходной публикации здесь не установлена.

Jupp W. B. International Notes: Naval War Notes // Proceedings. 1918. August. Vol. 44, No. 8/186. Публикация военно-морских сообщений. V2; синхронная обзорная печать, включает перепечатки газет.

«Vice Admiral William S. Sims, Commander, U.S. Naval Forces Operating in European Waters, to Chief of Naval Operations», 3 June 1918. Сообщение британского Адмиралтейства о положении русских кораблей на 29 мая 1918 года // Naval History and Heritage Command, United States Navy, Documentary Histories of World War I, June 1918. Документ американского флота. Уровень V1 для текущей проверки полной страницы; данные о численности обозначены в исследовании как разведывательная оценка.

Германская, украинская и современная научная литература

Baumgart W. Vor fünfzig Jahren — Oktober 1918. Eine Dokumentation // Aus Politik und Zeitgeschichte. 1968. H. 43. Публикация дневникового корпуса. Биографическое введение и документальные выдержки; V2 для опубликованного текста.

Baumgart W. Neue Quellen zur Beurteilung Ludendorffs: der Konflikt mit dem Admiralstabschef über die deutsche Schwarzmeerpolitik im Sommer 1918 // Militärgeschichtliche Mitteilungen. 1969. H. 2. S. 161–177. Библиографические данные и предмет установлены по примечаниям Ватлина; полный текст исследования не прочитан (V1).

Von Brest-Litovsk zur deutschen Novemberrevolution: Aus den Tagebüchern, Briefen und Aufzeichnungen von Alfons Paquet, Wilhelm Groener und Albert Hopman, März bis November 1918. Hrsg. Winfried Baumgart. Göttingen, 1971. Для Хопмана используются указанные в исторической публикации страницы 554, 556, 568, 593, 604–605, 608–611. Текст названных страниц не осмотрен (V1).

Ватлин А. Ю., Ланник Л. В. Тайные ноты к Добавочному договору 27 августа 1918 г.: неизвестный сюжет из истории советско-германских отношений на исходе Первой мировой войны // Новая и новейшая история. 2021. № 5. С. 208–230. Важный фрагмент: с. 223 по библиографической ссылке Ватлина. Полный текст в рамках досье не прочитан (V1).

Ватлин А. Ю. Морской узел полпреда Иоффе: История кораблей Черноморского флота, сдавшихся в 1918 году немцам в Севастополе // Родина. 2024. № 10. 9 октября. Полная электронная публикация. V2; научно-популярная историческая работа с архивным аппаратом.

Берлинская миссия полпреда Иоффе 1918 г.: Сборник документов. Москва, 2023. Телеграммы № 80 от 23 сентября и № 83 от 24 сентября: с. 455, 457; политический доклад Иоффе 18–19 сентября: с. 437. Реквизиты из исследования Ватлина; издание непосредственно не прочитано (V1).

«29 квітня 1918 року над кораблями Чорноморського флоту був піднятий український прапор» // Український інститут національної пам’яті. Институциональная историческая статья. Историографическое свидетельство V2; первичные акты необходимо читать отдельно.

«105 лет со дня затопления кораблей Черноморского флота в Цемесской бухте» // Севастопольский военно-исторический музей-заповедник. Музейная историческая публикация. Вторичный обзор V2.

Архивные и музейные ориентиры дополнительной проверки

АВП РФ, ф. 82, оп. 1, п. 5, д. 28, л. 58; п. 7, д. 34, л. 40; ф. 165, оп. 1, п. 3, д. 23, л. 28. Реквизиты приведены по печатным примечаниям Ватлина, архивные листы самостоятельно не просмотрены.

ГА РФ, ф. Р-9430, оп. 1, д. 1, л. 2–3 и 5. По архивному указателю в статье Ватлина — материалы, связанные с мандатом Иоффе. Оригинал не просмотрен.

The National Archives (UK), ADM 137/2281. Оригинал рапорта Кальторпа от 12 декабря 1918 года; полный текст перепечатан в издании Navy Records Society, 2011. Сам архивный подлинник не осмотрен.

Imperial War Museums, photographic collection, объект о германских войсках в Севастополе, 1918 год. Музейная карточка, дополнительная визуальная атрибуция; техническая идентификация каждого показанного судна не выполнялась.

Australian War Memorial, флотский комплект бумаг C. J. P. Hill, инвентарное обозначение RCDIG0000179, материалы союзной эскадры за 24 ноября 1918 года. Каталог и транскрипционный проект. Полная авторизованная транскрипция не удостоверена; привлекается как ориентир для расширения ноябрьского корпуса.